Мастер Рун. Книга 15 - Артем Сластин

Сборы были донельзя короткими, но всё равно мы провозились до вечера. Тем более что пространственная сумка была у меня, а те, которые были встроены в сам корабль, просто так использовать было нельзя. Не таскать же за собой несколько метров корпуса для этого.

Самые сложные узлы, которые могли остаться целыми после взрыва, я уничтожил отдельно. Затем, используя накопители, оставшиеся на корабле, я создал несколько рунных бомб огромной мощности, которые должны были сработать по таймеру, через десять минут после того, как мы отойдем.

Что случилось с пленником, я не поинтересовался. Мы вышли в дорогу. Син и Тарн догнали нас чуть позже. И отойдя на километр, я почувствовал, как сзади что-то грохнуло, и тёмное беззвёздное небо осветила яркая вспышка.

— Вот и всё, — сказал я. — Прощай, кораблик, ты был хорошим другом.

— Знаешь, — сказал мне Син, — мне кажется, это твоё выражение про «зашли и вышли» — оно проклятое. Оно всё время срабатывает не так, как надо. Это неправильное заклинание. Давай больше не будем его использовать.

Я улыбнулся, вспоминая откуда его взял. В оригинале с этого и начинались самые странные приключения.

— Сказал бы я тебе что-нибудь нехорошее, но не буду. Наверное, потому, что ты прав.

Глава 6

На первом же привале, когда мы отошли от места падения километров на пятнадцать, я дал эльфу ещё одну обезболивающую и лечебную пилюлю из тех, что создавал Хуо для тяжёлых ран. Лисс слабый практик, и уровень регенерации у него слишком низок для того, чтобы восстановить язык самостоятельно. А так, с помощью пилюль, ему понадобится как минимум несколько месяцев до того момента, когда он сможет снова нормально говорить. Надеюсь, к этому времени я с ним уже распрощаюсь окончательно.

Кровь из раны у него уже остановилась, оставив только следы на шее и вороте рубахи — бурую засохшую корку. Но выглядел он при этом ужасно. Лисс постоянно беззвучно открывал и закрывал рот, пытаясь выдать какой-то звук, но из горла вырывалось лишь сиплое утробное кряхтение. Поэтому он начинал тут же яростно жестикулировать, пытаясь изобразить свою мысль. И вся команда с любопытством сначала смотрела на его представление, а потом отворачивалась, чтобы скрыть усмешки. В его кривляниях не было ни грации, ни высокомерия, одна безнадёжная и жалкая попытка быть услышанным.

— Если тебе что-то не нравится, можешь спокойно уйти от нас, — сказал ему Син. — Тебя здесь совершенно никто не держит, ушастик.

Тот прекрасно видел сцену с демоном и имел представление, что тут будут делать с таким, как он, поэтому остался с нами. А сейчас он смотрел на пилюлю и показывал мне сцену, где он травится ядом.

— Если бы я хотел тебя отравить, я бы давно уже это сделал, — сказал я. — Уж согласись, это было бы куда проще и дешевле, чем тратить на тебя свои драгоценные пилюли, которых у меня не так уж и много. Ты или пьёшь её, или я больше тебе не дам.

Тогда он подумал, согласился и проглотил. Я при этом честно предупредил, что чуда не будет. Рана заживёт и воспаление уйдёт, а вот сам язык будет отрастать долго. И это зависит от его личной регенерации, никакая пилюля этого не изменит.

— Нет, ну ты глянь, он ещё и недоволен, — заметил Син, который сидел рядом и разминал опухшую ногу. — Ему жизнь спасли, накормили и лечат, а он рожи корчит. Знаешь, Корвин, дай-ка мне тоже пилюлю, а то колени болят.

— Может, тебе лучше вина?

— А есть?

— Нет, я не стал забирать из запасов корабля.

— Можно сказать, что ты меня половины жизни лишил, целый отрезок просто вырезал и выкинул, — возмутился друг, а затем показал на свой рюкзак. — Но я взял пару бутылочек, так что будет чем сполоснуть пересохшее горло.

Когда только успел, я даже не заметил, что он лазил по лодке, забирая с собой алкоголь. Хотя и неудивительно.

Ашши всё это время лежала на носилках молча. Несли её Кеш и Син, который, несмотря на хромоту, тащил демоницу и не собирался от этого отказываться. За весь переход она не сказала ни единого слова, только иногда шипела сквозь зубы, когда носилки встряхивало на не самой удобной местности. В самом начале похода я дал ей две пилюли, помогающие вылечиться, и нам осталось только наблюдать за тем, как она постепенно восстанавливается и приходит в норму. Регенерация у демонов была не чета человеческой, и восстанавливалась она гораздо быстрее. Я чувствовал это, когда направлял Щуп в её сторону для того, чтобы оценить уровень повреждений.

— Вокруг тихо, — сказал Тарн, шедший впереди и сейчас высматривающий противника в тёмном лесу. — Я не чувствую никого живого рядом. Что скажешь, мастер Корвин?

— Раз отдохнули, то идём дальше, задерживаться никакого смысла нет. Не ждать же, пока за нами придут.

Идти через незнакомый лес с раненым на носилках было занятием тоскливым, но деваться было некуда. Постепенно ночь заканчивалась, лес начал просыпаться, запели птицы и начало светать. Именно тогда я поймал и почувствовал где-то на юге, в нескольких километрах от меня и группы, источник этера.

— Кажется, у нас проблемы, — сказал негромко, но чтобы все слышали. — Как минимум одна группа движется с юга и одна с востока. Скорее всего, с пастырями. Я чувствую, как они фонят.

— Быстро они, — Син этому даже не удивился. — Пленный говорил, что гонцы разнесли весть о падении корабля, и можно ожидать, что сейчас каждый пастырь на острове знает, что где-то рядом здесь ходит добыча. Вопрос только, насколько густо они встанут, чтобы перекрыть нам путь.

— Если бросите меня, пойдёте быстрее, — сказала неожиданно Ашши. — Я умру с честью.

— Конечно, ты умрёшь с честью, — согласилась Наира. — Но не сейчас. Я знаю мастера Корвина достаточно давно и могу сказать следующее: он тебя не бросит, а значит, и мы тебя не бросим, какая бы ты тварь ни была.

Мне оставалось только подтвердить слова капитана Осколков кивком, и больше ничего добавить не получилось. Зачем? Хотел бы я её бросить, бросил бы сразу после падения корабля, и проще было вообще убить её в демонском городе, чем таскать всё это