Фантастика 2025-191 - Жорж Бор

Смерти, которым обладал род Кота, нивелировал влияние смешанной энергии из цитадели Эрании. Именно этот поток силы заметил когда-то Валерий Александрович Сурков, по прозвищу Светлячок. Только тогда на месте жаровни стоял столб предков Аларака. Смерть неохотно подчиняется чужим правилам, а духи качественно фильтровали силу для своих потомков. Это позволило прежней династии королей поколениями править своим народом и развиваться. Может поэтому Бриссу их и не трогали, но я в этом сомневался.

Аспект Огня, которым Сурков заменил столб предков, был слишком непостоянным и агрессивным. Он априори не мог что-то стабилизировать, но силы дал Светлячку столько, что тот покорил все посёлки и города страны Аларака. Вот только это была заёмная сила, которая бесследно исчезла, как только я перехватил контроль над каналом к цитадели Эрании.

Именно в этом была суть моего плана. Я не верил, что кто-то из местных встанет на сторону захватчиков. У самих предателей сил было слишком мало, чтобы меня остановить. Оставался только сам Светлячок, который мог оказать приличное сопротивление, если бы сжёг себя в собственной жаровне. Поэтому я решил пройти в замок врага через тени и захватить главное оружие врага.

Как только я разобрался с этой задачей, началась атака Витязей. Рыков повёл своих людей на уничтожение патрульных отрядов и постов противника. Учитывая, что Вепрь сам обучал этих людей и поддержка у него была в разы мощнее всех местных магов, жертв с нашей стороны за пределами дворца я не ждал.

— За Разумовских… — едва слышно выдохнул стоявший неподалёку от меня небритый мужик и медленно потянул из кобуры пистолет. — За князя, род и отечество.

Григорий, который успел выполнить свою задачу за пределами дворца и, вместе с Марой и Антипом, присоединился к нам, мельком взглянул на мужика и отвернулся. А секунду спустя я понял почему.

Это походило на какой-то кусок чужого кошмара. Светлячок, полностью лишённый магии и разума, что-то орал с возвышения, где стоял его трон. На пол летела слюна, полы оранжевой мантии разошлись, открыв иссушенное внутренним пламенем голое тело. Последователи Суркова пытались реанимировать свои многочисленные амулеты, но у них ничего не получалось.

А потом люди, находившиеся в зале, начали доставать оружие. Те, кто пару минут назад должны были защищать своего повелителя ценой жизни, направили пистолеты на своего короля. Вернее, на его ближайшую свиту. Маги-предатели начали истерично визжать. Кто-то попытался скрыться, но не успел. Грянули первые выстрелы, а потом грохот слился в единую канонаду. Дёргались на сцене десятки раз продырявленные тела. И только Светлячок оставался невредимым и безумно смеялся, глядя, как умирают его подданные.

Бернхард, по моему приказу, закрыл главного противника огненным щитом. Я обещал его жизнь Рыкову и не планировал нарушать собственное обещание. Грохот прекратился и бывшие дружинники, находившиеся в зале, начали переглядываться между собой.

— Предавший раз — предаст снова, — негромко, но очень чётко произнёс тот же мужчина, который начал перестрелку и посмотрел на меня. — Меня зовут Шакал, ваша светлость. Передайте Вепрю мои искренние сожаления.

Григорий качнулся вперёд, но я жестом остановил архимага Ментала. Серия из двух десятков выстрелов слилась в один продолжительный грохот, длившийся всего секунду. Ни колебаний, ни сомнений никто из людей в зале не испытывал. Когда подносил оружие к своему виску и нажимал спусковой крючок…

Когда в ушах перестало звенеть и чуть рассеялся пороховой дым, я недовольно посмотрел на бьющегося в припадке Светлячка. Потом нашёл маяк Петра и переместил главного предателя прямиком к Рыкову.

— Их ещё можно было спасти, господин, — осторожно произнёс Бетюжин. — С восстановлением разума могли быть большие проблемы, но какие-то функции они могли бы выполнять. Может только в Африке, но всё же какая-то польза для рода…

— Нет, — спокойно и максимально чётко ответил я.

— Почему? — спросил Иван, а Бернхард насмешливо хмыкнул. Генерал понимал очевидную ситуацию лучше многоопытных высших оборотней. Я немного помолчал, а потом наклонился и подобрал с земли несколько стреляных гильз. От разных пистолетов и эту горсть разделил между всеми оборотнями.

— В этом зале не было ни одного бойца ниже Мастера, — произнёс я и обвёл рукой заваленный трупами зал. — Офицеры, белая кость выделенной дружины моего рода. У каждого из них был свой кодекс чести и каждый из них его нарушил. Возможно, не один и не два раза.

— На гильзах выгравированы имена… — негромко произнёс Антип. — Гепард, Шакал… Этот мужчина представился Шакалом.

— Они уже давно приговорили себя и друг друга, — глядя на удивительно спокойные и будто бы умиротворённые лица, произнёс я. — Жить, после всего, что они натворили очень трудно. У каждого из них был свой персональный ад на земле и эти люди уже давно нашли свой котёл.

Передо мной открылся пространственный переход, за которым я увидел Петра. Возле архимага Пространства стоял, чуть покачиваясь, Аларак. Глаза Кота были закрыты, но я не сомневался, что он меня видит и слышит.

— Как тебя встретила родная земля, Аларак? — спросил я и на лице африканца появилась болезненная гримаса.

— Она недовольна, что сын вождя покинул её в такой трудный час, князь, — с ощутимыми паузами между словами, ответил принц. — Но мать-земля рада возвращению Кота и уже созывает всех духов предков для встречи.

— Это я уже понял, — хмыкнул я в ответ и заинтересованно посмотрел на жаровню в центре зала.

Угли в ней выглядели так, будто погасли много лет назад. Они осыпались даже не пеплом, а невесомым песком. Смерть возвращалась в свои исконные владения, и я чувствовал, как тянутся к металлической конструкции потоки этого аспекта со всех концов дворца.

Это был удивительный феномен. Даже большинство Вершителей были свято уверены в том, что аспекты не обладают собственным разумом и что они всего лишь проявления разных граней природы. Но сейчас я видел, как сила одной из таких граней стремилась к тому месту, откуда её изгнали чужаки. Смерть не ушла и не растворилась в безумии магического поля Африки. Она затаилась в углах дворца и по всему городу, дожидаясь своего часа. Того момента, когда её избранные дети вернутся и восстановят справедливость.

Аларак шагнул через портал и, как только его босая нога ступила на плитку дворца, пространство вокруг начало меняться. Тела чужаков на полу развеялись невесомым прахом, а стены зала покрылись серым налётом. Мгновение казалось, что странная поросль будет расти бесконечно, но она начала отваливаться целыми хлопьями,