Висельное древо - Бен Ааронович

— Где Найтингейл? — спросил он.

— Он занят, — ответил я. — Гроссбух у тебя с собой?

— Было бы глупо с моей стороны принести его сюда, не так ли?

Официантка спросила, буду ли я что-нибудь заказывать.

— Чёрный американо, — сказал я и посмотрел на Рейнарда. — Тебе?

— Мне ничего не надо, — ответил он и проводил взглядом официантку до самой стойки. — Немного старовата на мой вкус.

— Мы поняли, — сказал я. — Ты у нас джентльмен.

— Я такой, какой есть, — сказал он.

— Сколько ты хочешь?

Рейнард поднял бровь.

— Это твоя стартовая позиция? — спросил он. — Не самая дальновидная тактика для переговоров.

— Это не переговоры, — сказал я. — Я не частное лицо и не какой-то тайный агент. Я полицейский, а у тебя находится похищенный предмет значительной ценности, который мы хотим вернуть законному владельцу — то есть себе.

— У вас нет доказательств, что он был похищен, — сказал Рейнарда.

— Нет. Но ведь ты тот, кто ты есть? — сказал я. — Сейчас тебе проще отдать гроссбух, чем если мы тебя арестуем, выбьем показания, изымем книгу и отправим за решётку.

— Арестуете за что?

— Что-нибудь найдём, — сказал я. — Ты и Кристина не отличались законопослушностью, это уж точно.

Рейнард вздрогнул при имени Кристины. Думаю, он даже не услышал остального.

— Это не имеет ко мне никакого отношения, — сказал он.

— Да ну? — сказал я и уже собирался добавить что-то остроумное, когда рядом с Рейнардом села белая женщина. На ней был пастельно-жёлтый жакет поверх белой блузки и чёрные легинсы. Её лицо было очень знакомым.

— Привет, Питер. — сказала Лесли Мэй. — Как дела?

Рейнард побледнел как разбавленное молоко — клянусь, у него даже затряслись руки.

Это было её прежнее лицо — до Королевской оперы и мистера Панча.

— Так что? — сказала она. — Ты с прослушкой или без?

— Привет, Лесли! — сказал я чуть громче, чем собирался.

— Ну вот и ответ на вопрос. — сказала она. — Готова поспорить, ты удивлён меня тут встретить.

Двадцать секунд — вот всё, что мне было нужно.

— А ты как думаешь? — спросил я.

Лесли улыбнулась, кожа её лица была гладкой и чистой, как у ребёнка.

— Мне подправили лицо, — сказала она.

— Вижу.

Десять секунд.

— Ты ведь не думал, что это возможно? — сказала она.

— Очевидно, ошибался, — сказал я.

— Тогда возникает вопрос: Найтингейл тебе соврал или он просто не знает? — сказала Лесли.

— Я здесь вообще ни при чём, — сказал Рейнард и начал вставать.

Лесли сжала кулак и я почувствовал лёгкую дрожь — так всегда бывает перед тем, как практикующий начинает формировать заклинание. Если хочешь поставить защиту, надо угадать форму заклятия и успеть сплести контрзаклинание быстрее. Найтингейл называет это lutte sans merci — «борьба без пощады», чтобы выжить в ней, нужны чуткость, предвидение и молниеносная реакция.

Или можно откинуться на стуле, упереться ногами в стену, поставить обе ступни на край стола и изо всех сил толкнуть. Край стола угодил Лесли в живот, а Рейнарду — по бёдрам. Лесли поддалась удару — я видел, как она позволила себя оттолкнуть, завершив заклинание уже в падении. Не самое простое дело, скажу я вам. Рейнард вскрикнул от боли и ловко подпрыгнул, оказавшись на столе в полуприседе.

Следуя здравому принципу, что, что бы там ни наслала Лесли, лучше не быть у этого на пути, я бросился по диагонали через столик. Пока я скользил по нему, я наколдовал пару огненных шаров с задержкой взрыва — я называю их, к неудовольствию Найтингейла, «тощими гранатами» — и метнул их в сторону Лесли. Джон Ву бы мной гордился.

Я вяло попытался схватить Рейнарда, но он словно отпружинил от стола, проскочил в проём в стене и исчез в коридоре. Я дал ему уйти — сейчас Лесли была для меня важнее. Но прежде чем я успел скатиться с другой стороны, чёртов стол дёрнулся и взмыл вверх. Я распластался на нем, когда потолок устремился ко мне, но тут сверкнула яркая вспышка, будто сработала профессиональная вспышка, стол дёрнуло влево и сбросил меня на пол.

Я ударился плечом обо что-то — кажется, это была Арета — и впечатался лицом в кафельный пол. Учитывая всё происходящее, я решил, что лежать и отдыхать — не лучшая идея. Я откатился куда-то наугад и вскочил на ноги. Как раз вовремя, чтобы увидеть, как Лесли перемахнула через проём в стене и рванула за Рейнардом, который уже исчезал в поперечном коридоре с табличкой «Харродс Технологии». Я бросился за ними, но держал щит наготове — я не думал, что всё это закончится хорошо.

Хотя была среда и утро, народу было столько, что у любого работающего полицейского случился бы нервный срыв. Есть правила — нельзя подвергать опасности гражданских во время погони и главное из них — не ставить под угрозу жизни посторонних.

— Полиция! — крикнул я, когда кто-то из прохожих отлетел от моего щита. — Все на выход!

Это возымело эффект, одни остановились, другие потянулись за телефонами, а остальные продолжили делать покупки как ни в чём не бывало.

Я крикнул ещё раз — по крайней мере, это расчистило проход, я заметил, как Лесли свернула налево в следующий зал. Я последовал за ней и почувствовал, как мой щит дрогнул, я промчался мимо игровой приставки с тремя экранами и встроенным рулём. Пахло горелым пластиком. Надеюсь, это не я.

Впереди Лесли и Рейнард сцепились с крепко сбитым белым мужчиной в бежевом плаще. У него была армейская стрижка ёжиком и маленькие глазки. На охранника магазина он не походил. Я ощутил раздражение, такие «герои из народа» хороши до тех пор, пока не погибнут, а потом объясняться на следствии придётся мне.

По крайней мере, зал был узкий, справа прилавки «Спайваре», слева «Водафон», а все потенциальные свидетели благоразумно разбежались.

Я был менее чем в двух метрах от схватки, когда что-то ударило меня в спину и швырнуло лицом вперёд. В воздухе резко запахло свечным воском и гиацинтом, над головой пронеслась верёвка из малинового дыма и хлестнула «Ёжика» по лицу. Он отшатнулс, дым заколыхался как шёлк на ветру и с силой ударил Лесли в грудь