Повелитель дронов 6 - Юрий Винокуров

Графиня Светлана Ивановна, не отрываясь от статьи о новых тенденциях в имперской моде, вежливо кивнула:

— И что же ты сделал, Илюша?

— Что я сделал⁈ Я орал! Буквально визжал на них: «Господа, если вы струсили и готовы пресмыкаться перед мальчишкой, то я нет! Я первый подниму свою гвардию, сам поведу людей!» — он залпом допил коньяк. — Бездушные! Да кто они вообще такие сейчас⁈ Подгрызанный род! Всё, что у них осталось от былого величия, это пара дешёвых фокусов с этими их жужжащими жестянками! И теперь Император ставит этого щенка князем⁈ Это значит, что я, Илья Хилчевский, чей род служил Империи сотни лет, должен называть его «Ваше Сиятельство»⁈ Должен кланяться ему и подчиняться⁈

Графиня перевернула страницу журнала.

— Немыслимо, дорогой… Просто немыслимо…

— Вот именно! — подхватил граф, воодушевлённый поддержкой. — А сколько наших участвовало в зачистке их имения? Сколько мешали их бизнесу, сколько перекрывали кислород? Ты думаешь, он забыл? Ты думаешь, он простит? Да он же сейчас получит власть и начнёт мстить! Короче, я им всё высказал. Я дожал их! Орал так, что у Петюшкина монокль из глаза выпал! И они согласились, все до единого. Как только этот мальчишка сунется во Владивосток, как только попытается занять губернаторский дворец… мы его уничтожим, выступив единым фронтом! Гвардии уже приведены в полную боеготовность.

— Молодец, Илюша, — сказала графиня, закрывая журнал. — Ты поступил как настоящий лидер. Я всегда знала, что на тебя можно положиться.

Граф самодовольно ухмыльнулся, наливая себе ещё коньяка. Он чувствовал себя спасителем региона, героем, который сплотил аристократию перед лицом угрозы.

В этот момент в гостиную вбежала их семнадцатилетняя дочь, Софья.

— Мама! Папа! — она подбежала к дивану. — Вы видели⁈ Посмотрите, что сейчас показывают! Там Эльвира… и этот её брат!

Она сунула планшет почти в самое лицо отцу. Хилчевский брезгливо поморщился, отстраняясь.

— Что там ещё? Какие-то очередные фокусы с дронами? Софочка, у меня сейчас важный звонок…

В кармане его пиджака действительно завибрировал телефон — на экране высветился номер главы одного из союзных родов. Граф нажал кнопку ответа.

— Да, слушаю! Ну что, все на позициях? Готовы?

Но Софья не унималась, включив звук на планшете на полную громкость. На экране шла прямая трансляция одного из крупнейших имперских новостных каналов. Картинка показывала широкую эстакаду, ведущую прямо в центр Владивостока, к комплексу правительственных зданий и губернаторскому дворцу. По перекрытой полицией дороге двигался всего один бронированный внедорожник с золотым гербом рода Бездушных на дверях. А внизу экрана бегущей строкой горела надпись: «ПЕРВАЯ РАБОЧАЯ ПОЕЗДКА НОВОГО КНЯЗЯ ПРИМОРЬЯ В СВОЮ РЕЗИДЕНЦИЮ».

Граф Хилчевский, прижав телефон плечом к уху, расплылся в улыбке.

— Вот он, шанс! — сказал он в трубку. — Он едет! Одна машина, господа! Одна машина! Он совсем страх потерял! Выводите людей на перехват! Да, прямо сейчас!

Софья переводила взгляд с экрана на отца и обратно.

— Папа, о чём ты говоришь? Какой шанс? Кого выводить⁈

Графиня строго посмотрела на дочь.

— Софочка, не лезь в мужские дела. Отец решил объявить молодому Бездушному маленькую войну. Это политика, дорогая. Тебе не стоит забивать этим свою красивую головку.

— Войну⁈ — пискнула Софья, а потом чуть ли не силой сунула планшет прямо в руки матери. — Матушка, вы не досмотрели! Там же… там только вступление было! Камера была сбоку… А сейчас… посмотрите, что сейчас показывают!

Граф раздражённо отмахнулся.

— Софа, говори нормально! Что такое⁈ Я занят, ты не видишь⁈ Идёт координация операции! Иди лучше в свою комнату, займись платьями, подумай, в чём на следующий бал пойдёшь… Только не мешай! Да, я слушаю, перекрывайте проспект…

Но Софья, обычно послушная и тихая, вдруг проявила небывалое упрямство — она снова сунула планшет под нос отцу и ткнула пальцем в экран.

— Посмотри, папа! Внимательно посмотри на небо!

Граф, недовольно цокнув языком, скосил глаза на экран. Картинка сменилась. Теперь съёмка велась не сбоку, а с высоты птичьего полёта, показывая кортеж спереди. Одинокий чёрный внедорожник двигался по трассе. А над ним… небо было чёрным от плотного строя боевых дронов, которые летели идеальным ромбом, закрывая машину со всех сторон. Крупные штурмовики с пулемётами, хищные зелёные корпуса с длинными лезвиями, угловатые конструкции с гроздьями гранат под брюхом…

— Алло, Илья Петрович! — надрывался голос в телефоне. — Алло! Действуем? Выводим гвардию на проспект⁈

Граф Хилчевский стоял, заворожённо глядя на экран. По отчётам разведки, у Бездушного было от силы двадцать-тридцать новых моделей. Плюс немного курьерских и медицинских аппаратов, которые не представляли угрозы. Но здесь… их было больше трёхсот. И каждая из этих машин, как он уже знал по слухам, могла без труда разобрать на запчасти броневик или уничтожить пару десятков вооружённых солдат.

Графин, увидев картинку, побледнела не меньше мужа. Она аккуратно вытащила телефон из ослабевших пальцев супруга, нажала кнопку отбоя и положила аппарат на стол. Затем так же аккуратно положила руку на плечо всё ещё пребывающего в ступоре мужа.

— Дорогой… Ну, Бездушный так Бездушный. В конце концов, по факту-то, наш род не так уж много плохого им и сделал. Так это же политика, ничего личного. И потом, вспомни, наша Софочка всегда была достаточно дружна с Эльвирой… Вместе на танцы ходили. Может, всё-таки стоит пойти на примирение? Послать корзину с цветами, поздравить со вступлением в должность? А то что-то мне совершенно не нравятся эти его… игрушки.

Хилчевский тяжело вздохнул. Если каждый из этих дронов может убить хотя бы десять-двадцать человек (а он знал, что они могут убить гораздо больше), то вся его гвардия, даже объединённая с гвардиями союзников, ляжет на том проспекте меньше чем за десять минут.

— А знаешь, Светочка… Возможно, ты и права. Политика — дело тонкое, нужно уметь вовремя проявить гибкость. Собирайте вещи, мы переезжаем.

— Куда? — не поняла графиня.

— В Новосибирск, к твоей матушки. Она же давно нам говорила, что тамошнее имение для неё одной слишком большое, всё жаловалась на сквозняки и одиночество… Вот и навестим старушку. Поживём у неё годик-другой, заодно Сибирь посмотрим.

— Илюша, ты серьёзно? А как же бизнес? У нас завод здесь, это же огромный актив! Это же надо всё продать!

— Продать? Светочка, душа моя, да сейчас в этом регионе заводы