Фантастика 2026-108 - Борис Владимирович Романовский

Картинка сменилась теперь в кадре снова был Артек. Камера показала детей в зале. Они смотрели на экран. Итальянская девочка, лет одиннадцати, в первом ряду, закрыла рот ладонью.

— Сегодня у нас урок астрономии. Но я не буду рассказывать вам про звёзды и галактики. Сегодня я расскажу вам про Землю. Про нашу с вами Землю — какая она из космоса.

Петросян повернулась к иллюминатору. Камера последовала за ней. В кадре сначала был её профиль, потом, когда она отплыла чуть в сторону, стало видно, что у неё за спиной.

Земля. Дневная сторона. Белые облака, синий океан. Внизу, по диагонали, — береговая линия, характерный изгиб.

— Ребята, сейчас мы над Крымом. Видите — вот это море, вы каждый день в нём купаетесь. Отсюда оно такое. А вот это — это Кавказ. Вот здесь Сочи, а дальше Грузинская ССР, вот где-то здесь Тбилиси, дальше — Армянская ССР, Ереван где-то тут. А ещё южнее начинается Турция. Отсюда, из космоса, видно, что у нас нет никаких границ. Вот здесь Москва, здесь Ленинград. Видите, это Уральские горы. Вот Чёрное море, вот Турция, вот Кавказ. А здесь — Арарат.

Камера дала увеличение. На горизонте, в лёгкой дымке, — две вершины. Большой Арарат и Малый.

Петросян молчала несколько секунд. Потом продолжила.

— Гора одна и та же для всех. И отсюда, из космоса, видно, что наша Земля, ребята, — она, как и эта гора, одна большая и для всех.

В эфире появился Чжан. Он подплыл к Петросян со стороны, коротко кивнул в камеру, сказал две фразы по-китайски. Петросян улыбнулась и перевела:

— Чжан Лицзянь, наш бортинженер, только что сказал детям, что он с севера Китая, из Харбина, и что из космоса он тоже видит свой дом. И что Гималаи очень красивые сверху. На Земле он в Гималаях никогда не был, а сейчас он их видит. Как вижу их и я.

* * *

Урок шёл сорок минут. Петросян рассказала про атмосферу, про то, почему в космосе небо чёрное, а с Земли голубое. Показала, как в невесомости движется капля воды — отпустила шарик из тюбика, тот повис в воздухе, дети в зале ахнули. Показала, как работает ручка в невесомости — та отказывалась писать, потому что не было силы тяжести, чтобы подавать чернила. Объяснила, почему американцы специально изобрели «космическую ручку», а советские космонавты просто взяли карандаш.

Дети смеялись.

В конце Петросян попрощалась, сказала, что следующий сеанс связи будет второго июля, а посадка «Бурана» на Юбилейный — третьего, и что она очень ждёт, когда вернётся домой.

— До свидания, ребята. До скорой встречи.

Эфир закончился. Итальянский комментатор в студии сказал что-то завершающее, поблагодарил зрителей. Переход на программу новостей.

Я сидел неподвижно.

Потом медленно поднялся. и выключил телевизор. Номер наполнился тишиной. С улицы доносились обычные вечерние звуки Турина, мотороллеры, чей-то смех, далёкая музыка из открытого окна.

Я пошёл к балконной двери. Открыл её и вышел.

Подо мной шумел красивый итальянский город. А там, высоко в небе, сейчас летела станция «Мир» с пристыкованным к ней «Бураном». И с борта этой станции вела свой урок маленькая армянская женщина.

А в тысячах километров севернее от меня, в Москве, этот урок смотрела моя беременная жена и сын. И то, что Катя с Сашкой смотрят этот урок так же, как они смотрят мои матчи на чемпионате мира, я не сомневался. Как не сомневался и в том, что урок смотрит моя мама с отцом, а с ними и другие жители моей страны.

И как эта маленькая армянская учительница делает сейчас дело всей своей жизни — для миллионов мальчиков и девочек и их родителей, — так и я здесь, в Италии, должен делать это дело. И делать его хорошо.

Иначе зачем мы, сборная Советского Союза, сюда вообще приехали.

Глава 14

Вот козлы всё-таки югославы. Все эти Ивковичи, Вуличи, Просинечки, Стойковичи и прочие Савичевичи с Панчевыми. Что им стоило поступить по-людски и проиграть испанцам в одной восьмой?

Испания теперь не чужая мне страна. Как-никак, я Эль Капитан, один из любимчиков Барселоны. А учитывая, какая пламенная любовь у всей остальной страны к «Реалу», можно сказать, что и всё королевство ко мне неровно дышит. Так что сыграть против почти своих было бы приятно. И вдвойне приятнее было бы звонко щёлкнуть по нагло задранному испанскому носу, а потом, приехав в Барселону, ещё и подкалывать своих партнёров по команде. Салинас, Бегиристайн, Субисаррета. Да и Гвардиола, который абсолютно неожиданно получил вызов в сборную. Все эти ребята стали бы мишенью моих шуток за триста.

Но нет. Испанский бык стал жертвой югославского тореадора. Так что забивать нам нужно не Субисаррете, а Ивковичу.

Ну что ж, значит так тому и быть. Тем более, если говорить начистоту, положа руку на сердце, то в том, что «Фурия Роха» проиграла Югославии, нет ничего удивительного. Всё-таки это балканская страна сейчас вырастила золотое поколение своего футбола. И югославы совершенно заслуженно считаются одной из сильнейших не только европейских, но и мировых сборных. О чём говорить, если Давор Шукер, феноменально одарённый и суперталантливый нападающий, который в загребском «Динамо» как стахановец выполняет норму за всех по голам, даже не проходит в основу своей национальной сборной. Шукер в заявке, но на скамейке запасных. Это очень сложный соперник, и я так думаю, что грядущий матч будет первым, но далеко не последним, когда мы столкнёмся лбами с югославами.

А ведь в той истории, которую помню только я, Югославию должны были вот-вот начать раздирать противоречия. Конец её был не за горами. Ещё чуть-чуть — и всё. Государство, во многом ставшее таким благодаря Иосипу Броз Тито, должно было прекратить своё существование, буквально взорвавшись и сгорев в пламени жестокой гражданской войны. Началась бы она, насколько я помню, из-за одного футбольного инцидента.

Ну а сейчас всё по-другому. Это какая-то странная вариация социализма, и чувствует она себя очень хорошо. Противоречия между сербами, хорватами и всеми остальными наверняка есть. Даже в советской прессе нет-нет да и промелькивают материалы критического характера по поводу Югославии. Но социальной напряжённости, нетерпимости и всего остального, что в итоге могло разорвать страну изнутри, нет и