Фантастика 2026-55 - Александра Шервинская

В эту ночь Венге интересовало не мое странное тело, а кровь. Это стало ясно, как только мы остались наедине. Взгляд и повадки, которые я уже видел однажды, выдали демоницу с головой.

— Разве твой голод не прошел? — я решил не играть с ней.

— Заметил? — она поморщилась. — Так и было. Но я потратила много сил, а людская еда восстанавливает их медленно. Я хочу твоей крови.

— По крайней мере честно, — оценил я. — И много надо?

— Сложно сказать… — Венге проглотила накопившуюся во рту слюну, — Раньше вообще не помогало. Но сейчас другое чувство. Я хочу именно твою!

Венге, было, рванулась ко мне, но заметив взмах, резко передумала. Я рефлекторно выставил локоть, едва не въехав ей по зубам. Поняв, что она меня боится, я отказался от этой мысли. Дочь Лорены напала не по своей воле. Проснулось ее хищное естество. Исцелив меня, а потом и Натали, демоница сотворила практически невозможное. А в чем источник силы истинного суккуба догадаться было не сложно.

— Видимо, такова моя плата?

— Не знаю… но меня мучит голод. А ты даже не спишь со мной. Резвишься со своими кобылами! Чем я провинилась перед тобой?!

— Прости. Я не подумал об этом…

Скинув камзол, я снял сорочку и выставил перед ней предплечье. Во взгляде ее читалась тревога.

— Кусай, — кивнул я уверенно.

Когда зубы Венге проткнули кожу, я вспомнил, что так дают команду служебной собаке. Кладут перед ней сочный кусок мяса и тренируют выдержку. Она истекает слюной, скулит, косится на инструктора, но взять не смеет. До тех пор, пока не услышит это заветное слово.

Насытившись, Венге медленно извлекла свои клыки. Сложно сказать, сколько крови она взяла, но слабости я не почувствовал. Она провела по коже пальчиками и ранки исчезли. Больше в этот вечер мы не говорили. Осадок на душе был не хороший, и я постарался быстрее уснуть. К счастью, снов не было. Только тьма, тишина… и чувство вины.

Проснувшись, я долго смотрел в потолок, выстраивая последовательность действий. Венге лежала рядом чуть дыша.

— Ты обиделся на меня? — спросила она негромко.

— Нет. Просто думаю.

— О чем?

— Когда все это кончится. Жизнь новая, а проблемы старые. Как твой голод?

— Прошел. То ли кровь твоя особенная, то ли мне меньше надо.

— Хорошо. Одним делом меньше.

Собрав волю в кулак, я встал и быстро оделся. Одарив Венге относительно искренней улыбкой, я вышел на улицу. Ночью опять выпал снег. Стараясь не поскользнуться на траве, я направился прямиком, к кораблю. Бронеставни акулы были закрыты, она дремала, переваривая добычу. Пришлось разбудить.

— Шарк Раал просыпайся! — Я постучал эфесом клинка по обшивке.

Броне створка нехотя откатилась в сторону и унылый холодный взгляд уперся в мою грудь.

— Прости, что разбудил. Ведь ты понимаешь меня?

Глаз лениво моргнул.

— Если да — то два раза. Если нет — моргни один раз, — потребовал я.

Шарк Раал, недовольно вздохнув, моргнула два раза. Из узких щелей обшивки, похожих на жабры, вырвался теплый воздух, обдав всю округу паром и трупным смрадом.

— Я не спрашиваю, за что ты сожрала капитана. Это твое дело. Но впредь, прошу тебя никого не убивать без моего разрешения. Я могу на это рассчитывать?

Шарк Раал моргнула единожды и закрыла глаз, давая понять, что не намерена это обсуждать.

— Вернуть тебе боль? — спросил я.

Створка быстро открылась. Акула не знала наверняка, могу ли я это сделать, но проверять не стала.

— Это не пустая прихоть. Хочешь жрать — охоться на здоровье. Но людей и прочих двуногих есть не надо. Ясно тебе?

На сей раз веко опустилось дважды.

— Ты точно поняла? — я говорил ровно, но твердо. Глядя в око чудовища, размером с иллюминатор, это было не просто.

В ответ она дважды лязгнула створкой. Дескать, слово ее железно.

— Хорошо, — Я похлопал ладонью по обшивке. — Отдыхай, Шарк Раал. Постараюсь до весны не беспокоить.

Я хотел уже уйти, но разглядел рядом с пастью темную рукоять. Поддев предмет ногой, я отшвырнул его подальше от стальных зубов. Это был револьвер. Должно быть, капитан выронил его перед смертью. Обтерев оружие полой сюртука, я сунул его в карман. Проследив за моими манипуляциями, эфирная акула снова вздохнула и, лязгнув заслонками, задраила смотровые люки. Оставалось надеяться, что она принимает меня всерьез.

Храм, возникший вчера вечером, был точной копией того, что стоял в Арне, но масштабом меньше. Кристалл на его шпиле лишь ненамного возвышался над горой. Сейчас он не источал привычного свечения, дабы не привлекать на свой свет корабли. Семи круговых коридоров тут тоже не было, но входа осталось четыре. Они сразу вели в скромный алтарный зал. Как и в Арне, скрижали и механический «бублик», называемый алтарем, возвышались посреди зала на круглом постаменте. Массивной люстры тут не было, но тихая музыка и перезвон хрусталя прилагались. Тут же, в скале, зияла большая ровная ниша с индексом «0». Стена и пол составляли единое целое, образуя меж собой идеально ровный угол. На полированной глади гранита отражалось хмурое зимнее небо.

— Зачем она тебе? — спросила Эстер. Она держалась на почтительном удалении.

— Понравилась.

— А серьезно?

— Мне кажется, капитан убил ее ни за что. Орсис не видела угрозы. Корабль приземлился уже давно, у нее было много шансов. Опять же меня смущает ее накидка. Она в самом деле так дорога?

— Не в цене дело. Вещица больно редкая, специфичная. Может шпион?

— Уже ближе. Я мог бы расспросить Орсис, но так не интересно. Следишь за мной?

— Приглядываю. Ты хотел знать как делают вино. Нужно идти сейчас, а то вся работа пойдет насмарку.

— Совсем забыл. Попроси Натали, пусть поможет. Мне нужно подумать.

День прошел ровно. Вечером, ближе к назначенному часу все потянулись к обелиску. Хотя по факту это была ниша. Оказалось, что воочию перерождение никто из моих спутниц еще не наблюдал. Да мне и самому было жуть как интересно.

— Перерождение завершится через десять минут, буднично оповестила Орсис. Выставить магический барьер?

— Да, лишним не будет. Можешь сделать свет?

Над головой вспыхнули две ярких звездочки. Излучая рассеянный теплый свет, они зависли над обелиском. На черной полированной глади гранита возникло светлое размытое пятно. Быстро приняв человеческие очертания, оно обрело объем и резкость. Гранитное зазеркалье четко отразило в своих недрах то, чего еще не было в реальности. Не сговариваясь, мы подошли ближе. Я боялся моргнуть, чтобы не пропустить самое интересное, но так и не понял в какой момент дрогнула волшебная пелена, и иллюзорное стало реальным.

— Это точно