Фантастика 2026-48 - Svetlana Zorina

тем силь­ней иллюзия. Тем она ближе к реальности. Правда это или нет, Ари­эна не знала. Она обманывала людей, зато не дала начаться сражению. Теперь перед ней стояла другая, более трудная, задача – остановить демонов. Галиан был обезврежен, чудовища не слышали его приказов, но они уже почти не слышали и Ариэну. Они были в ярости и жаждали крови. Пришпорив магала, Ариэна помчалась наперерез тёмному полчи­щу. Тамран тут же последовал за ней.

– Лучше вернись, сказала Ариэна, когда он с ней поравнялся. – Ты можешь мне помешать. Ты только что сражался. От тебя так и веет тем, что возбуждает этих тварей! Вернись к своим людям и постарайся их успокоить… А я знаю, что делаю. Чудовища меня не тронут. Я смогу их остановить, но только если мне не будут ме­шать. Пожалуйста, вернись, иначе будет хуже. Всем!

Тамран неохотно развернул магала и поскакал прочь. Он как всег­да ей поверил. А она на этот раз солгала. Вряд ли он мог ей помешать. Она просто за него испугалась. Сейчас даже она не чувствовала себя защищённой, а у него вообще не было защиты от демонов.

Чудовища остановились и даже слегка отпрянули назад, но Ариэна знала, что скоро они снова ринутся в атаку. Оба войска дружно още­тинились копьями, готовые дать железным демонам отпор, хотя все прекрасно понимали – если завяжется эта битва, выиграть её не уда­стся ни Новым Аранхитам, ни Детям Маттар. И те, и другие наконец­-то осознали, что настоящие их враги на этом поле – нелюди, которым всё равно, кого убивать. Которым легко у6ивать и с которыми невозможно договориться. Это люди могут договориться между собой. И теперь два вражеских войска объединились, что6ы защититься от чудовищ.

«Нет, Галиан, тебе не удастся устроить тут бойню, – подумала Ариэна. – Даже если мне прядётся всем тут запудрить мозги. Прости, Дамея. Можешь называть меня обманщицей, но другого выхода у меня нет. Почти все эти люди боятся тумана. Так пусть они считают, что это Великая Аранха защищает их».

«Делай, что хочешь, – устало согласилась Дамея. – Тем более что ты уже начала представление, сотворив из тумана паутину».

«Сейчас я сотворю её снова, но уже не только из тумана. Демоны боятся настоящей паутины… Вы не против, если я соединю вашу паутину с туманом?»

«Но у нас её больше нет, – сердито сказала Фиола. – Всё, что мы тебе принесли, ушло на твою броню. Мы здесь, рядом, за 6лижaй­шим холмом. Мы помогаем тебе, но мы не можем ткать паутину с той же скоростью, с какой у тебя рождаются идеи…»

«Не беспокойтесь, у меня всё есть. Сейчас будет и двойная, и тройная магия. Я использую всё, что можно…»

Ариэна скинула плащ и подожгла его, потом пустила в ход ариллин. Туман слился о горящей тканью, и она начала расти, превращаясь в огромную паутину. Обычные нити сгорели, а паутина, соединившись с огнём и туманом, росла, образуя завесу между полчищем демонов и людьми. Сначала эта завеса казалась сотканной из светлого огня. Вскоре огонь превратился в золотые и серебряные искорки, усеявшие гигантское полотно. Ариэна скакала вдоль этой стены, и из руки её вновь вырывалась серебряная струя, которая превращалась в сверкающие нити, а они тут же вплетались в паутину. Эта паутина всё росла и росла, и казалось, что она вырастет до неба. Демоны, которые уже было ринулись в атаку, снова остановились. Ариэна чувствовала их смятение, страх и ярость. Ядовитые пары вражды, окутавшие равнину невидимым o6лаком, затуманили их примитивный разум. Кроваво-крас­ные глаза чудовищ горели злобой и жаждой крови. Примитивный разум… Иногда воздействовать на него проще, чем на развитый. Ариэна вспомнила, как на Ди-Милоне напугала кайялов. Дети Маттар боялись её, 6оялись аранх и их паутины, но сейчас они 6ыли слишком возбуждены и уже почти вышли из-под контроля. Перед кем они всегда трепетали, так это перед своей матерью. Кого бы они никогда, ни при каких обстоятельствах не посмели ослушаться, так это её. Воз­можно, это её смерть повергла их в такое смятение. Связь, которая длилась не один год, которая стала для них привычной и нео6ходи­мой, нарушилась. Теперь они были подобны кaйялам, сорвавшимся с цепи. Полотно из тумана и паутины пугало их, но этот страх они ещё могли преодолеть – Ариэна это чувствовала. А значит, они всё же могли преодолеть эту стену. Оставалось одно – показать им то, что повергает их в трепет и остановит. Кайялы испугались гигантского кайяла. Вернее, его образа… Железные демоны стали почти глухи к приказам Ариэны, но она могла воздействовать на их обычное зрение. Дети Маттар появились на свет далеко от своей матери и никогда с ней не встречались, но они знали её. Дамея говорила, что все её братья и сёстры способны видеть друг друга тем особым внутренним зрением, которым обладают только аранхи. Все, даже неполноценные нераты. Дети Маттар прекрасно знали свою мать и видели её. И они видели её смерть, несмотря на то, что были далеко – на другом кон­це равнины. Ариэна поняла – надо убедить их в том, что Маттар жива и по-прежнему говорит с ними. И мысленного образа тут недостаточно – они уже не воспринимали мысленные послания. Перед их внутренним взором была мёртвая Маттар, и эта картина заслоняла для них всё, что Ариэна пыталась им внушить. К счастью, ярость ослепили их не настолько, чтобы лишить обычного зрения. Теперь Ариэне предстояла битва с мёртвой Маттар. Создав призрак Маттар, который увидят все, она у6ьёт её окончательно. Все должны увидеть богиню – и люди, и демоны. И все должны поверить в её подлинность. И аранхи, и их самцы аранхиты чувствительны к настроениям людей. Вера людей, их тре­пет перед богиней подействуют на детей Маттар, даже если люди 6удут видеть в туманном образе не Маттар, а другую богиню. Настоящую.

Стоя спиной к сияющей на солнце паутине и лицом к полчищу демо­нов, Ариэна снова вызвала облако тумана и слепила из него гигантс­кую паучиху. 3релище впечатляло, правда, паучиха была не чёрная, а серая с голубовато-зелёным отливом. Ариэна уже не в первый раз по­жалела, что туманные образы так бледны. Она собиралась поджечь свой шерстяной пояс, чтобы использовать дым, как она это сделала, когда «раскрашивала» призрак в поединке с Лиxаной, и вдруг замети­ла, что призрачная фигура темнеет. Это взялись за дело аранхи, ко­торые владели араной лучше, чем дети тумана. Гигантская