Танго с демоном: Танго нуэво. Танго верано. Танго эсценарида - Галина Дмитриевна Гончарова

Но без связи с основной веткой. Ее отец решил не плясать под дудку Патрисио Ксареса, уехал в Колонии, составил там капитал, у него плантация…

– Достойно.

– Ты же нас познакомишь? – подняла брови мать.

– Конечно, мам. Сегодня же, – Рауль мимоходом скормил одной из собак кусочек омлета с тарелки.

Собаки у него ничего не уточняли, но слушали очень внимательно. Это ведь их человек жениться собрался! Для животного это важно! А то найдет себе какую-нибудь, гав какую! А жить-то с ней не только ему, но и им!

– Надо же! Нашлась девушка, которая выдержит твоих барбосов, – съязвила младшая сестрица.

– Теперь ты ищи мужчину, который выдержит твои увлечения музыкой, – отбрил Рауль. – Лучше глухонемого.

Сестра надулась.

Ну, нравится ей опера. И что?! Она и сама петь любит, это не повод над ней издеваться! Хотя Рауль не издевался, выбирая между собаками и оперой, он сразу выбирал собак. Если их кормить, они выть не будут. А оперных певцов сколько ни корми…

Нет уж. Лучше собаки. С ними уши целее будут!

* * *

Дарея открыла глаза.

Конечно, Рамона рядом не было.

Конечно, никому не было до нее дела.

Ее просто положили в угол, отведенный для сна, на кучу пледов и шкур, и оставили так. Не возиться же с ней!

И хорошо…

Может, Рамон что-то и планировал, но ему явно было не до того. Разве что потом уделит ей внимание, когда самые важные дела будут сделаны. Так всегда…

Так было всегда…

Дарея огляделась по сторонам, но рядом с ней никого не было. Никто ее не видел, и это тоже было счастьем.

Девушка повернулась на живот, вцепилась зубами в покрывало, дернула головой – только нитки полетели. Плакать она не могла, глаза не так устроены. Но вот скулить… а шуметь-то и нельзя, не надо никому знать, что она пришла в себя.

Но как, КАК успокоиться, когда душа рвется на части?!

Как быть, если больно?!

Если рвутся иллюзии, рассыпается в прах кукольный домик выстроенного счастья – они с Рамоном, свободные, счастливые, в море, и рядом с ними их дети…

Рамону это не нужно.

Рамону ничего не нужно. И никого не нужно. И Дарея не нужна.

Рамону важна только Владычица Синэри. Все остальное можно принести ей в жертву.

В том числе и маму Дареи, и ее сестру…

Мама…

Теплые руки, грустные глаза, запах молока и уюта.

Элли. Игрушки и книжки, слезы и радость, поделенное на двоих мороженое, потому что на два мороженых у мамы денег не было. Но как она старалась порадовать своих малышек!

И не выделяла Дарею! Ничем!

И мороженое, и по попе Дарея получала в равных дозах с Элли. Особенно если они вместе проказничали. И бросить родных в обреченном Римате?

Одно дело, взрыв во время королевских похорон. Туда не пошли бы ни Лидия, ни Элли, за них можно было бы не волноваться.

Но волна, которая накроет весь Римат?

Вода не разбирает. Она сворачивает горы и разносит стены, она неуправляема и безудержна. И если Элли еще может уцелеть, то мама точно нет.

А мама в свое время не бросила маленькую Дари, хотя и могла. Дари понимала, что она бы не выжила. И вот сейчас…

Зачем ей Владычица, если на ее алтарь придется бросить самых близких?!

Раньше Дарея думала, что она важна для Рамона. Что она ему нужна.

Никто ему не нужен.

А вот ей нужны ее родные. А если так…

Дарея сплюнула застрявшие между зубами нитки.

Она не позволит принести в жертву своих родных! Она вернется за ними в Римат – и в ближайшее время. А пока…

Девушка выпрямилась, и с очаровательной улыбкой встретила подошедшего мединца.

– Я пришла в себя. Чем я могу помочь?

Мединец оглядел ее с сомнением, но выглядела Дари вполне спокойно, улыбалась дружелюбно, а рабочие руки были на счету, так что…

– Пошли, покажу пленных. Поможешь их распределять.

Дарея кивнула и послушно направилась, куда скажут.

У нее будет только одна попытка бегства. И она должна быть успешной.

* * *

– Треси!

– Фи!

Подруги встретились в коридоре полицейского управления и тут же защебетали вовсю. Впрочем, недолго. Феола с укором поглядела на Хавьера.

– Тан некромант, нельзя же так!

– Как?! – не понял Хавьер.

– Треси надо переодеться, да хотя бы расческа ей нужна!

Хавьер почувствовал себя дураком.

– Эммм… Треси, прости. Я не сообразил.

– Мы можем съездить ко мне домой за моими вещами, – пискнула Треси, жутко стесняясь.

Засос у нее на шее был очень выразительным.

Хавьер перехватил взгляд Феолы, направленный на синяк, и развел руками.

– Можете нас поздравить, ритана Ксарес. Мы женимся.

– Поздравляю! – от души высказалась Феола. – Я за вас очень рада! Треси?

– Да, – одним словом ответила подруга на все вопросы.

Да – добровольно.

Да – счастлива.

Да – она сама этого хочет. Очень-очень…

И вообще, Хавьер просто замечательный. А что некромант, так у каждого свои недостатки. Думаете, с алкоголиком или игроком лучше живется?

– Мы можем все купить, – предложил Хавьер, но Треси решительно покачала головой.

– Что мы и где купим? Ближайшие два дня везде закрыто – похороны же, и коронация… И это просто мои вещи… может, они и не слишком дорогие, но они для меня важны!

Как такое объяснить?

Набор ниток, который собирался по клубочку, по моточку – чтобы шелковые, и разных цветов, и разной толщины…

Иголки – тоже самые разные, от толстых, хоть парусину штопай, до тоненьких, изящных, которые для шелка, и платья, которые Треси шила себе сама. Пусть из дешевых тканей! Но ведь она труд в них вложила! Вдохновение! Силы, время…

И эти платья ей к лицу!

Почему она должна все это бросать? Она так не согласна!

Только вот как объяснить, что это не просто вещи, а частички ее жизни? Но Хавьер, кажется, все и так понял.

– Предлагаю съездить прямо сейчас. Пока есть время. Потом будут похороны, как некромант, я обязан присутствовать. А сейчас мы съездим к тебе за вещами, поставим в известность твоих родителей, и поедешь ко мне. Устраиваться. А я приду вечером. Так хорошо?

– Замечательно! – ответила Треси.

Феола подмигнула ей.

Подруге она завидовала совсем чуть-чуть и белой завистью. Хорошо у вас сложилось, ребята! Будьте счастливы.

У меня так не получится, это уж точно. Амадо женат, так что впереди еще ругательства с его супругой, и развод, и Лоуренсио точно будет против… надо сегодня вечером хоть домой заглянуть. Вещи взять.

Но это потом, потом…