Ученица сильнейшего мага - Екатерина Политова

Когда я закончила, стюард забрал поднос и принес ректору кружку с кофе, тот ее поначалу даже не заметил. А раз он не отвечал на мои вопросы, пришлось донимать парня.

— Извините, — почти шепотом позвала я и спросила, когда стюард оглянулся: — А как долго нам лететь?

— Четыре с половиной часа, госпожа Флёри, — вежливо ответил он.

— Принесли ей плед, — вдруг приказал ректор, даже глаз не отрывая от бумаг. — Можете поспать это время, мы летим в столицу. Это место забирает у людей энергию словно это город-вампир. Так что силы вам понадобятся.

— В столицу? В Антиду? — воскликнула я. — Как здорово! Я никогда там не была.

Ректор лишь кисло отмахнулся:

— Избавьте меня от своих восторгов.

Он явно был не в духе… Хотя наверное он всегда такой.

Стюард любезно принес мне темно-фиолетовый плед… и опять тут был этот герб. Интересно, а у семьи фон Кирсов есть герб? Я ошарашенно посмотрела на ректора. Сколько же денег у него должно быть, что он владеет целым дирижаблем, это ведь просто баснословно дорогое удовольствие в наши дни. От этой догадки стало ещё более неловко.

Закутавшись в плед я и правда уснула, хотя не собиралась этого делать и хотела всю дорогу глазеть на потрясающие виды гор и королевства Фоссис с высоты птичьего полета.

Сон был на удивление крепким, будто мне что-то легкое подмешали в чай, чтобы я не надоедала разговорами. Не знаю, сколько прошло времени, но в какой-то момент мне показалось, что что-то коснулось моей щеки. Будто тепло чьей-то руки на коже. Сквозь сон я едва уловила этот момент, но когда приоткрыла глаза, то ректор стоял в другой стороне салона, недовольно глядя через стекло на город внизу.

Неужели мне это приснилось?

Я осторожно прижала руку к щеке. Ректор так и не поднял на меня взгляд, его лицо оставалось непроницаемым и строгим.

Он бы никогда себе такого не позволил, — подумала я, но странное ощущение тепла на коже оставалось.

Дирижабль летел над большим городом, маленькие домики казались просто крошечными, и я чувствовала, что мы снижаемся.

— Это уже Антида? — спросила я негромко.

— Пригород. Сядем здесь, дальше нас отвезут, — холодно отозвался фон Кирс и расправив плечи, помассировав себе шею ладонью. Он выглядел так, будто это для него наказание, а не для меня. Или… он просто делит его со мной? Я ведь провинилась.

Пройдя через салон, он занял своё место напротив меня и, взглянув на меня, вдруг спросил:

— Что у вас с щекой?

Я обнаружила, что продолжаю её тереть и одернула руку.

— Этот плед такой теплый, — зачем-то брякнула я, чтобы сменить тему.

— Ну так оставьте его себе, — бросил фон Кирс, глядя в окно.

— А можно? Хозяин дирижабля мне разрешит?

— Можно. Разрешаю, — отозвался он спокойно. — А теперь давайте насладимся последними минутами тишины, хорошо?

Я тоже стала смотреть в окно на зеленые макушки леса, что буквально прорезал пригород под нами. Там, наверное, было очень зелено и уютно. Прямо как дома. Мой город был маленьким, но таким зеленым! А какая красота была осенью… И сейчас я пропускала её самое начало.

Дирижабль медленно снижался на широкое, залитое бетоном поле. Там я увидела первую в своей жизни…

—...машина! Первый раз вижу машину, у нас в городе их совсем не было. А правда что магия светится у них под днищем, и они могут подмигивать фарами? И что их украшают золотом?

Я осеклась увидев лицо ректора. Машина его не волновала вовсе, он смотрел на людей возле нее. И мне впервые показалось, что я увидела в его глазах настоящую ярость.

Я осторожно плелась позади ректора, боясь даже пикнуть. У него был такой вид, что я старалась не издавать ни звука. Однако мне было страшно любопытно и я пыталась выглянуть из-за его широкой спины.

Мы вышли из дирижабля на просторный аэродром, где теплый ветер ласкал лицо, и на мгновение я отвлеклась, глядя на город, который раскинулся у горизонта. Его было видно, потому что аэродром был на небольшом возвышении.

Но моё внимание тут же привлекли несколько высоких фигур в темных плащах со знаками тайной канцелярии - стальным значком с белым кругом. Это были люди фон Кирса, люди Тайной канцелярии. Они стояли возле двух чёрных машин с зеркально гладкими поверхностями. Под днищем каждой машины и на открытом магическом двигателе мерно переливалась изумрудная магия.

Несмотря на то, что эти люди не смотрели в мою сторону, их присутствие тревожило.

Ректор уверенным шагом направился к машине, когда раздался приторный, насмешливый мужской голос:

— Адам, разве так встречают родных людей? Знаешь, я даже удивлен, что твои люди меня не пристрелили, когда я сюда приехал.

Я невольно вздрогнула и обернулась, увидев мужчину лет шестидесяти. Его лицо было изможденным, но ухмылка была страшно самодовольной. От него веяло чем-то неприятным.

Фон Кирс замер, воздух наполнился напряжением, однако ректор идеально владел собой.

— Убирайся, — холодным, как лёд, тоном произнёс он, не оборачиваясь на мужчину.

Но тот лишь усмехнулся и сделал шаг вперёд. Его изрядно мятый плащ слегка развевался на ветру, однако ближе ему подойти не позволили - двое в черном преградили ему дорогу.

— Твоё богатство - оно ведь и моё, сын, — продолжал он с явным ехидством. — Я твой отец. Мы семья.

Ректор медленно повернул голову и взглянул на собеседника, как на пустое место.

— Ты - никто, — наконец проговорил фон Кирс. Я почувствовала, что мне становится неловко, я определенно не должна была этого видеть. — Ты почти разорил эту семью, а теперь пытаешься подмазаться к моим деньгам.

Я затаила дыхание. Отец Адама, кажется, не обратил внимания на его слова. Напротив, ухмылка на его лице стала ещё шире. И я вдруг поняла - он пьян!

— Как бы ты ни хотел, ты не можешь от меня избавиться. Мне нужны деньги! И ты мне их дашь! Потому что я твой отец! — его глаза злобно вспыхнули, когда он добавил: — Ты мне обязан!

Адам фон Кирс резко развернулся к своим людям, оставив эту реплику без ответа.

— Уведите его