Фантастика 2025-191 - Жорж Бор

Анастасия достала ложку, пару раз аккуратно стукнула ей по краю чашки положила на блюдечко. Пару мгновений она недовольно смотрела на меня, а потом тяжело вздохнула и будто бы даже ссутулилась.

— Я устала, Яр… — тихо произнесла моя старшая сестра. — И я боюсь. За тебя, за нас, за всех людей и за наш мир. Ты на войне, Витя на войне, дома происходит непонятно что. Меня рвут на части всякие дельцы, чего-то постоянно требуют члены союза, которые теперь тебе лично даже звонить боятся. Смешно! Губернатор Твери и один из самых влиятельных аристократов Российской Империи просит меня о встрече, чтобы поинтересоваться твоими дальнейшими планами. Передавайте Ярославу Константиновичу мои наилучшие пожелания при встрече…

— Мне жаль, что тебе приходится тянуть эту лямку, Насть, — искренне произнёс я. — Но в нашем роду нет более опытного и надёжного управленца. Я могу поставить на это место Григория, но он часто нужен мне рядом.

— Не жаль тебе ничего, — устало улыбнулась Анастасия. — Да и мне не жаль, если честно. Каждый делает свою работу ради общего блага. Просто… Иногда бывает тяжело. А мне даже пожаловаться некому! Потому что ты где-то воюешь на другом конце земли и мне страшно тебя отвлекать.

— Можешь мне пожаловаться! — совершенно по-взрослому обняла старшую сестру Нюша. — Я всегда рядом и никуда не собираюсь уходить. И воевать не собираюсь пока что! Честно-честно!

— Вот об этом я и говорю, — вздохнула Настя. — У нас в семье даже девочка двенадцати лет способна отправиться на войну, если это понадобится. И я тоже могу. Дворецкий архимаг, секретарь — сильнейший менталист в мире. Только тётя Женя… Тётя Женя тоже волшебница. И все что-то делают, куда-то стремятся, с кем-то сражаются… Тебе не кажется, что вся эта суета не имеет смысла? Что скоро всё просто перестанет иметь значение. Утонет…

— Что? — переспросил я. Расслабленное настроение разом улетучилось, будто его и не было. — О чём ты?

— Ласточка беспокоится в последнее время, — со вздохом призналась Настя. — Мне снятся кошмары. Будто я постоянно тону в чёрной воде. И ты тонешь. За одну ночь я вижу десятки лиц. Знакомых и не очень, но все они захлёбываются чёрной водой. А ещё я видела мать. Её измученное лицо под слоем воды. Ей плохо, Яр. Очень плохо. Знаю, что уже говорила об этом. Знаю, что тебе сейчас вообще не до этого, но и молчать у меня больше сил нет.

— Ты можешь показать мне свои сны? — дотянувшись через стол до руки старшей сестры, спросил я. Настя вцепилась в мою ладонь, как в спасательный круг и коротко кивнула.

— Только мне тяжело сосредоточиться на этом, — неохотно ответила девушка. — Перед сном они становятся очень яркими и потом тяжело отвязаться.

— Если ты позволишь, Григорий поможет, — предложил я и через родовую сеть дотянулся до менталиста. Бетюжин тоже предавался беззаботному отдыху. Правда, в собственном стиле — юрист увлечённо перебирал накопившиеся за время его отсутствия документы. Ощутив мой призыв, оборотень поднялся и направился к созданному мной пространственному переходу.

— Да, я была бы очень признательна за это, — кивнула Настя.

Менталист положил руки на голову моей старшей сестры, и та закрыла глаза. Нюшу я для этих целей привлекать не стал, потому что не хотел, чтобы девочка видела кошмары Насти. Пока Бетюжин считывал всю нужную информацию, я продолжал есть. Вот только теперь уже ни о каком наслаждении речи не шло. Просто механические действия, чтобы занять время.

Времени Григорию потребовалось удивительно много. Я ощущал пульсацию ментальной энергии огромной мощности, будто архимаг пробивался через чужие барьеры. Внешне напряжение заметить было сложно, на все в комнате ощущали, что видения Насти не так просты.

— Я готов, ваша светлость, — произнёс оборотень и жестом пригласил меня следовать за ним. Мы расположились в гостиной, где Бетюжин открыл мне сны княжны.

Под толщей чёрной воды мелькала череда лиц. Всё время не хватало воздуха. Ощущения были крайне неприятными и сбежать от них не получалось. Я просматривал сон раз за разом, пока не сумел разобрать все лица. И после этого на сто процентов убедился, что Настя просто не могла знать многих из тех, кто её приснился. Хотя бы потому, что некоторые из этих людей были мертвы уже довольно давно.

— Идите спать, — посмотрев на сестёр, приказал я. — Мне нужно подумать.

Настя и Нюша синхронно поднялись и двинулись к лестнице. Некоторое время в гостиной стояла тишина, а потом я достал артефактный телефон, набрал по памяти номер и принялся ждать ответа.

— Это Разумовский, — когда абонент снял трубку, произнёс я. — Не отвлекаю?

Глава 10

— Что вы, Ярослав Константинович! — несмотря на поздний час, бодро ответил мне граф Распутин. — В наше время сон становится непозволительной роскошью. Слышал, вы удачно посетили Европу. Поздравляю. Такого эффектного и быстрого завершения войны даже из ваших знакомых никто не ожидал.

— Благодарю, ваше сиятельство, — сухо ответил я. Судя по ответу графа, о нашей вылазке в Африку он не знал. Я не приказывал Петру сохранять секретность, но оборотень и сам не стремился говорить о тех вещах, которые выходили за границы его понимания. — Вы в столице?

— Всё ещё на Дальнем Востоке, ваша светлость, — ответил Распутин. — Пришлось временно взять на себя обязательства губернатора региона. Тут теперь такой раздрай, что вообще непонятно за что хвататься. Император обещал прислать кого-то из своих приближённых, но это ещё через пару-тройку недель. Мы с Дариной к этому времени уже порядок тут успеем навести.

— Пётр ещё не вернулся? — поинтересовался я. Зная характер дочери графа, крови во время наведения порядка могло пролиться чуть ли не больше, чем в период восстания.

— Звонил из столицы, — уже чуть более настороженно ответил граф. — Сказал, что отправится ко мне первым же утренним рейсом. Знаете, ваша светлость, я обычно привык прямо говорить о своих намерениях и планах, но далеко не со всеми. И честно скажу, что мне всё ещё непонятна причина вашего звонка. Вы ведь не из тех людей, которые звонят просто для того, чтобы напомнить, что они всё ещё живы…

— Мне нужно провести Призыв Обречённых, — спокойно ответил я и на другой стороне линии