Князь Андер Арес 11 - Тимофей Грехов

прилетели мстить именно драконам, и я не возражал, чтобы Сильра пожила с нами. Попросил я её и Нанали только об одном… чтобы обе перекрасили волосы. И теперь по замку ходили две темноволосые драконши, к чему я никак не мог привыкнуть.

А я занялся тем, что умел лучше всего… стал готовиться к худшему.

Если фриранцы вернутся, Гидеон на время прикроет город, но как только кончится заряд, люди окажутся под огнём.

В прошлый раз Сэм загнал их в канализацию, но это был не выход. На Грее раньше не нужны были бомбоубежища. Однако сейчас ситуация в корне изменилась.

Начал я с того, что доставил големов с Адитона в Виндар. И вместе с Мишелем и нанятыми гномами мы начали строить проект подземной сети.

После чего големы-каменоломы начали вгрызаться в землю. За ними шли носильщики — оттаскивали глыбы наверх, грузили на телеги, и караваны увозили камень за город. Укладчики ровняли стены хода, подгоняли блок к блоку. После чего шли гномы и укрепляли своды. Лучше них в этом деле было не найти.

Затем в дело вступал я.

Я перестраивал саму породу, заставлял её уплотниться, сращивал отдельные камни в монолит, прошивал стены рунными цепочками, которые гасили ударную волну и распределяли нагрузку.

За день я выматывался так, что вечером еле доползал до спальни, где меня встречала темноволосая Нанали и обещала «изгнать все страхи».

Параллельно я занимался зарядкой накопителей для Гидеона. Они заметно просели в прошлый раз, и я три дня подряд занимался их зарядкой. Мог и за один день управиться, но из-за опасений, что фриранцы нападут вновь, оставлял больше половины маны при себе.

Но больше времени я проводил именно под землей. И концу второй недели сеть туннелей была готова, и на каждой площади, у развилок больших дорог, был построен спуск под землю. Чтобы люди, увидев активацию Гидеона, успели добежать до укрытия.

Но всему наступает конец. И пауза, которой фриранцы хотели посеять ещё больший страх у жителей Греи, закончилась.

В небе, прямо над центром города, разворачивалось огромное галоизображение. И смотрело оно сверху на всех разом.

Там была голова обезьяны с короной на голове.

— Жители этого мира, — заговорил он на нашем языке. — Я, принц Горх, наследник престола Фриранской империи. С этого дня ваша планета принадлежит нам. — Он сделал паузу. — Вы молодая раса, отсталая и слабая. Ваше сопротивление бессмысленно. Вы видели, что стало с вашими городами. Это была не война. Это было предупреждение. Если мы захотим, ни один камень не останется лежать на другом. Поэтому условия будут просты. Каждый правитель каждой страны этого мира признаёт власть Фриранской империи. Каждый правитель приносит клятву Империи. Тот, кто откажется, будет уничтожен вместе со своими землями, родом и народом… без исключений.

Пока условия были жесткими, но выполнимыми.

— Через три дня, — голос обезьяны стал чуть громче, — я спущусь на остров, который вы называете Измаль. Там я приму ваши клятвы. Каждый правитель должен явиться лично. — Он оскалил зубы, добавил. — И каждый принесёт мне дар.

Вот тут я невольно подался вперёд, потому что нутром почуял, что сейчас будет самое мерзкое.

— Тысяча. — Горх растянул слово, словно пробуя на вкус. — Тысяча прекраснейших дев знатной крови от каждого правителя. Молодых, здоровых, нетронутых. Это малая цена за то, что я оставлю вам ваши жизни и ваши троны. — Он чуть наклонил. — И запомните одно, если хоть одна из них окажется недостойна моего взгляда… ХОТЬ ОДНА. Правитель, что привёл её, лишится головы прямо на острове. Три дня, — повторила обезьяна. — Не вынуждайте меня показывать, что бывает с непокорными. Я бы предпочёл править живыми.

Галоизображение пошло рябью и растаяло, будто ничего там и не было.

Некоторое время на улицах стояла странная тишина… будто весь Виндар перестал разом дышать. А потом её прорвало. Где-то заголосила женщина, кто-то заплакал… людей обуяла паника.

А я стоял и думал ровно об одном — нас завоевали и намереваются превратить в скот.

Я отрастил крылья и под ускорением рванул к замку. И я прибыл в большой зал последним.

— И что, кто-то всерьёз отдаст своих дочерей?

— Думаю, не сегодня… завтра, — сказал Сэм, — когда король Георг поймёт, что у него нет иного выхода, прикажет знати привести девушек их рода.

В этот момент я примерно представил, сколько ненависти выльется за эти дни. Ведь сильные и богатые будут стараться спасти своих дочерей. Самый сильный удар будет по малоимущей знати или по неугодным короне.

Не думаю, что Георг решит ударить по нам. В этот момент я посмотрел на Афину и Елену. Они подходили под условия Горха.

И отчётливо понял, что постараюсь сделать всё, чтобы они не пострадали… вот только выстоит ли тогда род Арес? Что-то мне подсказывает, что со временем аппетиты захватчиков будут расти, и тогда возникает вопрос… кем мы готовы пожертвовать ради выживания рода?

От этой мысли внутри всё похолодело.

— Андер, — тихо позвала Нанали.

Я повернулся к ней. И понял, что смотрит на меня уже не только она. Смотрели все. Сэм, Мишель, Сириус, Бель, дети. Весь зал.

— Что нам делать? — спросила она.

Глава 8

— У меня нет прямого ответа, — наконец произнёс я. Сказать это вслух было тяжело. — Фриранцы… их корабли могут путешествовать между звёздами. Понимаешь, что это значит? — я обвёл взглядом зал. — Уровень развития, до которого нам ещё очень далеко. И я не уверен, что Грея сможет им хоть что-то противопоставить, даже объединившись.

Я сделал паузу и повернулся к Нанали. Она стояла рядом, и её перекрашенные тёмные волосы всё ещё сбивали меня с толку.

— Расскажи мне про Каруса. Его сил хватало, чтобы сбивать большие корабли?

Нанали покачала головой.

— Нет. — Она немного помолчала, словно подбирая слова. — Одна из его атак пробила энергетический щит. В корпусе появилась огромная дыра и огонь. Но огонь сразу потушили железные големы. — «Роботы», — догадался я. — А сам корабль поднялся высоко-высоко, туда, куда Карус уже не мог достать.

Картинка складывалась паршивая…

— Думаю, нам надо ждать вызова короля на собрание, — сказал Мишель. — Георг соберёт всех, кто хоть что-то значит.

Я кивнул, делая вид, что соглашаюсь. При этом взгляд