Доктор-попаданка. Без права лечить - ЮЭл

объявленной за мою голову награды, пожалуй, единственная, кто ещё не растерял живой интерес к новым знаниям. Она прекрасный чистый лист, который я могла заполнить любой информацией. И Эстер понимала это.

— Прекрасная идея. Будьте осторожны. Хорошего дня.

Я не дала Виоле вставить ни слова, взяла её под руку и повела к выходу, практически вытаскивая за собой. Через несколько минут мы уже стояли у дороги, где должна была появиться наша «карета» в город.

Глава 20

Мы вышли там же, где я привыкла выходить последние полторы недели. Я уже по инерции повернула вдоль дороги, но Виола вдруг резко свернула в сторону леса, даже не оборачиваясь.

— Куда ты? — крикнула я ей вслед.

— Так короче, — бросила она, не сбавляя шага.

Я удивлённо хмыкнула, но всё же пошла за ней. Тропа оказалась узкой, местами почти исчезала под ногами, ветки цеплялись за одежду, влажная земля пружинила под сапогами. И всё же она не ошиблась — мы вышли к восточному кварталу минут на десять быстрее, чем я обычно добиралась.

— Фантастика… — пробормотала я, оглядываясь.

Мы зашли со стороны причала. В нос сразу ударил резкий запах рыбы, соли, сырости и пота. Люди суетились, торговцы кричали, зазывая покупателей, где-то вдалеке скрипели телеги, а лошади фыркали. Видимо, им тоже не доставляло удовольствие столь разнообразное сочетание запахов.

Мы прошли мимо рядов, свернули на третьем перекрёстке и поднялись вверх по улице. Уже через несколько минут оказались в той части квартала, где я работала последние две недели.

Я снова посмотрела на Виолу. Она не ответила на мой взгляд. Только напряжённо осматривалась по сторонам, будто ждала удара из любого угла.

Я невольно нахмурилась. Она изменилась до неузнаваемости. Исчезла привычная лёгкость и жизнерадостность. Передо мной стояла девушка, которая знала, что такое порой за жизнь приходится бороться до последней капли крови. Не расскажи она вчера о своём прошлом, я бы не решила, что её подменили.

Мягко хлопнула её по плечу, возвращая в день сегодняшний, а не давно минувший.

— Всё нормально, — сказала тихо. — Сначала проверим Элтрана.

Но до Элтрана мы так и не добрались сразу.

Из первого же дома вышла женщина, нервно сжимая руки.

— Посмотрите детей, пожалуйста…

О том, что в квартале появился лекарь, все узнали в тот же день, когда я впервые сюда пришла. И с того дня стоило мне переступить какую-то незримую границу города, как жители узнавали, где я и как меня найти. Поэтому появление женщины не стало неожиданностью. Я кивнула и зашла внутрь. Осмотр занял немного времени. Ребёнок просто простыл.

— Больше тёплого питья, — сказала я. — И сварите куриный бульон с овощами.

Женщина кивнула, но стоило нам выйти за порог, как Виола повернулась к ней:

— Купите клюкву. Сделайте клюквенный отвар.

Я недовольно посмотрела на неё, когда мы отошли.

— Ты говорила, что там много витамина С, который стимулирует выработку лейкоцитов, которые борются с инфекциями, — спокойно ответила она. — А курицу она не купит. Денег нет.

Я замерла на секунду, удивляясь и её памяти, и тому, как хорошо она всё-таки знает местных людей. Затем медленно кивнула.

— Верно. Только не лейкофитов, а лейкоцитов.

Вторым вышел старик. Кашель у него был такой, будто он и правда собирался выплюнуть лёгкие.

Я осмотрела его, послушала дыхание, нахмурилась.

— Острый бронхит, — сказала я и на секунду замолчала, представляя привычную схему лечения.

Даже на мгновение представила, как открываю стерильный набор, выписываю рецепт: антибиотики, ингаляторы, муколитики, нормальные противовоспалительные… — и почти сразу же вернулась в реальность.

Тяжело вздохнула, отгоняя бесполезные мысли.

— Делайте паровые ингаляции. Горячая вода с ромашкой и шалфеем. Пить как можно больше тёплого — отвары, мёд, если найдёте. Грудь растирать настойкой на травах, укутывать и держать в тепле. И никуда не выходить, пока не станет легче.

Он кивнул, с трудом переводя дыхание.

Только после этого мы добрались до Элтрана. Паренёк лежал на кровати, играя в карты со своим… а чёрт его знает, кто он. Может, друг, может, брат, а быть может, и простой участник банды. Это меня не касалось.

Судя по выражению лица моего пациента, он проигрывал. Подошла ближе, взглянула. Классический «козёл», ничего интересного. Я молча протянула руку и забрала у него карты.

— Всё. Лечение.

— Нет, подожди! — заорал он. — Сначала партия!

Я посмотрела на него так, что он сразу замолчал. Хорошо, что, несмотря на новое тело, я не растеряла старое безапелляционное выражение лица, под которым склонялись даже преступники.

— Вот и хорошо, — кивнула я и принялась снимать шину.

Неожиданно он заметил рядом со мной девушку и затих, поглядывал на Виолу.

— А я тебя знаю? — вдруг спросил он.

— Нет, — коротко ответила она.

Он нахмурился, потом уверенно добавил:

— Знаю.

— Молчи, коль жить охота, — спокойно сказала Виола.

Я даже остановилась на секунду и посмотрела на неё с улыбкой. Боевая девочка.

— Вот такой ты мне нравишься больше, — сказала я и кивнула ей. — Иди сюда.

Я показала, как правильно фиксировать шину, куда ложится нагрузка, на что обращать внимание, чтобы не пережимать ткани.

— Запомни, — добавила я, указывая на ногу. — Главное — фиксация и кровообращение.

Потом перевела внимание на лицо Элтрана.

— Видишь швы? Если края такие — можно снимать. Рана уже затягивается.

Виола кивнула, внимательно следя за каждым движением. Элтрану не нравилось, что на нём обучаются. Он даже попытался возмутиться, когда я разрешила Виоле снять швы.

— Тогда будешь ходить со швами, — пригрозила я.

— И буду, — решил взбунтовать паренёк.

— Хорошо. Но когда щека зарастёт гноем и ты прибежишь за помощью, я смогу лишь отрезать часть лица, — жестоко сообщила я, после чего он присмирел.

Жестоко, конечно, но нечего было меня злить.

Когда мы закончили, в проёме появился Толстый Ух.

— Рада тебя видеть, — искренне сказала я. Хорошо, что он не пострадал при встрече с Леонардом Грейвсом. Может, всё не так страшно, как надумала Виола?

Он закрыл дверь, внимательно посмотрел на Виолу, потом на меня, прежде чем задать вопрос:

— Он в порядке?

— Да. Шесть недель покоя — и можно начинать ходить.

— Шесть?! — заорал Элтран. — Мне лежать шесть недель?!

Я посмотрела на него спокойно.

— Может, восемь. Но начнём с шести.

Он застонал, хлопнул по кровати и рухнул обратно.

— А нечего было с крыши прыгать, — холодно сказала я.

На прощание всучила ему свой обед в виде одного яблока и, пожелав не нарушать режим, покинула старое, разваливающееся здание.

Сегодня Ух решил проводить нас. Но то, как он оглядывался по сторонам, меня напрягало. Когда же я попыталась