Фантастика 2026-77 - Виктория Богачева

щит откололся от Элэйсдэйра, — Джия изо всех сил старалась, чтобы голос не дрогнул и не выдал её. — Я уверена, их можно подкупить. Ларан объявил независимость от королевства. Они могут стать нашими союзниками, потому что нуждаются в союзниках…

— Лар-ран? — процедила Гедда. — Э, милая, ты никак потеряла голову от обаяшки-герцога?

Джия вонзила в ладони ногти.

— Он, конечно, милый, — небрежно хмыкнула. — Но слабак, как и все они. На пару ночей игрушка. Но вот его щит нам бы пригодился. Если вступить с ним в союз…

— Нам? Не забывайся, милая. Мне, Джия, только мне. И мне твой Ларан не нужен. Мне нужны Радужные ворота. И их корабли. Но корабли мы возьмём сами.

— Это потребует дополнительного времени, — упрямо и безумно спорила княжна. — Лишняя трата времени и сил. К тому же, его подданные искусные моряки, а как корабли поведут всадники?

Гедда расхохоталась.

— Вести лодки, конечно, будут пираты. Но для этого не нужно заключать союз: страх смерти вернее, чем любые посулы. Всё, милая. Не отвлекай меня. Мы не станем менять план. А если тебе так уж приглянулся милаха-герцог, так и быть, я подарю его тебе. На день, или два. Развлекайся. Но не забывай про сестрёнку. Айяна скучает.

И рубин снова замёрз. Джия глухо застонала. Соблазнить герцога изначально было плохой идеей. Надо было просто подслушивать, подглядывать… Та же Ювина могла бы открыть больше.

Комната давила, стены угрюмо смотрели на предательницу. Джия встала и вышла. В тишине коридора она услышала смех Ларана из покоев его невесты. Или уже жены? Княжна почувствовала себя безумно несчастной. Рассудок метался, пытаясь найти выход из положения, выхода в котором не было. Даже покончить с собой не было вариантом, ведь тогда пострадает Айяна: Гедда не пощадит девочку.

Что-то укололо глаза. А тем ещё. По щеке побежала солёная влага. Джия задыхалась от слёз, она закусила тыльную сторону ладони, чтобы не закричать от внутренней боли.

За дверью звонко рассмеялась Ювина.

Джия развернулась и направилась прочь. И вдруг поняла, где она может обрести спасение от мыслей и чувств.

* * *

Ларан явился в комнату невесты уже изрядно навеселе. Этот день, когда пиратская республика вернула себе независимость, пьянил сильнее вина. Ему казалось, что где-то в подводных чертогах его предки-короли дружно поднимают кубки за дерзкого правнука.

Ювину он нашёл в кабинете. Девушка, опершись о локоть, читала толстую книгу с цветными иллюстрациями. Ларан подошёл, обнял её за плечи. Невеста вздрогнула.

— Это обязательно? — спросила она.

Он не ответил, да и не нужно было. Поцеловал в висок, а затем шею. Ювина поёжилась, отодвинувшись.

— Ну, хорошо. Но не надо так, Лари — щекотно. Сможешь сделать это быстро?

— Ю, заткнись, пожалуйста, — грубо попросил он.

Невеста пожала плечами.

— Поможешь мне снять платье? Или позвать Илику?

— В бездну Илику, — проворчал солёный король, быстро расшнуровывая её корсет.

Когда Ювина скинула платье и оказалась перед ним в одной сорочке, то с любопытством глянула на жениха и спросила:

— Я красивая?

— Неважно, — ответил он сердито, сам не понимая, на что злится.

Всё было не так, всё не клеилось.

— Ну, ты же должен мне какие-то комплименты сказать, — растерялась она, взирая на Ларана равнодушными синими глазами.

— Почему? — удивился тот. — С чего ты взяла?

Она чуть покраснела.

— Я читала в книге…

Он с любопытством заглянул через её плечо в щедро проиллюстрированные страницы.

— «Душа моя, прекрасная дама сердца моего, — прочитал вслух, — солнце скрывается от стыда в облаках, когда ты расчёсываешь свои золотые кудри. В твоих лазурных глазах могут утонуть тысячи кораблей…»

Ларан заржал. Она треснула его по лбу, краснея, как маков цвет.

— Между прочим, очень трагичная книга, — зашипела. — Он потом погибает. Чурбан ты бесчувственный!

Она захлопнула толстый том, но он отодвинул невесту в сторону и снова открыл его.

— «Я люблю тебя, мой господин, мой отважный рыцарь, — пропищал торжественным голосом. — Моя душа трепещет, и всё тело пылает, когда ты целуешь подол моего платья…». Ага, ясно. А что тут?

Ларан пролистнул несколько страниц. Ювина попыталась забрать у жениха роман, но тот заслонил его руками.

— «Я умру за тебя, о моя любимая! Я отдам за тебя жизнь свою, о песня сердца моего». Богиня! Ю, что за бред ты читаешь? Ну кто так умирает? На трёх страницах он только прощается… Сдохни уже, парень, сделай милость.

— Отдай!

— «Его страстные губы коснулись её невинных, как майская роза, уст…». А вот это уже интереснее. Когда розы лишаются невинности? В июне? В июле? А главное — как? Я бы посмотрел.

Ювина звонко рассмеялась.

— Ты невозможен, Лари. Отдай мою книгу!

Он поднял увесистый том над головой и ухмыльнулся.

— Отними!

— Ты — мальчишка, — фыркнула она. — Я честно пыталась подготовиться к нашей брачной ночи. И я не виновата, что не нашла ничего лучшего, чем «Гибель Арчисвальда».

— Давай, я тебе сам всё покажу? — устало спросил Ларан, бросил книгу на стол, обнял Ювину, закрыл глаза и поцеловал в губы.

Она с минуту терпела, затем отстранилась.

— Фу. А можно как-нибудь обойтись без этого?

Жених тихо выругался.

— Ну ладно, если нельзя, то нельзя, — расстроилась Ювина, закрыла глаза и послушно подставила губы.

— Всё, я сдаюсь, — сказал он. — Давай выпьем вина?

— Ты же вроде как лучший любовник Элэйсдэйра? — удивилась она. — Что не так?

— Всё.

Ларан налил им обоим вина в бокалы. Новобрачные выпили. Снова покосились друг на друга. Король пиратов вздохнул, открыл ещё две бутылки, одну пододвинул невесте, другую себе. Спустя ещё полбутылки, притянул Ювину к себе, накрыл грудь ладонью, смял…

— Ой, — охнула она. — Может надо сначала рубашку снять? Как думаешь?

Он молча пододвинул ей недопитую половину.

— Ты не расстраивайся, — прошептала она, когда он, спустя полчаса, уложил её на кровать. — Может, в другой раз получится? Просто, знаешь, ты мне как Вальди… У меня чувство, что я инцестом с тобой занимаюсь… Согласись, сложно воспринимать всерьёз человека, который вытирал нос рукавом…

— Спи, Ю, — шепнул Ларан. — Ничего не бери в голову. Я что-нибудь другое придумаю.

Она кивнула, и вскоре дыхание девушки выровнялось. Ларан взял нож, разрезал себе запястье и долго смотрел, как по белой простыне растекается красное пятно… А затем перетянул рану, подошёл к окну и взглянул на мутное жёлтое пятно в небе и на яркие костры. Народ ещё не расходился, праздновал. Несостоявшийся муж хмыкнул. Встал, вышел из комнаты и направился в башню. Солнце давно село, и, должно быть, Эйдэрд уже снял защитный купол с архипелага. Медвежьи корабли взяли курс на Солёный остров…

Ларан отхлебнул вина из бутылки. Нет,