Звездный путник - Александр Попов

— Твоя работа⁈

Я улыбнулся и молча пожал плечами.После учебы, меня сложно было удержать в рабах. Любые темницы были для меня номерами люкс, с широко открытыми воротами. Рунная магия творит чудеса.

— Взять его, и вытрясти все, что знает! — Завизжал эльф.

Неожиданно повеяло обжигающим холодом. Все обступившие меня замерли, словно манекены в витрине магазина. Рабы что и могли делать, это дико вращать глазами. На поляне, у обрыва, где раньше было здание, появилась женщина. Она словно соткалась из обжигающе ледяного ветра, закружившего снежной вьюгой. И не осыпалась снегом, а превратилась в прекрасную женщину. Я почувствовал огромную силу, что исходило от этой незнакомки.

Она была одета в белое до пят сверкающее платье. На груди было ожерелье, из крупных кровавых рубинов.

Черные как смоль волосы, рассыпались по плечам. Лицо было нереальной красоты, черные глаза пробирали до самой души.

— Это ты, воспользовался браслетом моей матери⁈ — Спросила женщина на чистом русском языке, голосом от которого мурашки по телу побежали. И тут я понял, кто это был.

Это была богиня смерти Марана.

— Рад приветствовать вас Марана.

— Ты знаешь, кто я⁈ — растерянно и удивлённо спросила богиня.

— Тебе и 15 лет нет, постой, вижу тебя, омолодили.

Смертный, что можешь сказать в свое оправдание, — грозно спросила богиня, прожигая меня взглядом.

— Великая Мара, виновен в том, что одел на руку, найденный в реке браслет.

— Вижу, что не лжешь, и не ищешь себе оправданий! — Марана удивлённо посмотрела на меня, потом подошла. Наложила свою ладонь на браслет и тут же отдернула руку. И надо сказать, что от секундного прикосновения богини смерти, меня спас опять браслет. Я видел, да, теперь я мог видеть силу, сокрушительная обжигающая ледяная энергия богини, полилась рекой в браслет.

Богиня подошла ещё ко мне ближе и стала внимательно смотреть в мои глаза. От Мораны пахло морозным утром.

Я понял, что сейчас будет настоящая битва. Я чувствовал, что это будет так. Не смотря на то, что в магическом плане против такой силы, я могу только, оборонятся. И не надо себе льстить, устоять я смогу считанные секунды. Потому, что я на этом поприще, в самом начале пути.

Время остановилось, все замерло, воздух стал густым, словно патока. Ужас, что я испытал дальше, словами очень трудно передать. Началось с того, что первый удар богини был ошеломительный. Во время учебы в древней капсуле, меня научили крепко. Какое-то время, меня держали в этой реальности якоря — воспоминания о земле, доме, родителях, детях и даже Егор Кузьмич держал меня. Сила богини нарастала, нарастала очень стремительно. И вот последние нити, державшие меня, в этом мире оборвались.

Я стал проваливаться в черную бездну. В этой бездне, была одна смерть, состоящей из океана шевелящихся мертвых тел. И когда я оказался над самой поверхностью этого океана, вдруг понял, что нужно делать. Представив свою душу, в виде щепки, из очень крепкой и сухой древесины. Щепкой я упал в самую гущу, моря человеческих душ. Меня перестало тащить вниз, наоборот, стало выталкивать к свету.

Какое-то время, мою душу таскало по волнам душ, Пока я плавал щепкой в бушующем океане смертей, миллионы жутких скелетов, с остатками плоти в безумном немом крике, хотели докричаться до меня. Они пытались схватить меня, и лишь только царапали мою душу. Я знал, что если поддамся, перестану быть человеком. И плыл туда, где был рассвет. Так щепкой и выплыл в обычную реальность, где все так же, стояла передо мной богиня.

— Очень удачный ход, молодой маг. Теперь я вижу, что ты потомок нашего народа. Считай проверку ты прошел.

— А не слишком ли много за последнее время у меня проверок, — думал я. Но богиня лишь улыбнулась.

— Похоже, и мысли свои надо учиться контролировать. — Подумал я.

— Алексей, как ты понимаешь, я здесь за браслетом моей матери. Вот, только браслет ты сможешь снять через семь лун. А пока вы с браслетом неразделимы. И я придумала, как ты скоротаешь это время. Богиня улыбнулась, а потом продолжила:

— Тебе, надо будет защитить вдову и двоих ее сыновей.

Я в этот момент увидел красивую молодую женщину, которой было меньше 30 лет,

— Звать ее Любаша и двое ее сыновей Трувур и Вторуша.

— Отец и муж Любовод, славным был воином, и не дело, когда детей и жену этого воина, отдавшего свою жизнь за родную землю, везут в рабство. Верни их назад домой и сроку тебе на исполнение семь лун.- Сказала Марана, а потом продолжила:

— Только в магии ты будешь сильно ограничен. Поскольку родственники мои могут вмешаться.

Очень они охочи, до чужой магии. А я не хочу, чтобы ты еще и их задания выполнял. Пускай сами справляются.

— Что ты выберешь из своих умений?

— Руны, — ответил я.

— Я, почему-то, так и думала, — посмотрела на меня богиня с не скрываемым одобрением.

— Руны, мои родственники хуже всего могут определить, в каком месте и для чего использованы. Выполнишь задание, потом поговорим, — улыбнулась богиня.

Не выполнишь! Тогда, все одно, когда погибнешь, попадешь ко мне, и браслет будет все одно у меня.

— Я с тобой Алексей, не прощаюсь!

И меня охватил синий туман…

Когда парень отправился в мир на земли будущей Руси. И миром правят боги из пантеона Сварога

Богиня обратила свой взгляд на эльфа.

— Почему игрушки богов, предназначенные лишь для утех, вдруг вздумали набрать себе рабов из людей.

Затем провела рукой, и исчезла. Когда в себя пришли рабы и эльф. Они не могли сказать, что здесь делают у этого провала посреди леса. Эльф как пришел в себя улетел на станцию. А рабы вернулись в город пустые без прибытка.

Марана была в чужом мире, и ей нельзя было вмешиваться в дела местных богов. А они тут были, и внимательно следили, за непрошеной гостьей. Богиня забрала одного разумного, даже не из их мира. И боги посчитали, что равновесие не нарушено…

Придя в себя, обнаружил, что лежу на жестком полу. Кругом стоял скрип, пол плавно поднимался и опускался.

— Да я на паруснике, в трюме!

Я стал оглядываться. Кругом меня лежали люди, молодые мужчины, женщины и даже дети. Одежда на всех была простая, холщовая. Я ощупал себя, такая же рубаха как у всех, штаны на мне держались на веревке.

— Паря ты чего не спишь? — прошептал сосед справа. Это оказался мужик лет 30 с бородой лопатой.

— Где мы?

— Ясно где, на корабле в рабство