Не тот год IV - Михаил Владимирович Баковец

— Понял, исправлюсь, — слабо улыбнулся я.

— Хорошо, раз так, — вновь произнёс Волх.

И всё пропало.

Сразу после этого разговора я очнулся в палатке, пропахшей карболкой и не выводимым ароматом смеси лекарств, которые по отдельности нельзя было определить.

Чувствовал себя превосходно. Ничего не болело, голова работала, как новейший процессор на новом компе, который ещё не успели загадить сотнями программ, среди которых половина была ненужной. Легко поднялся с кровати, которая громко проскрипела пружинами. Этот звук стал сигналом для других. Я только опустил босые ноги на щелястый пол из струганных и некрашенных досок, как брезентовый полог отдёрнулся в сторону, показав лицо женщины среднего возраста в белом халате и косынке, из-под которой выбивалась прядь светлых волос.

— Вы очнулись? — задала она с ходу вопрос. — Как себя чувствуете?

— Лучше не бывает, — улыбнулся я ей и встал. Только через мгновение сообразил, что на мне не было ни нитки. Сразу же смутился и плюхнулся обратно на заскрипевшую койку, где натянул на бёдра простынь.

Женщина даже глазом не повела от вида моего адамовского костюма. Оно и понятно. Успела насмотреться в госпитале на тела мужиков во всех ракурсах и состояниях.

— Я вам сейчас белье и халат принесу. И скажу товарищам командирам, что вы очнулись. Только сначала давайте-ка измерим вам температуру и давленице…

— Что это было, Андрей? — спросил у меня Панкратов, когда мы с ним увиделись в моей отдельной палате-палатке.

— Перетрудился, наверное. Внутренняя энергетика не выдержала нагрузки, — на честном глазу ответил я товарищу. Правда ему всё равно не нужна. А эта маленькая ложь точно не повредит никому. — В общем, мне нужен нормальный отдых, Саш, — и быстро добавил, пожав плечами. — Сам не ожидал от своего организма такого.

— Нормальный? В смысле, нужен отпуск?

— Отпуск, — кивнул я.

Я решил повернуть ситуацию себе на пользу. Давно уже нужно было посетить Москву, спуститься в катакомбы и оставить посох из дубовой ветви, как просили волхвы. На эту палку никто не обращает внимание. Для всех посох невидим. Он даже не просто невидим, а отводит внимание, заставляя чужое сознание переключаться на что-то иное и мгновенно забыть про него.

— Значит, будет тебе отпуск. Жаль, конечно, что ты прямо сейчас выбыл из строя, — Панкратов слегка вздохнул. — Нам твои способности прямо сейчас ох как нужны. Но, с другой стороны, если ты так будешь отключаться и пугать всех, то… в общем, отпуск, так отпуск.

Чтобы там волхвы не говорили, но я хапнул столько мощи, что ощущал себя всемогущим божеством, а не кандидатом в некое чёрное эфирное создание. Не в курсе, кто это. Но подоплёку, суть прозвища осознаю. А ещё откуда-то знал, что даже десятой части обретённой силы не смогу впитать и сделать своей. Один, может, два процента, не больше.

Если бы мне сейчас дали «пятитонку» для зачарования, то сумел бы превратить её в аналог полукилотонного заряда. А то и во всю килотонну. При этом бомба будет чистенькая, как инструменты хирурга из чистой операционной. Будет просто сильный бадабум без последующего загрязнения радиацией и чёрного дождика. Вот только делать такое будет большой ошибкой. Я работаю с умными и внимательными людьми. И где-то сидят ещё более умные и внимательные, которые в спокойной обстановке анализируют каждый мой шаг. Готов поклясться, что любое моё действие пытаются повторить, чтобы научиться тому, что умею я. Возможно, сведут в одно целое наличие моего имени на бомбе, время её использования и мой приступ беспамятства.

Кстати, это первый видимый и ощутимый эффект от «именной» ФАБ-3000. Куда-то она хорошенько так упала, накрыв десятки, если не сотни немцев, чья жизненная сила стала моей. Когда рванули несколько маленьких бомб на немецком аэродроме в весеннюю распутицу, то я не почувствовал ничего. Там точно были убитые при взрыве. Но видать моя доля силы от жертвенной энергии размазалась в пространстве из-за расстояния. Или вообще жизненной энергии было с гулькин нос. И мне ничего не досталось. Прочие бомбы тоже попадали куда-то не туда.

«Хм, а не могли те неведомые умные головы специально дать бомберам указание конкретно мою бомбу положить в конкретном месте, где разведка нашла скопление живой силы на небольшом пятачке».

От этой мысли я непроизвольно вздрогнул. Если моя догадка верна, то… да чёрт его знает, чего мне после этого ждать. Хорошо, если бы кремлёвская верхушка прямо у меня спросила про данный момент. Честно скажу — признаюсь. Не во всём, но кое-что из правды им выложу. А если станут дальше присматриваться и строить свои планы? Так ведь и напортачить могут из любви к искусству интриг.

«Или мне воспользоваться советом одной героини и сказать: об этом я подумаю завтра», — мысленно спросил сам себя.

Как бы там ни было, но мне сейчас нужно просто ждать и смотреть на поведение окружающих. Кто-то обязательно проколется, если верха станут играть свою мелодию в моём хоре. Но всё же хочется надеяться, что всё происшедшее не более чем случайность. И нет никакого заговора той или иной направленности в мой адрес. Мне ещё не хватало внутренних врагов. Прекрасно помню, как я сломался перед попаданием в сорок первый, столкнувшись с мерзостью и античеловечностью, против которых не работал закон. Я же и здесь могу точно также сорваться и взвалить на свои плечи ярмо, следователя, прокурора, судьи и палача. Чего совсем не хочется.

Глава 10

ГЛАВА 10

Приступ и мои последующие за ним слова дошли до ушей кого нужно. Буквально на второй день после случившегося я уже заходил в купе поезда, следующего в Москву. На вокзале и в поезде мне было не от кого скрываться. Поэтому ехал в своей «родной» форме с положенными знаками различия. И, разумеется, с наградами на гимнастёрке. Ох, и взгляды у окружающих было! Впрочем, ради справедливости стоит упомянуть, что на том же вокзале в Ленинграде не я один обладал внушительным иконостасом. Даже двух Героев Советского Союза увидел. Один оказался майором-танкистом. Второй капитаном из лётчиков. Мы друг другу при встрече кивнули, как знакомым. Вышел этот жест сам собой.

— Товарищ командир, товарищ командир!

Я обернулся на звонкий женский, даже девичий голосок за моей спиной и увидел группу девушек в