Фантастика 2026-12 - Виктория Юрьевна Побединская

я побрел обратно к залу с деревом. Мне нужно было провести рекогносцировку перед уходом: возможно, я что-то упустил. Я снова стоял на пороге зала, наблюдая за медленным, гипнотическим танцем ветвей. Чудовище по-прежнему пребывало в состоянии спящей угрозы. Я чувствовал его псионическое давление — тупую, давящую головную боль где-то в глубине черепа. Но теперь, зная, откуда растут ноги, мне было немного легче противостоять. Это был просто фоновый шум, опасный, но пока управляемый.

— Ну что, сиди тут. — проворчал я, сжимая рукоять топора. — Скоро мы с тобой разберемся. Обязательно разберемся.

Я состроил ему устрашающую гримасу и погрозил кулаком. Дерево, разумеется, не отреагировало. Его безразличие было почти оскорбительным.

С этими чувствами — смесью гнева, решимости и горького разочарования — я наконец повернулся и направился к выходу, к свежему воздуху и звездному небу.

Выйдя на поверхность, я сделал глубокий вдох, втягивая в легкие прохладный, чистый ночной воздух. После спертой атмосферы подземелья он казался вкуснее любого нектара. На небе, усыпанном бриллиантами звезд, уже вовсю плыла луна, освещая заброшенные развалины призрачным серебристым светом.

Я быстро сориентировался и почти бегом пустился в сторону дома. Было уже за полночь, и мне не хотелось, чтобы Орн беспокоился. Да и тренировка у Горста была не за горами: несколько коротких часов, и снова начнется адская муштра.

Добравшись до знакомого двора, я с облегчением обнаружил, что в доме темно. Старик, видимо, лег спать. Я тихо приоткрыл калитку и направился к бочке с водой. Смыть с себя липкую пыль подземелья, запах страха и пот — вот что было сейчас главным.

Я зачерпнул полный ковш ледяной воды и с наслаждением вылил его на голову. Вода окатила лицо, шею, затекла за воротник, смывая часть усталости и напряженности. Я уже потянулся за вторым ковшом, как вдруг…

«Боевое Чутье» сработало не как тревожный звоночек, а как удар грома среди ясного неба. Ледяная игла вонзилась прямо в основание черепа, заставляя все тело мгновенно окаменеть.

Я не видел, не слышал, не чувствовал запаха. Но я знал: кто-то стоял сзади, прямо за моей спиной.

Инстинкт сработал быстрее мысли. Я резко, почти падая, отпрыгнул в сторону, одновременно разворачиваясь на пятке и выбрасывая вперед руку с пустым ковшом как импровизированное оружие. Топор остался прислоненным к бочке — фатальная ошибка, осенила меня мысль.

Но атаки не последовало.

В лунном свете, у самой калитки, стояла Сера, член отряда «Коготь», та, что скупила все амулеты у Орна. Она была облачена в свои темные, обтягивающие доспехи, которые казались частью ночи. Руки были скрещены на груди, а на ее лице, освещенном холодным лунным светом, играла легкая, почти невидимая улыбка.

— Неплохая реакция. — произнесла она своим низким, мелодичным голосом. — Для деревенского паренька. Услышал меня аж за два шага.

Сердце бешено колотилось, пытаясь выпрыгнуть из груди. Адреналин затуманивал сознание. Я пытался перевести дух, сделать вид, что не испугался до полусмерти.

— Тренируюсь. — выдавил я. Мой голос прозвучал хрипло и неестественно громко в ночной тишине.

Ее взгляд, острый и насмешливый, скользнул по моей фигуре: с ног до головы, заляпанной грязью, по мокрой рубахе, волосам, с которых струилась вода.

— Тренируешься? — она медленно, с преувеличенным интересом обвела взглядом наш темный, спящий двор. — Где это ты так… интенсивно тренировался?

— Да так… ползал, отжимался. — попытался я отшутиться, но получилось еще хуже. — Знаете, капитан Горст любит разнообразие.

Она сделала шаг вперед. Ее движения были бесшумными, плавными, как у хищной кошки. Женщина остановилась в паре шагов от меня. Ее глаза, казалось, видели меня насквозь.

— Ладно, не томи, парень. Где старик? У меня к нему дело.

Орн? Сера ищет Орна? Это было неожиданно. Я обернулся к темному дому.

— Спит, наверное. Уже поздно.

— Проверим. — она не предложила, а приказала. Легким движением обошла меня и направилась к двери.

Я, опережая ее, толкнул скрипучую дверь и зажег заранее приготовленный на полке масляный светильник. Тусклый свет озарил комнату, но она была пуста. Постель Орна оказалась аккуратно заправлена и не помята.

Тревога, уже знакомая и холодная, кольнула меня под ложечкой. Его не было дома в такое время? Куда он мог пойти?

— Его нет. — констатировал я, и в голосе моем прозвучала неподдельная тревога, которую я уже не пытался скрыть.

Сера вошла в дом, окинула взглядом скромную обстановку. Ее взгляд задержался на аккуратно сложенных на полке инструментах Орна.

— Где он может быть? — спросила она, и в ее голосе впервые появились нотки не праздного любопытства, а деловой необходимости.

Мозг лихорадочно работал. Мастерская. Конечно! Он мог засидеться там допоздна, увлекшись работой. Он же говорил, что хочет сделать несколько демонстрационных вещей к открытию.

— Наверное, в мастерской. — сказал я, гася светильник и выходя обратно на улицу. — Он там с утра пропадает.

— Веди. — просто сказала Сера и жестом показала мне идти вперед.

Мы шли по ночным улицам быстрым шагом. Я — потому что волновался за старика, она — потому что всегда двигалась именно так: целеустремленно и эффективно. Лунный свет отбрасывал наши длинные, искаженные тени на засыпающие дома. Город был погружен в глубокий, заслуженный после недавних ужасов сон.

Вскоре мы уже стояли перед дверью в мастерскую Орна. Из-под двери действительно пробивалась узкая полоска света. Облегчение, теплое и слабое, разлилось по моей груди. Он здесь.

Я толкнул дверь, и она со скрипом отворилась.

Воздух внутри пах деревом, лаком и… мирно посапывающим стариком. Орн сидел за главным верстаком, склонив голову на сложенные руки. Рядом лежала почти законченная резная шкатулка и набор инструментов. Масляная лампа, стоявшая на краю, освещала его седые волосы и уставшее, мирное лицо. Он заснул прямо за работой.

— Орн. — тихо окликнул я его, подходя и бережно касаясь его плеча. — Орн, проснись.

Он вздрогнул, пробуждаясь ото сна, и удивленно уставился на меня мутными глазами.

— Мальчишка? Что случило… — его взгляд упал на Серу, стоявшую в дверях, и он мгновенно проснулся, узнав ее. — О! Это вы…

Орн торопливо выпрямился, смахнул стружку с одежды и попытался придать себе вид делового и собранного мастера, а не старика, уснувшего за верстаком.

Сера вошла в мастерскую. Ее глаза с интересом скользили по полкам с инструментами, заготовками и уже почти готовыми изделиями.

— Наводите порядок, мастер Орн? — спросила она, и в ее голосе снова появились те самые деловые нотки.

— Как видите, — кивнул Орн, все еще немного смущенный, — возвращаюсь в строй. Надо же на что-то жить.

— Рада это слышать. — Сера остановилась напротив него и положила ладони на верстак. Ее взгляд стал серьезным, почти