Девятая жизнь Кота-Императора - Николай Николаевич Новиков

Молоко даёт прилив здоровья, внутренние раны и недавно отказавшие органы начинают восстанавливаться. Красота.

— Уо-ох, — отрываюсь от горлышка, нагло всё допивая, — Пр-р-релестно. Свежо! Почти мычит! — не сдерживаю искреннюю благодарную улыбку, — Спасибо!

Я протягиваю фляжку обратно и Дитрих… был впервые в полной растерянности. Он аккуратно взял сосуд обратно и не удержался, чтобы не заглянуть внутрь, забавно прикрывая один глаз. Затем перевернул и, не увидев ни одной капли, посмотрел на Амелию. Затем снова на фляжку.

Я не мог понять в чём причина. Неужели… он и сам хотел молочка⁈ А я всё выпил!

Блин… что-ж…

Ну, бывает. Извиняться не буду — это повторится. Как оно известно — всё лучшее для котов.

— Что-ж… ладно, — он убрал фляжку под плащ, — Если вы не против, господин Эшкрофт, то предлагаю закончить разговор. Я посмотрел всё что нужно, не вижу причин мучать ваше и без того ослабленное тело.

— И каков вердикт? — задираю бровь, слизывая молоко с губ.

— Ложный вызов, — улыбается Дитрих.

— Это хорошо.

— Даже замечательно! — добродушно кивает инквизитор, — Не проводите? Амелия.

— Это обязательно?.., — недовольно вздохнула она.

— Да, мне тяжело, — нагло встрял я.

Девушка закатила глаза и молча подошла ко мне, снова закидывая руку себе на плечо. Я, почувствовав теплоту, чуть прильнул к горячей и ароматной даме, на что она… вроде даже и не среагировала? Странно, я ожидал иного — не похоже, чтобы я ей нравился. Или не заметила? Или сделала вид?

Но мне тепло. Тёплый человек — хороший человек. Амелия — хорошая. Надеюсь ещё придёт… хочу погреться.

Мы вышли из кухни в зал, где Августина активно натирала пол чем-то ОЧЕНЬ вонючим. Настолько, что я уже потянулся носом в белые волосы охотницы, которая меня тащила, но та отпустила ровно в этот момент! Предательница! Теперь не дам себя тискать!

Августина с беспокойством смотрела на нашу компанию, и Дитрих поспешил её успокоить, сказав что всё хорошо. А ещё напомнил про штрафы за несколько ложных вызовов подряд — со всё той же улыбкой.

Чёрный кот с белыми лапками прятался за креслом, стараясь не отсвечивать на глазах гостей. Подслушивал, пушистый. Правильно.

Амелия, избавившись от прилипчивого меня, подошла к трупу, закинула его на плечо, а голову взяла за волосы.

— Благодарю за радушный приём и честные ответы славный дом Эшкрофтов! — глубоко кивает Дитрих, — На этом с радостью и грустью с вами прощаюсь! Милейшая Августина, не проводите?

— Конечно, господин Кроу, — кланяется она.

— Рад был знакомству, Леонард, — кивает он мне, — Надеюсь ещё увидимся!

— Надеюсь нет, — отвечаю честно.

— Ха-ха, и это верно! Незачем честным людям впускать домой инквизиторов — лучше без этого, — подмигивает он и, развернувшись, наконец скрывается в коридоре вместе со своей помощницей, Августиной и трупом.

И Амелия, выходящая последней с трупом на плече… решается обернуться. Она хмуро смотрит на меня и, поймав ответный прямой взгляд, переводит внимание на портреты предков, чудом оставшиеся в зале, и на герб Эшкрофтов, что висел над камином — на золотую эмблему меча, пронзающего рогатый череп.

— Можешь ещё приходить, — всё, что позволила сказать моя кошачья гордость.

Беловолосая охотница вновь хмуро смотрит на меня и, вздохнув, качает головой и так же скрывается в коридоре.

Хех. Тёплая, вкусно пахнет, и не пристаёт. И-де-аль-но.

«Теперь всегда и везде к тебе липнуть буду», — кошачьи пакости так просились наружу.

И вот, я остаюсь один, позади трещит камин, а за окном пахнет скорым дождём. Тишина, воздвигнутая инквизицией и нападением демона, сама собой пропадает.

Победа.

Опасность миновала… пока что.

— Вху-у-у… — вздох срывается сам собой, — Вроде пережили.

Усталость накатывает с новой силой, и я падаю в кресло.

Коварный Дитрих. Очень. Всё же, ладно, не думаю, что он садист, но уверен, что власти и силы у него прекрасно хватит, если я в очередной раз не пройду одну из его очередных проверок.

Но всё же… что вокруг меня не так? Здесь не просто на меня вызвали инквизицию, так ещё и наслали демона в её личине — доппельгангера! То что пришёл Дитрих — чистое везение.

— Мдя… — прыгает кот на стол, — Ловко они придумали с мялоком — оно киснет при демонях.

— Всё слышал? — сразу спрашиваю.

— Всё. Кошачьи уши весьма удобны, — признаёт он превосходство нашего вида, — Но есть беда. Ведь я… всегда… всегда, драть их в демоническую жопу, обновлял обереги!

Я вздыхаю.

Да. Ожидаемо.

— Я не скупился на это! К ням даже одержимый зайти бы не смог, я лично всё проверял! Ш-ш! — с яростью топнул он лапкой, — Значит их кто-то стёр. И скорее всего натравил демона. Дитрих — случайность. Значит…

— Значит на моей территории есть крысы… — качаю головой, — Крысы, которые очень хотят смерти кота.