Фантастика 2027-127 - Геннадий Борчанинов

–Ты где была? – накинулся на меня Даниэль, когда закончилась лекция.

–В императорском банке, – любезно сообщила.

А после этого с ожиданием уставилась на своего брата. Я честно думала, что сейчас парень повинно склонит голову и признается мне, что попросил нашего опекуна снять для него деньги с нашего счёта, а потом попросту забыл мне сообщить об этом.

Но вместо этого Даниэль удивлённо округлил глаза, а после поинтересовался:

–Что ты там делала?

–Узнавала много интересного, – уже начала закипать, – ты мне ничего рассказать не хочешь?

–Нет, – нахмурился.

Замечательно, как неодобрительно мотать головой и тыкать меня в каждый мой проступок, так мой братец первый. А когда нужно признать свой прокол, так он делает лицо невинной овечки, которая совсем не понимает, что сделала не так.

–Так трудно признать, что в этот раз накосячил ты, а не я? – усмехнулась.

–О чём ты говоришь, Даниэлла?

Нет, ну вы посмотрите на него. Какой актёр пропадает. Даже я так не умею притворяться невиновной и обиженной стороной.

–Своим девицам глазки будешь строить, – со злостью произнесла, – а я прекрасно знаю, что ты снял с нашего общего счёта приличную сумму денег.

–Что? – переспросил, – я никаких денег не снимал.

–Ну, конечно, – закатила глаза, – оказывается наш Даниэль не такой святоша, каким хочет показаться.

–Дани, – попытался остановить поток моих слов, но я не позволила:

–Знаешь, просто нужно мне было сказать об этом, чтобы я в банке не орала, как дура, что никто не мог снять деньги с нашего счёта. Так ещё и попросил профессора Диргарона помочь тебе. И вот у меня вопрос. Зачем тебе такие деньги, Даниэль? Твои девицы перестали бесплатно раздвигать перед тобой ноги?

–Замолчи, Даниэлла, – непривычно зло произнёс брат.

Но я лишь рассмеялась ему в лицо. Наверное, впервые виноватой оказалась не я. Но Даниэль всё равно не мог признать свою неидеальность.

–Катись к бесам, Даниэль, – посоветовала.

А после развернулась и пошла прочь. И уже уходя поняла, что за нашим семейным конфликтом наблюдало немало студентов. Но мне на них было наплевать. Это пусть Даниэль парится, ведь это он сейчас был виноват.

И я, честно, не могу понять, почему брату просто не признаться, что он взял эти деньги. Я бы просто пару раз победно улыбнулась, но не более. В конце концов, эти деньги наши с братом общие. И меня просто возмутил факт того, что брат не сказал меня о том, что ему потребовались деньги. До этого у нас никогда не было секретов друг от друга.

А сейчас он не просто обманул меня, так ещё и не хочет брать ответственность за свою ложь. Конечно, всё проще спихнуть на свою взбалмошную сестру, а самому остаться чистеньким.

Вечером, когда я прихорашивалась перед встречей с моим ректором, то моя соседка поинтересовалась:

–Ты куда так вырядилась?

Ничего я не вырядилась. Просто решила сегодня надеть платье. Я всё-таки девочка. И не важно, что платье было чуть длиннее, чем майка. А уж про открытое декольте я лучше промолчу.

–На отработку, – ответила.

–Ты так лаборатории мыть собираешься?

–Хватит с меня лабораторий, – усмехнулась.

Как и красноволосого профессора. К счастью, теперь ему совсем не до меня. У него там безумная любовь с Глэдис. Вот пусть ей и занимается.

–Неужели, к ректору так собралась? – любопытно протянула.

При упоминании профессора Диргарона у меня невольно на лице появилась улыбка. Что, конечно, не скрылось от моей соседки.

–Тебе не кажется, что ты бросаешься в омут с головой? – спросила, – всё-таки ректор намного старше тебя.

–Профессор Диргарон не старый, а опытный, – возразила, – и, вообще, не лезь. Я у тебя советов не просила.

Глава 20

Мэриэль после моей реплики неодобрительно покачала головой, чем очень мне напомнила моего брата. Может, это заразно? Моя соседка немного пообщалась с Даниэлем, а теперь то же начала изображать болванчика.

Но к счастью моей соседки, больше нравоучений она мне читать не стала. И на том спасибо. А то почему-то некоторые кучерявые решили, что могут учить меня жизни.

И вот не зря говорят, что вспомнишь нечто нехорошее, так оно тут же объявится. Вот и сейчас в нашу комнату залетел Даниэль. Я победно сложила руки на груди и ехидно поинтересовалась у своего близнеца:

–Что резко вспомнил, как взял деньги с нашего счёта? И пришёл передо мной извиняться.

Но этот упёртый поджал губы и начал старую песню:

–Ещё раз повторяю, что я никакие деньги не брал. И в банке не был.

–Конечно, ты там не был, – даже кивнула для убедительности, – ты попросил туда отправиться профессора Диргарона.

–Я его не просил о подобном, – продолжил бессовестно врать, – и никаких денег в глаза не видел.

Я смотрела на Даниэля, стоящего передо мной, и совсем не узнавала его. Да, мой брат всегда был занудным. Но лгуном он никогда не был. А сейчас стоит и нагло врёт, смотря прямо мне в глаза. Так ещё и намекает, что ректор, который выручил нас в сложный момент, пытается обокрасть нашу семью.

–Не смей в чём-то обвинять моего ректора, – уже разозлилась.

–Твоего? – переспросил, – это для него ты вырядилась, как последняя…

Тут он предусмотрительно заткнулся, всё-таки не обозвав меня девушкой лёгкого поведения. Уж не моему брату заикаться о том, что я как-то аморально себя веду. Это он меняет своих возлюбленных как перчатки. А я почти замуж собралась.

–Не переживай, – усмехнулась, – наряды твоих девиц мне даже при большом желании не перепрыгнуть. А теперь, если извиняться ты не собираешься, то пока.

И я вышла из комнаты. И, конечно, Даниэль поплёлся за мной. При этом не переставая бубнить:

–Что с тобой происходит, Дани? Ты никогда себя так не вела.

–Как так? – уточнила.

–Как влюблённая дура, – выпалил.

–А что в нашей семье роль влюблённого дурака уже занята тобой? – поинтересовалась.

–Именно, – не стал спорить, – я влюбляюсь в каждую вторую девушку. А ты всегда всех