Фантастика 2026-152 - Николай Дмитриевич Соболев

— Да нахрен он нам нужен? На своем бы ладу дать.

— А ты подумай. Никто и никого в шею не гонит. Да вполне может быть такое, что еще кому мы будем не по нраву — снова тебе достанутся. У твоих-то, бойцов, как я понял, не забалуешь. Так что думай.

— Ладно. Черт с тобой, золотая рыбка. Заберешь девочек дня через три — они обещали моих поднатаскать на катере рулить под моторами. А среди этих, заднеприводных, оказывается пятеро умеют ходить под парусами. И именно вот эту посудину знают прекрасно — она ведь прокатная там была.

— Не знал. Не посвятили в такое. Ну ничего, легче будет с таким хорошо сработанным экипажем. Они там у тебя не бунтовали хоть?

— Ты что? Все почти сразу получили удовольствие, и шуршат, что те игрушки заведенные. Тут у нас все тип — топ.

— Ну тогда до встречи. Тем более мы после обеда снова сюда пойдем.

— Не стоит. У Вояки после ранения чуйка открылась — и он на вечер аж заливается, но запрещает выходить в море. Говорит, что будет что серьезное, и начнется почти сразу, как солнце зайдет за горизонт. Так что — сиди сегодня дома, отдыхай. Нам вот тоже проблема — спрятать этих так, чтобы не промокли. А потом разберем их домик и к себе перетащим — сделав улицу.

— Ну раз так — то благодарю…

А уже на подходе к первому, идя головным и вызывая своих, снова увидел впереди по курсу второе за это утро туманное марево со всё теми же воздушными вихрями внутри. Оглянувшись на пассажиров, понимаю, что им не показывается из вот этого — ничего. Сразу набрал своих, и сказал всего одно слово:

— Обходим, — потом чуть вильнул рулем и пропустил это нечто по борту — оставив разгребать его богатства на более позднее время. Сейчас в основных планах было только одно — успеть вернуться так, чтобы Оксана Ивановна смогла принять всех новеньких…

— Второй на связи, — чуть только отошел от увиденного, как прозвучал вызов по рации дальней связи, — вы где? Тут? Или уже дома?

— Фух… — выдохнул в микрофон, и ответил ему, — не ожидал так сразу тебя. Подходим — осталось всего минут пять — семь. А у вас там как?

— Да мы тоже уже подтягиваемся на выход. Если что, пару минут подожди — вместе пойдем, — и уже на его последних словах замечаю, как из прохода идут один за другим его катер и моторные лодки. Но не они одни — как и у нас, за ними на буксире тянутся еще. Один, два, три… четыре. Ну нихрена себе — и что он нашел там такого ценного?..

— Интересна история о приведении под наше влияние этих земель? Ну пока мы в пути, и свободного времени впереди минимум пару часов, то слушай, — оба, по обоюдному согласованию, надели гарнитуры индивидуальной связи — нечего остальным слушать информацию, скорее всего идущую под грифом ДСП*.

*ДСП — для служебного пользования.

— Одним из самых сложных моментов в этой операции было преодоление скального защитного пояса — и почти сразу я вспомнил обещание механиков порта об установке на катере электронного эхолота. Потому что эта полоса была шириной более полукилометра, и проход в ней имел бы вид при съемке сверху, как мы все думаем, двух, идущих одна за другой, перевернутых букв W. С переходом на внутреннюю лагуну еще одним, более узким, примерно как еще одна буковка — Z, с отогнутой вниз нижней палочкой. То есть, только на его первичную разведку и преодоление было потрачено более полутора часов. И это только благодаря тому, что мой катер шел головным, своими веслами проверяя не только расстояние до береговых скал, но и глубину самого его фарватера. Но могли определять только глубину — на это весла хватало, а вот почувствовать ими боковые помехи, уже нет.

Этим делом все время поиска занимались экипажи лодок, идущих всего чуть сзади. Зная, что все наши весла были из запасов Голландца, и имели одну и ту же длину — три и девять десятых метра, определять все нужное было хоть и нудно, но не особо сложно. В итоге по всей своей длине ширина канала была практически одинаковой — двадцать метров. Глубина — не более трех, но местами повышалась и до полутора. К нашему сожалению, основная масса скал охранного пояса была подводной, хотя и скрывалась под морской поверхностью минимум на ладонь, и как-то отметить его границы мы не смогли. Это когда шли ещё туда.

— А почему не выложили на их вершинах пирамидки из подходящего камня? Его ведь на дне просто море?

— Мы тоже так подумали. Но были три причины, которые не позволили все это сделать. Глубина у краев канала была не менее двух метров. Но это можно было пережить — поныряли. Но! Сколько было видно вглубь поля — все скалы стояли там с острыми вершинами. Ну и это не смертельно. Нашли бы что подходящее. Так там проходы между ними были такими, что местные, небольшие акулы, метра полтора длиной, шастали по ним как электровеники. А заводить с ними тесные знакомства никто не захотел. Несмотря на все это выход мы все равно нашли — как смогли заметить все в лодках, почти во многих ближних скалах было множество трещин и разных ращелин. И вот, нарезав там, на найденном чуть позже населенном острове полуметровых ровных веток с палец толщиной, во время выхода и набили в них. Получилось очень даже прилично — как для нашей местности.

Пройдя внутрь, даже немного растерялись. Напротив выхода, метрах в ста, расположилась единственная в той лагуне большая скала — что как древний форт собой защищала все остальное. Невдалеке за ней стоит два островка, почти круглых, метров… ну сто, может быть полтораста — полностью песчаные, на каждом из которых пригрелось по несколько десяткой огромных крокодилов. За ними, примерно в полукилометре, лежит еще два, но с сильно скалистыми берегами, узкой прибрежной полосой и высокими, относительно конечно, берегами. Оба зеленые, но деревьев в нашем понятии там мало, больше разных пальм и кустарника. На одном из них у местных в природных неглубоких ямах целая ферма из диких кролей, и корраль — то есть загородка из