Газлайтер - Григорий Володин

— как тот самый багровый зверь, уже замеченный лордом Ангелом, гонял целую стаю теневых тварей и в итоге просто уничтожил их без следа. Это подтверждает ранг багрового зверя.

Я киваю:

— Никогда бы не подумал.

Дозорный не останавливается:

— Вы чудом спаслись! Проскочили прямо рядом с этим монстром!

— Похоже, он был сыт, — пожимаю плечами. Ведь обед у Ломтика по расписанию был полчаса назад.

Я прохожу дальше, к внутренним воротам. Они медленно распахиваются. Кареты едут за мной, Рвачи и Змейка выпрыгивают наружу. Навстречу нам выходит процессия. Здесь почти все: лорды из Великих Домов, Лиан, мои Лакомка и Настя с таврами. Даже обычные горожане заполнили обзорные площадки.

Я не успеваю толком оглядеться, как к нашим каретам подлетает синекрылая городская стража. Старший неожиданно выкатывает:

— Кровавые Рвачи, именем Совета вы задерживаетесь, ибо подлежите временному изолированию, как бывшие пленники Демонов.

Ну что за дичь опять? Ещё рухнувший Пыхтун не успел сгнить под солнцем — а моих серокрылых уже пытаются запаковать, будто каких-то преступников.

Я останавливаюсь между ними и стражей:

— Эй, служилые, вы часом ничего не перепутали? Именем Совета как раз Рвачи отныне мои подопечные.

Старший страж делает вид, что всё формально:

— Да, это ваши подопечные, Ваше Величество. Но по протоколу они могут содержаться только в изоляторе до окончания следственных мероприятий. Если потребуется для новой вылазки — вы сможете получить их обратно по письменному заявлению.

Хм, очередная хитрая бюрократическая проволочка. Даже отсюда видно, как лорд Трибель изо всех сил сдерживает злорадную лыбу.

Я смотрю, как стража начинает медленно окружать Рвачей. Те стоят спокойно. Не рыпаются, не сопротивляются.

Всё это происходит у всего города на глазах. Горожане затаили дыхание, Великие Дома не ждут, что сделаю я. Стоит мне вмешаться — и это будет официальным вызовом системе и порядку. И именно этого, похоже, и добивается лорд Трибель. Покровитель синекрылой стражи, скрестив руки на груди, наблюдает за мной с открытым интересом.

Что ж, мои перепончатые пальцы, не с тем вы связались. Ох, не с тем. Ведь я могу извлечь наружу ваш главный страх.

Я посылаю Лакомке и Насте мыслеречь. Альва тут же кивает в ответ, мгновенно улавливая замысел, и звонко, на всю площадь, восклицает:

— Смотрите! Это же багровый зверь!

Она театральным жестом указывает рукой в сторону. Толпа мгновенно реагирует — поворачиваются головы, начинается общее шевеление, шум, приглушённый гул ужаса.

А там — Ломтик. Малой стоит, как ни в чём небывало, прямо на столбе у ворот.

— Тяв! — подает он писклявый голос.

В этот момент Настя уже в деле. Звуковая волна срываются с её губ — тяжёлый, глубокий волчий рёв. Мой легионер-воздушник с помощью мощного ветряного потока смещает звук в сторону, и кажется, что рев издает Ломтик. Один из ближайших сторожевых столбов с хрустом летит набок. Гул разносится по площади. Столб, как специально, рушится в сторону от толпы — но с таким грохотом, что горожане вздрагивают.

Синекрылые стражи замирают. Потом отскакивают, дёргаются с паникой на лицах. Один инстинктивно хватает за рукоять артефакта, другой зачем-то пытается скрыться за спиной товарища. Один дозорный выронил меч прямо на булыжник. Тот звенит, как колокол. Кто-то даже посмотрел вверх — вдруг и правда сейчас с неба что-то падать начнёт.

Я резко поднимаю голос:

— Без паники!

В этот же миг ментальный воздушник из моего Легиона усиливает голос, разносит по всей площади. Эхо ложится плотно.

Я продолжаю:

— Я займусь им с Рвачами. Стража, вы свободны.

Старший синекрылый слегка бледнеет, сглатывает, потом кивает и бормочет:

— Да, спасибо… конечно, король Данила…

— Огородите территорию! — я уже киваю таврам.

Мысленно мной раздаются четкие команды. Дружинники разом поднимают каменные щиты и встают живой стеной. Дружный шаг — и они между Рвачами и стражей. Жёстко, бесцеремонно тавры отпихивают стражников щитами. Одному достается сильнее, и он падает и катится, а второй тавр уже лёгким движением заезжает другому в шлем:

— Уходите, уважаемый! — гремит дружинник басом. — И не мешайте бороться с зверем!

Стража теряется и смотрит в сторону лорда Трибеля. Но синекрылый глава растерялся и не знает как реагировать.

На глазах у всех, на виду у Великих Домов, у горожан— моих Рвачей не упаковывают, а наоборот, их прикрывают, защищают. И это видят все. Но, главное, всё делается в рамках закона Херувимии.

Я переключаюсь на мыслеречь, даю команду серокрылым:

— Рвачи, заслоните щенка. — Пауза. — Но моего Ломтя не трожьте, поняли?

— Да, Брара… — роняет капеллан Рома.

Кровавые Рвачи, похоже, вообще не понимают, что происходит, но слушаются без вопросов, без колебаний. Послушно встают вокруг Ломтика, сомкнув кольцо, заслоняя его со всех сторон.

Ломтик стоит в самом центре, на прежнем месте, и оглядывает их с таким видом, будто лично назначил каждого на пост. Мордочка чуть приподнята, взгляд снизу вверх — гордый, независимый. Мол, вот — моя свора.

Тем временем тавры без спешки, методично оттесняют синекрылых, не размахивая кулаками, не крича, просто тесня плотным строем, как стена, идущая вперёд. Тех, кто сопротивляется, они сразу отшвыривают к зарешеточенным каретам, куда хотели закинуть Рвачей.

Один стражник начинает выкрикивать что-то о беспределе, получает щитом под рёбра — и замолкает. Второй делает шаг назад — и тут же получает пинок под бедро: «Проходите, уважаемый».

А я тем временем направляюсь прямо к кольцу Кровавых Рвачей. Настя оказывает рядом, как будто случайно. Ее задача создавать ревущие звуковые волны. Я подхватываю их и воздушными течениями разгоняю по площади так, будто этот рёв идёт не от неё, а от Ломтика.

Толпа, что уже начала разбегаться, оглядывается назад. Параллельно с этим я бросаю воздушные толчки. Небольшие, но резкие. Направленные строго в Рвачей. Те отлетают по команде, как будто их отбрасывает сам Ломтик — мощной, невидимой лапой.

Мысленно предупреждаю:

— Не раскрывайте крылья полностью. Только отлёт назад, без взмахов. Всё должно выглядеть как удар. Как будто Ломтик вас отбросил.

Между тем и малой «багровый зверь» получает свой ментальный приказ:

— Ломоть, хороший мальчик, а теперь — «домой».

Щенок выполняет команду и исчезает в тени под собой.

Я же поворачиваюсь к лордам-херувимам. Не все остались. Кто-то, видно, предпочёл ретироваться. Но ключевые просто ушли за укрытие: Димирель, Эрос и Трибель, да ещё пара фигур, которых я просто знаю.

— Лорды, — я передаю по мыслеречи всем главам Домов поблизости. — Багровый Зверь сбежал. Но