Фантастика 2026-79 - Валерия Рашитовна Шаталова

— Не торопись, — мягко сказала она. — Небольшими глотками.

Арджун с трудом сделал глоток, потом еще один. Вода, видимо, помогла — он откашлялся и попытался заговорить.

— Где… где я? — голос был хриплым, едва слышным.

— В безопасности, — ответил я, присаживаясь на край койки. — Ты на корабле «Морская звезда». Мы вытащили тебя из темницы Канваров и теперь плывём прочь из Синда. Тебе нечего бояться.

Арджун нахмурился, словно пытаясь вспомнить последние события. Его взгляд метался по лицам, пока не остановился на Симоне.

— Ты… я тебя помню, — прошептал он с удивлением. — Но почему? И как?

Его фразы и вопросы были краткими и сбивчивыми, но, Фаверо сразу понял о чём речь и ответил:

— Да, это я. Понимаю твоё удивление, ведь мы не были друзьями. Но я никогда не верил в то, что ты террорист. Хотя благодарить тебе нужно не меня, а его, — он кивнул в мою сторону.

Арджун перевёл на меня расфокусированный взгляд и постарался выговорить как можно яснее, что в его состоянии было не просто:

— Благодарю вас, незнакомец. Но кто вы? И зачем вы мне помогаете?

Я представился, также как и Ольга. Но на остальные вопросы мы сразу отвечать не стали. Вместо этого, внучка уточнила:

— Как вы себя чувствуете? Сначала нужно убедиться, что вы в порядке, прежде чем нагружать вас новой информацией.

От заботливых слов из уст такой красивой девушки, как Ольга, учёный даже немного приободрился и даже попытался улыбнуться и пошутить:

— Как будто через меня прошел караван слонов. Но живой. Определенно живой. А я уже думал…

Он не договорил, но мы все понимали, о чем он думал в той камере.

— Сколько времени прошло? — спросил он.

— Меньше суток, — честно ответил я, — ты пришёл в себя даже раньше, чем мы ожидали. Быстро восстанавливаешься.

— Спасибо, — Арджун протянул руку, и я осторожно пожал ее. — Не знаю, как вы это сделали, но спасибо.

Какое-то время мы дали спасённому, чтобы лучше прийти в себя. Симон принёс из камбуза тёплый бульон, и Ольга чуть ли не с ложечки покормила больного.

Мы боялись, что ему будет ещё тяжело принимать пищу, но, к счастью, всё обошлось.

Несмотря на то плачевное состояние, в котором мы его нашли, Арджун оказался довольно крепким мужчиной.

И теперь я думал, что Канварам наверняка пришлось постараться, чтобы довести его до такого.

Возможно, у этого даже была какая-то цель. Не просто же так, они содержали своих пленников в таких ужасных условиях. Возможно, каждого из них шантажировали или испытывали с какой-то другой целью.

И я рассчитывал скоро узнать от нашего учёного не только его собственную историю, но и вообще всё, что он знал.

Никогда не знаешь, какая информация может пригодиться в будущем. Особенно, если это касается Великих Кланов.

— Арджун, мы не случайно тебя искали, — перешёл я к делу, — наверное, ты догадываешься, что дело в исследованиях, которые ты вёл. То, над чем ты работал, прежде чем попал в тюрьму.

Лицо ученого потемнело. Он медленно сел на койке, опираясь на подушки, которые подложила Ольга.

— Значит, вы знаете, — проговорил он. — Но откуда? Разве это не попытались скрыть?

— Конечно, попытались, — отозвался я, — но в современном мире практически невозможно что-то надолго утаить. То, что попадает в сеть, остаётся там уже навсегда. Нужен только грамотный специалист, который способен это раскопать.

Арджун оживился:

— Подумать только… неужели вы хотите это использовать? Или же… — он вдруг вновь испугался, — вы как Канвары хотите заставить меня сменить вектор исследований?

Я хмыкнул. А вот и начали вскрываться интересные подробности.

— Что именно они хотели? — уточнил я.

Арджун заметно занервничал судорожно вцепившись в простынь, но всё-таки ответил:

— Чтобы я работал на них. Хотели, использовать моё изобретение в других целях, противоречащих всему, чего мы с моим напарником желали добиться.

— Расскажи нам об этом, — попросил я. — Что именно вы открыли?

Арджун на мгновение замолчал, словно решая, можно ли нам доверять. Потом глубоко вздохнул.

— Вы представляете себе масштаб проблемы скверны? — начал он. — Она пожирает земли, калечит людей, превращает в монстров. Веками человечество только отступало перед ней, в лучшем случае — сдерживало.

— Мы это знаем, — кивнул я, — и если ты считаешь скверну злом, то здесь наша точка зрения совпадает.

Услышав это, Арджун сперва прищурился, словно не веря своим ушам, и даже переспросил:

— А что насчёт благодати? Разве вы не считаете, что её существование оправдывает всё?

Я усмехнулся.

— Тебе это пытались внушить Канвары?

— Это… и не только, — серьёзно кивнул он, — но я не поддался. Я видел слишком много, — он снова зажмурился и мотнул головой, словно отгоняя от себя неприятные воспоминания, а потом продолжил, — какое-то время я изучал мутации. Я не медик, но мой дар позволяет мне глубоко работать с любыми источниками энергии. А также, конечно, изучать их влияние на окружающую среду и разные организмы.

Я с интересом слушал учёного. Если он говорит правду, то его дар для нас — просто подарок судьбы. Кланы с такими способностями были крайне редки и чаще всего, в конце концов, они просто растворялись в других магических линиях, с более агрессивным и доминантным даром.

Вроде того, как в паре, где у одного из родителей карие глаза, а у другого — голубые, чаще всего рождаются дети именно с карими глазами.

Так и у магических даров есть разная степень доминантности. Например, поэтому, огненных магов больше, чем любых других. Эта разрушительная стихия одна из самых подавляющих.

А вот управление более тонкими материями, редкие и сложные способности потому и ценятся, что число их носителей почти не увеличивается, а то и вовсе уменьшается.

— И ты понял, что скверна — прямой путь к разрушению мира? — подтолкнул его к дальнейшему рассказу я.

— Именно! — воскликнул он, — и мне казалось, что все это понимают, ведь иначе зачем все эти приспособления, которые откачивают скверну? Заводы по переработке благодати и так далее. Но это всё лишь способ бороться с последствиями! — глаза Арджуна загорелись тем огнем, который бывает у ученых, когда они говорят о