Князь Андер Арес 11 - Тимофей Грехов

высоту. — Похититель. — А вот это мимо. Заклинание расплескалось о щит, не причинив никакого вреда. — Кровавая молния, — молния сбила щит на пару секунд, а потом купол силового поля затянулся обратно, будто его и не пробивали.

— «Значит, иглы лучше всего», — отметил я. В прошлую нашу встречу, когда я открывал портал для драконов, иглы не смогли причинить вреда истребителю. Но сейчас я во много раз сильнее…

— Okto кровавые иглы — okto кровавые иглы. – Я, если так можно выразиться, бил очередями, старясь не попасть по драконам. И две машины моими стараниями уже коптили внизу.

И меня сразу заметили.

Потому как в мою сторону развернулись сразу пять истребителей, зависли полукругом и открыли огонь. Лазеры заколотили в мой щит, и я почувствовал давление, а также увидел, как из инвентаря испаряются кровавые запасы. Щит держался, но с такими темпами это было ненадолго.

Я спикировал на крайнего, сложив крылья, и в падении атаковал.

— Рёв огненного дракона, — поток пламени ударил в упор, щит вспыхнул, истребитель, окутавшись огнём, завалился набок и вскоре упал в озеро. В тот же миг я кинул кровавые лезвия в соседнего — два широких серпа вошли в крыло, и машина закрутилась, теряя управление.

Лазеры остальных трёх продолжали меня обстреливать. И в эту секунду рядом пронёсся Наран.

За ним хвостом тянулись три истребителя, поливая его огнём, и я видел, как на его щите расходятся трещины света.

Дальше всё случилось быстрее, чем я успел подумать.

Наран рванул мимо двух машин, что висели надо мной, и ударил молниями. Воздух разорвало белым, оба истребителя вспыхнули изнутри, и от них остались только падающие куски. А я, не раздумывая, развернулся и всадил кровавые иглы в его преследователей. Первого пробил сразу, второго добил рёвом, третий попытался уйти вверх и нарвался на лезвия.

Наран влетел в облако дыма рядом со мной, и я едва успел отвести от его брюха ещё один луч воздушным молотом.

— «Ты меня слышишь?» — голос Нарана раздался в моей голове.

— «Да, — отозвался я, выцеливая следующий истребитель. — Твою мать. Какого хрена фриранцы тут забыли?»

— «Не знаю».

Не знает он… а вот я понимал, чья это вина. Драконы драпали через половину галактики и, судя по всему, прихватили на хвосте обезьян. Честно, я бы с удовольствием высказал всё это золотому прямо сейчас, в красках, с подробностями… и заковыристыми словами, от которых даже у сапожника уши покраснеют…

Но небо горело, по нам долбили лазерами, и мы несли потери больше, чем сбивали врагов.

Всего за две минуты сражения я ощутил смерть пяти драконов. И как-то само собой получилось, что мы с Нараном стали спиной к спине, прикрывая друг друга.

Я держал щит, он бил молниями, потом менялись. Кровавые иглы оказались единственным, что стабильно пробивало их энергетические купола.

Увидев Дорака, я сообщил ему, что Рейна, Сильра и Артур у меня дома. Тем временем к нам начали стягиваться уцелевшие.

Они подтягивались под наши щиты, и скоро под двумя куполами набилось больше шести десятков высокоранговых драконов. Мы огрызались из этого кольца, как загнанные в угол звери, и я кожей чуял, что долго так не протянем.

— «Нам не выстоять, — бросил я Нарану и тут же добавил. — Где остальные?» — «На острове, в Суровом океане, далеко на севере. Под скалой убежище, мы вырыли его, когда вернулись на Грею. Там они в безопасности».

— «Хорошо».

Я выплюнул рёв в очередную серую тушу, и она вспыхнула.

— «Тогда приказывай этим телепортироваться. Этот бой мы проиграли!»

И вот тут небо сменило цвет.

Сначала я подумал, что это очередное облако дыма заслонило Саю. А потом я сообразил, что это огромный корабль вошёл в атмосферные слои Греи. Эта махина была размером с большой город.

Он завис прямо над нами и из его брюха в наш щит ударил луч.

Я весь подобрался, ожидая удара и влил почти пять тысяч литров крови в кровавый барьер, при этом усиливая участок, куда устремился луч. Но удара не последовало. Вместо этого пришло ощущение, будто нас тянет.

— «БЫСТРО! — заорал я во все головы разом. — ТЕЛЕПОРТИРУЙТЕСЬ!»

Повторять никому не пришлось, драконы стали исчезать один за другим. Две секунды, и остались только мы с Нараном.

Я уже сложил руны, чтобы прыгнуть домой. Захват по двум драконам стал чувствоваться заметно сильнее. И я не хотел попадать к фриранцам в плен.

— «Андер. Прошу. Помоги, — обратился ко мне Наран. — Там внизу наши собратья. Я не брошу их».

— «Координаты острова. Живо», — бросил я вместо ответа.

Наран понял с полуслова, и почти сразу я ухватил образ, привязал к нему якорь.

После чего я раскинул сканирующие чары, нащупав двадцать одну искру. Телепортировался к первому дракону. И вовремя, потому как над ним уже завис истребитель, желая добить. Преградив ему путь своим телом, которое защищал кровавый барьер, я атаковал.

— Okto кровавые иглы, — и больше тысячи игл буквально изрешетили истребитель и пилота в нём. Я отчётливо ощутил, как жизнь покинула пилота. После чего я приземлился у дракона и телепортировал его под скалу на остров, к его сородичам.

— Исцеление — исцеление, — услышал я, прежде чем вернуться в земли драконов.

Истребители продолжали охоту, добивая раненых драконов. К двоим я не успел, но их убийцы ненадолго пережили их.

Третий, пятый… в какой-то момент я перестал считать. Просто хватал, прыгал, сбрасывал, возвращался.

За последним мы прыгнули вдвоём.

Молодой красный дракон, почти подросток, лежал у самой воды и не подавал признаков жизни, только искра ещё тлела. Я метнулся к нему, но Наран меня опередил.

Он телепортировался, и я остался один, подняв морду к небу.

При этом истребители разворачивались и один за другим уходили вверх, втягиваясь в распахнутые шлюзы исполинской туши.

Никто больше не стрелял… Просто корабль собирал своих и уходил.

Я смотрел на это, и до меня начало доходить. Они могли стереть нас всех, методично уничтожая с орбиты Греи… но они этого делать не стали.

Им не нужны были наши трупы.

Они прилетели не выжигать Грею под ноль. Они прилетели её забрать. Целой, с городами, рудниками, людьми, эльфами, драконами… со всем хозяйством, которое потом удобно доить.

Нас пришли не уничтожать. Нас пришли завоёвывать.

И, честно сказать, я не знал, что из этого хуже.