Всадник на белом коне 1-3 - Юрий В. Морозевич

вакуум-створов, обозначенные ярко-желтыми сигнальными огнями, и вытянутые далеко в стороны протяженные металлические мачты с многочисленными захватами и фиксаторами для удержания состыкованных с орбитальной гаванью габаритных космических кораблей. Главным образом, танкеров и пассажирских лайнтрассеров, в одном из которых Сип безошибочно опознал незабвенную «Звездную ночь». Дебаркадер со стороны удивительно напоминал ощетинившегося иголками морского ежа.

Мэтт вдруг пошевелился в кресле и взглянул на напарника слегка осоловелым взглядом.

— Отпустило? — осведомился Сип.

Коммодор не ответил. Он неуверенно провел рукой по глазам, словно смахивая прочь наваждение, затем опустил ее на изогнутый пульт прямо перед собой и неожиданно произнес:

— Знаешь, Сип, у меня такое чувство, будто все это со мной уже было...

— Что именно? Если ты про обмороки, то да, было... причем, уже не в первый раз. Что же нам с тобой делать? Если опять прихватит в самый неподходящий момент...

— Не прихватит, — заявил Мэтт. — Говорю же, я в порядке. И вообще... никакие это не обмороки, просто... кажется, я начинаю вспоминать...

Он снова дотронулся рукой до индикаторной панели, словно хотел убедиться в том, что она никуда не убежит.

— Вот! Этот пульт! Я уверен, что видел его прежде, причем неоднократно. Даже более того... знаю здесь каждую кнопку, каждый экран...

— Так может, ты и в самом деле бывший десантник? — произнес Сип, с интересом разглядывая напарника. Так, словно увидел его впервые.

— Может быть... А может, и не бывший.

Сип недоверчиво хмыкнул и отвернулся.

— Ну, если Внеземелье тебе дом родной, — сказал он, — тогда объясни, как так получается, что ни одна диспетчерская до сих пор не подала признаков жизни? Должны же они контроливовать прилеты-вылеты?.. Да и вообще, в эфире тишина как в могиле.

Мэтт склонился над пультом, окинул внимательным взглядом сиявшую разноцветными огоньками панель, после чего ткнул пальцем в слабо мерцавший сенсорный экран. Ничего не произошло, ни один голос не нарушил гробового молчания. Отсутствовали даже обычные шорохи и голоса Вселенной.

— Радиокомплекс не функционирует, — сообщил он, снова откидываясь на спинку кресла. — И похоже, сделано это намеренно.

— Ясно, — усмехнулся Сип. — Засунули, значит, в жестяную коробку и отправили в автоматическом режиме, словно ящик с консервами. Не удивлюсь, если диспетчеры дебаркадера пребывают в убеждении, будто на борту вообще нет живых людей. Все предусмотрели, гады... А в целях конспирации еще и связь обрубили... а то, не приведи Юп, начнем орать на все Внеземелье, кто мы такие и зачем премся на этот долбаный «Дарк Стар».

— Вроде того, — равнодушно согласился Мэтт. — Скорее всего, наш борт указан в реестре в качестве грузового. Расслабься, все равно изменить ничего невозможно.

Сип откинулся в кресле, мрачно засопел и сердитым взглядом уставился на проплывавшие под днищем драккара бурые марсианские пески. Словно красная планета вдруг оказалась персонально виновата во всех его бедах, а более всего — в абсолютной беспомощности нынешнего состояния. Неугомонная натура настоятельно требовала хоть какой-то деятельности, смирение перед силой обстоятельств было против самой ее природы, а здесь... Осознавать, что от тебя абсолютно ничего не зависит, было крайне тяжело.

Впрочем, вид равномерно сменявших друг друга марсианских пейзажей весьма успокаивал расшалившиеся нервы. Планета, в не столь уж отдаленном прошлом абсолютно безжизненная, теперь являла миру чудеса терраформирования. Великие горы Фарсиды почти целиком прятались за густыми кучевыми облаками, и только величественный конус Олимпа возвышался над сплошным белым полем, практически достигая границы открытого космоса. Бесчисленные гейзеры, демонстрировавшие поразительную активность, выбрасывали в атмосферу гигантское количество воды и пара, мгновенно конденсировавшегося в плотный облачный покров, тут же изливавшийся на плато затяжными проливными дождями. Плохая погода была здесь не такой уж редкостью, скорее наоборот. Прямо по курсу из-за изогнутого дугой горизонта всплыло довольно обширное пространство, сплошь усеянное большими и маленькими кратерами, превратившимися ныне в озера с кристально чистой водой. По берегам некоторых из них при желании можно было рассмотреть тонкие зеленые полоски — плоды неустанного труда целой армии терраформистов, в основном ботаников и агрономов. Чуть выше, ближе к полюсу, ослепительно блестела на солнце открытая водная поверхность — бывшая Ацидалийская равнина, ставшая заливом Великого Северного океана. Лимб красной планеты опоясывала яркая, слегка голубоватая полоска весьма солидной атмосферы. Марс верно и неуклонно преображался в новую Землю.

— Равнина Хриса, — вдруг прокомментировал Мэтт, уставившись на гигантские песчаные дюны южнее залива. — Когда-то мы с ребятами там...

Он вдруг умолк.

Сип не стал реагировать никак. Десантное прошлое напарника не оставляло теперь никаких сомнений. Оставалось лишь понять, как оценивать возвращение утраченных воспоминаний? К лучшему такой поворот событий или к худшему? И не помешает ли всплывшая из небытия истинная личность коммодора выполнению основного задания?

«Не исключено, — озабоченно думал он. — Если вновь осознавший себя десантником Мэтт вдруг начнет упирать на некие моральные принципы, не позволяющие ему прихлопнуть какого-то там Вита-Петрича, то даже не знаю... Задание в любом случае должно быть выполнено, от этого зависит жизнь Гюс. Как минимум. А значит, придется брать командование на себя. Ох, нехорошо это...»

Из-за близкого горизонта, укутанного плотной дымкой, медленно, но абсолютно неотвратимо наползала угольно-черная тень. Драккар выходил на ночную сторону планеты. Смотреть стало не на что, и Сип, наконец, повернул голову к молчаливо наблюдавшему за закатом Мэтту.

— Думаю, самое время ознакомиться с информацией, которую передал нам этот... «охранник». Чтобы быть, как говорится, в курсе.

— Он такой же охранник как я папа римский, — ответил Мэтт.

— С чего ты взял?

— Чутье. Вот ты, например... Выглядишь настоящим пилотом или десантником. А все почему? Форма! Сними ее — и ты совсем другой человек.

— И кто же он по-твоему?

— Безопасник. Офицер ОКБ, причем довольно высокого ранга. Впрочем, он именно так и представился... Меня удивляет другое — поразительная осведомленность в наших делах, не иначе как информация получена от самого господина Дюэна. И чем только Вартан его зацепил?

Сип пожал плечами. Для него все было достаточно очевидно.

— Деньгами, чем же еще, — сказал он. — Или карьерой. Откровенный шантаж, вообще-то, тоже не исключен. Надо сказать, довольно действенный метод.

— А может, это и не Вартан вовсе, — задумчиво проговорил Мэтт. — Видел перстень у него на пальце?

— А как же! Сияет как Сириус в безлунную ночь.

— Точно такой же я видел у господина Дюэна.

Сип нахмурился и некоторое время угрюмо молчал, обдумывая новую информацию.

— Похоже на знак принадлежности к некой организации, — наконец, сказал он. — По типу масонов. И в ней статус Вартана и нашего сопровождающего как минимум сопоставим.

— А что за организация, не догадываешься?

— Как не догадываться, — криво усмехнувшись, произнес Сип. — Орден, чтоб ему...

— Именно! И мне