Весь Нил Стивенсон в одном томе - Нил Стивенсон

— Окей. Продолжай.

— В прошлом году, когда цены на мясо были низкими, эта земля никому была не нужна, поэтому множество рабочих-мигрантов — включая Рамиресов — запарковали на ней свои пикапы и трейлеры и стали там жить. Образовали небольшое поселение. Разбили садики и так далее. Жили и ждали нового урожая.

Но на прошлой неделе один скотовод обнаружил, что у него недостаточно земли для выпаса всех этих телят, которых он оставил на вырост, когда цены на мясо подскочили. И теперь вместо мигрантов там обитает скот, нагуливающий вес на густой зеленой траве.

— Ты хочешь сказать, что Рамиресов выкинули с их земли.

— Их и всех остальных, кто там жил, вчера согнали с нее, — сказал Рей. — Ближайшим место, где Рамиресы могли остановиться, был дом сестры Анны, здесь, в Денвере. Поэтому они посадили детей в кузов и поехали к ней.

— О.

— Сотни человек сегодня колесят по всем Великим равнинам ради того, чтобы телята ели досыта, — сказал Рей. — И я не удивлюсь, если мы вскорости услышим еще о нескольких случаях отравления угарным газом.

— Если я скотовод, — сказала Элеанор, — который хочет использовать участок федеральной земли, на котором проживают рабочие-мигранты, то что я должен сделать? Как мне заставить этих рабочих уехать? Я вызову копов?

— Нет, ты не станешь звать копов. Существует несколько способов решения этой проблемы, — сказал Рей, — но если у тебя есть нужные связи, то первым делом ты звонишь в «Аламо».

Элеанор с минуту раздумывала над его словами.

— Рей, ты сейчас, как минимум, гарантировал Бьянке Рамирес место в гипербарической камере, — сказала она.

Элеанор оказалась права. Доктор Морган действительно пользовался услугами весьма даровитой секретарши.

По одному ее виду становилось ясно, что свое дело она знает.

— Доброе утро, меня зовут Элеанор Ричмонд и я только что говорила с моим боссом, сенатором Маршаллом, — соврала она. — И по результатам этой беседы пришла к выводу, что самым важным делом вашего босса, доктора Моргана, в этом месяце или, возможно, в этом году, станет разговор со мной, который состоится прямо сейчас.

Уголком глаза она заметила ухмылки, которыми обменялись Рей и доктор Эскобедо. Для них эта поездка была чем-то типа карнавала.

Секретарша доктора Моргана выказывала подобающую моменту приветливость. Если она и была в ярости, то ей хватило выдержки не показывать это перед Элеанор. Она дозвонилась до доктора Моргана, который как раз ехал сюда на машине.

Через пятнадцать минут доктор Морган, Элеанор, Рей и доктор Эскобедо сидели вокруг стола в кабинете Моргана. Они немного поболтали о пустяках — кому что добавить в кофе и о том, какая сегодня прекрасная погода. Когда эти вопросы были исчерпаны, Элеанор обнаружила, что все выжидающе смотрят на нее. Она сложила руки на коленях и собралась с духом.

— Я не очень хороша в дипломатии, — сказала она, — поэтому, наверное, лучше всего просто перейти к делу.

— Давайте, — сказал доктор Морган.

— То, что сейчас здесь происходит — это применение грубой политической силы в чистом виде. Или вы обеспечиваете Бьянке Рамирес лечение в гипербарической кислородной камере — или целью жизни сенатора станет превращение вашего медицинского центра в дымящийся кратер.

— Считайте, она уже в камере, — приветливо отозвался доктор Морган. — Доктор Эскобедо, вы обеспечите транспортировку Бьянки?

— Да.

— Превосходно, — сказал доктор Морган. Вид у него был довольный и веселый, как будто он привык просыпаться каждое утро и получать по морде от члена Сената Соединенных Штатов. — Что-нибудь еще?

— Боже, — проговорила Элеанор часом позже, завтракая с Реем, — я здорово переборщила. Мне так стыдно.

Рей пожал плечами. Примечательно, что он не попытался ей возразить.

— Не беспокойся на этот счет, — сказал он. — Главное, ты добилась, чего хотела.

Доставив доктора Эскобедо в окружную больницу, они вдруг заметили, что не успели позавтракать. Поэтому они нашли небольшую семейную закусочную неподалеку от «Аламо». Элеанор взяла яйца по-деревенски. Рей облизывался над большой тарелкой рубца.

— Я иногда забываю, насколько могуществен сенатор, — сказала Элеанор. — Скорее всего, можно было просто позвонить и добиться того же результата. Вместо этого я ворвалась к ним, как Рембо. Воспользовалась огнеметом, когда хватило бы зажигалки «Bic».

— Да ладно. Как минимум, получился отличный спектакль, — сказал Рей. — У тебя определенно талант.

— А?

Рей внимательно посмотрел на нее.

— То есть ты не в курсе? — спросил он. — Ты действовала инстинктивно?

— Поступила как?

Рей, улыбаясь, покачал головой.

— Я не хочу, чтобы ты начала стесняться и все испортила.

— Да о чем ты говоришь?

— Я восхищаюсь тем, что ты сделала с Эрлом Стронгом, кстати говоря, — сказал он, не слишком ловко меняя тему.

— Да, ты сообщаешь мне об этом при каждой встрече.

— В общем, все что нам требуется — это чтобы твой огнемет всегда был направлен в нужную сторону.

— Ага, — сказала она. — Вскрываются тайные замыслы.

— Я уже сказал, что плачу за завтрак. Что скажешь?

— Отличный завтрак, между прочим, — пробормотала она, приступая к еде.

Некоторое время они ели в молчании. Оба смертельно проголодались. Эмоции сжигают калории.

— Я говорил с Джейн Осборн, — сказал Рей. — Я собирался спустить на нее всех собак, но она оказалась очень милой женщиной.

— Тут самое время спросить, кто такая Джейн Осборн.

— Лесничая в Ла Хунта.

— Лесничая? В прериях?

— Как ни странно, именно это она и сказала, когда ее сюда назначили, — заметил Рей. — Ей нравится лес. Она устроилась в Службу леса, рассчитывая оказаться в лесу.

— Вполне логично.

— Она не учла того обстоятельства, что Служба леса владеет обширными степными угодьями. Включая тот участок, на котором семья Рамирес обитала до вчерашнего дня. И службе нужны люди, чтобы присматривать за этой землей. Эти люди называются лесничими. Носят шляпы с медведем Смоки[446] и все прочее. И вот Джейн Осборн застряла там на тупиковой позиции GS-12: на сотни миль вокруг не то что леса — одинокого деревца не найти, всех занятий — что гоняться за оффроад-байкерами по полям да менять дорожные знаки, расстрелянные из дробовиков местными интеллектуалами.

— Должно быть, она разочарована.

— Ну да. Но дальше — хуже.

— Что именно?

— Она как раз собиралась пошабашить, как вдруг ей звонят с Самого Верха и приказывают лично произвести изгнание сотни мигрантов с того самого участка пастбищных земель.

— Как это может сделать одинокая женщина?

— Она вызвала несколько других лесничих и прихватила еще и федеральных маршалов, просто для демонстрации силы.

— Кто отдал приказ?

— Ее босс. Который получил приказ из Денвера. А тот, в свою очередь —