Фантастика 2026-83 - Алекса Франс

class="p1">— Все решено, — подытожил Арчибальд. — Мисс Софи остается управляющей. Документы о назначении вы получите завтра. Я ожидаю вас у себя, господин приказчик, после полудня. Мы согласуем порядок передачи долгового листа и составим полный реестр имущества семьи Орникс.

— Будет исполнено, — кивнул Маркус.

Харроу стоял, как зверь, которому хлыстом перегородили шаг. Его взгляд скользнул по мне — тяжелый, сальный, холодный.

— Вы еще пожалеете, мисс Софи, — сказал он тихо, так, что слышала только я. — Бумаги горят. А долги живут дольше.

— А дым щиплет глаза, — ответила я так же тихо. — И вы уверены, что у вас хватит запала на то, чтобы разжечь такой пожар?..

Мускул на его щеке дернулся. Он резко развернулся и вышел. Мортон поплелся за ним, ссутулившись, как побитая собака, все еще трясясь от страха. Королевский приказчик кивнул нам на прощанье и, кажется, подмигнул лорду.

Дверь закрылась. Тишина отхлынула, как волна, оставив на полу блеск, а в воздухе — запах лимона и печеной капусты. Я вдруг поняла, как дрожат мои плечи: сначала еле-еле, потом крупнее, будто тело вспоминало, что ему дозволено быть живым.

— Ну! — взорвался шепотом Энзо и едва не хлопнул в ладоши. — Ну! Я же говорил! Я же…

— Тихо, — Лоренс усмехнулся, — дай ей вздохнуть.

Я рассмеялась — тихо, словно остатки напряжения все-таки решили вырваться на свободу. Смех сам заставил меня вести себя как ребенок: я подпрыгнула — глупо, радостно. В ту же секунду по руке прошла теплая искра — словно мои пальцы на секунду окунули в кипяток. Искра растаяла, но воздух разом ожил: в углу метла вздрогнула и медленно поползла по доскам, собирая невидимую пыль; тряпочка, оставленная на стойке, встрепенулась и принялась кругами выводить идеальный блеск; у окна шевельнулись занавески, хотя сквозняка не было.

Руперт, до этого мирно клюющий носом в кресле, вдруг хмыкнул — искренне, по-детски — и пробормотал, почти ясно:

— У нее большой источник…

Слова его прошли по мне теплом, словно кто-то накрыл плечи пледом. Я обернулась — и наткнулась на взгляд Арчибальда. В нем не было ни презрения, ни восторга. Внимание. Беспокойство. Немного… узнавания? Опасения?..

— Магия, — сказал он негромко, словно пробуя вкус слова. — Дело редкое, мисс Софи. У нас ее кровь осталась лишь в старших домах, — он на мгновение перевел взгляд на тряпку, методично полирующую стойку, потом обратно на мои руки. — Вы давно это в себе раскрыли?..

Я кивнула — и тут же покачала головой. Слова застряли. Нельзя объяснить человеку, что ты чужая в этом мире и понятия не имеешь, что тут происходит.

— Я и сама не уверена, милорд, — наконец выдохнула я. — Главное, я не знаю, как это работает. И когда — тоже.

Он молча смотрел на меня еще пару ударов сердца. Потом сказал тихо, без назидания:

— Берегите это и скрывайте. В наш век за чудеса спрашивают дороже, чем за глупость.

— Я собиралась спрятать, — ответила я. — Но, похоже, магия меня не слушается…

— Просто знайте, что если об этом узнает кто-то еще — вы закончите в петле, — сухо усмехнулся он. — Женщинам здесь нельзя колдовать.

Фиона, до сих пор молчавшая, возникла в тени балки — с видом кошки, которая наблюдает за тем, как люди, наконец, научились открывать двери. Ее губы тронула кривая, довольная улыбка.

— Вот и все, девочка, — проговорила она, не глядя ни на кого, кроме меня. — Бумаги — их огонь. Но у тебя свой. Смотри, не разожги им дом. И плохо, что этот красавчик узнал про твои способности…

Я замерла, понимая, что раскрыла свой секрет самому Орниксу. Если Даниэль знал, но я твердо верила, что тот никому не скажет, то теперь…

— Лорд Арчибальд, я бы хотела вас попросить…

— Я никому не скажу, — сказал он просто. — Но вам нужно научиться это контролировать.

— Но как?..

— Я не могу вам объяснить, но если вы не будете против, я бы мог попробовать вас научить.

— Это будет честью для меня, — под довольный взгляд Фионы я поклонилась.

Он кивнул и вышел. Я посмотрела на свои ладони. Кожа чуть покалывала, будто в ней поселился тихий шепот. Дом утих, но не спал; где-то в углу метла провернула свой последний полукруг и с облегчением прислонилась к стене.

— Ладно, — сказала я себе и всем, кто меня слышал. — Работаем дальше.

Глава 24. О том, что нельзя расслабляться

Я не смогла спокойно отпраздновать маленькую победу над Харроу и местной бюрократией. Штормфорд готовился к ярмарке, которую в этом году перенесли на начало октября. Приезд королевского приказчика изменил привычный распорядок, и лорд Арчибальд распорядился о пиршестве и всеобщих гуляниях в его честь.

Всеобщее воодушевление заразило и меня, заставляя отодвинуть свои планы по улучшению жилищных условий и перейти к агрессивному заработку денег. У меня уже накопилось около двухсот пятидесяти элов, но этого было мало. Я с остервенением разбавляла лимонную настойку, готовясь представить ее на ярмарке. Томатная паста уже подсохла и ждала своего часа, но я переживала, что идею могут украсть. Я не питала иллюзий насчет того, как люди примут мою «разработку», но отчаянно надеялась, что к возвращению торговца Сулеймана в нашу деревню я смогу представить тому «быстрорастворимый» суп. А если на ярмарке сегодня его не увижу, то поделюсь мыслями с лордом. Интересно, а если ли в этом мире система патентов?..

Утро пришло не как обычно — не с тревогой, не с кошмаром, не с тревожным стуком в дверь. Оно вплыло в «Бедного контрабандиста» тихо, как свет через занавески, и пахло пшеницей, лимонами и морем. Штормфорд просыпался под звон колокольчиков, под топот босых ног и первые выкрики торговцев. Ветер с гавани приносил соль и смех.

Я не сразу поняла, что за звуки разливаются по улице — сначала подумала, что это снова сон, но потом до меня дошло: ярмарка. Настоящая, городская, шумная, с криками, музыкой и пестрыми флагами.

Впервые за долгое время я спала спокойно перед торжественным событием. Без кошмаров, без тревоги. Я выбралась из своего «гнезда» из одеял и, умывшись, двинулась на кухню. Тесто за ночь подошло и грозилось выбраться из огромного таза, а запах лимонов буквально сводил с ума, заряжая энергией.

—