Газлайтер - Григорий Володин

— Прижимайте всех лордов к полу световыми лучами! — отдаю приказ.

Ответ мгновенный и, как обычно у Ангела, с надрывом:

— Филинов, что ты несёшь⁈ — рявкает Ангел. — Лордов? Зачем⁈

— Я собираюсь выкинуть спрута.

— Но при чём тут лорды?

— По-другому никак, иначе их заденет ударом, да и унесёт следом. А уговаривать их ложиться на пол посреди боя — некогда.

— Что ты задумал⁈

— Имплозию воздуха, — коротко бросаю.

— Импло… что⁈ — удивляется грандмастер и наследник Дома Лунокрылых. — Ты о чём вообще⁈ Что это за магия такая⁈

— Это не магия. Это физика.

— Чего⁈

— Ангел, — вклинивается Габриэлла. — Доверимся королю Даниле. Он всегда знает, что делает.

— Габри, но не валить же своих! — Ангел никак не может взять в толк мой план, а объяснять здоровому лбу принцип гидроудара мне некогда. С этим должна была справиться средняя школа.

Вместо расфусоливания я приказываю:

— Вы двое — самые мощные световые маги здесь. Вы сможете повалить всех лордов одновременно. Сами тоже падайте. Но действуйте строго по команде. Я создам вакуум и дам отмашку. Сначала световые лучи, потом — гидроудар. Живыми останутся только те, кто ляжет на пол.

Ангел что-то ворчит. Конечно, не может без этого. Да и плевать на него — я уже начал. Отдаю приказ расчёту в Невинске: расчехлять имба-пушку. Её лазерный толчок явно не будет лишним.

— Работаем, парни, — бросаю Легиону.

Легионер-воздушник вытягивает весь воздух из центра зала, формируя локальный вакуум с резким понижением давления.

Следующий шаг — за Вороновым. Пока он обрушивает сверху на вакуум Воду-Тьму, одновременно расплёскивая её по теневым тварям, я отдаю команду Лунокрылым — брату и сестре:

— Сейчас!

Габриэлла послушно выпускает из крыльев гигантское золотое облако — и ближайшие лорды валятся, как кегли, прижатые к полу мощнейшим кинетическим ударом.

— Надеюсь, ты не грёбаный предатель, Филинов! — орёт Ангел и сразу же добавляет второй удар: световые лучи валят оставшихся, включая самого Димиреля.

Ангел и Габриэлла тоже ложатся.

Я не медлю — взмах мечом, и активируется эфирный щит. Многослойный, плотный, над каждым поверженным — на случай, если у кого-то доспех оказался из стихии фольги. Умницы Змейка с Настей, а также тавры, уже предупреждённые мной, без слов легли, прижавшись к полу. Я один остаюсь на ногах. Натягиваю на себя всё, что можно: гранитный доспех, теневой, воздушный, а ноги приращиваю к полу грудой гранита.

Воздушник возвращает воздух обратно в вакуум. Воздушная струя, возвращаясь, сталкивается с падающей сверху Водой-Тьмой. Всё происходит мгновенно. Мощнейший гидроудар и воздушный хлопок направляются строго вверх. Ещё и имба-пушка даёт залп, чтобы вязкая Вода-Тьма унеслась выше. Крыша отрывается мощной ударной волной. Щупальца на окнах рвутся. Гигантского Спрута, сидевшего на здании, уносит в небо вместе с обломками. Остатки щупалец — всё, что ещё цеплялось за здание, — с хлюпающим звуком срываются и летят прочь.

К тому времени Тьма-Вода, растекшаяся по залу, облепила всех теневых тварей. А когда её подхватывает гидроудар и импульс имба-пушки, вся эта куча тварей летит вверх, прочь из зала, в небо.

Эфирные поля защитили всех, кто лежал, от соприкосновения с Водой-Тьмы, и она не потянула их вслед за гидроударом.

Пол всё ещё дрожит. Стены осыпаются, но стоят, здание держится. Теневые твари исчезают в уносящемся потоке, вылетают вместе с осколками крыши.

Да только одна вытянутая тварь, улетая, ухитрилась обвить хвостом мой меч. Она обвилась вокруг клинка, как скрутка проводов, и, прежде чем я успеваю среагировать — дёргается. Рывок — и мой эфирный меч вырывается у меня из рук и улетает вместе с тварью, подхваченной Тьмой-Водой.

— Эй, куда⁈ — возмущенно восклицаю я, разворачиваясь.

* * *

Здание Совета, Сторожевой город

Габриэлла лежит на холодном полу, лицо повернуто вверх. Она едва успела моргнуть — и крыша исчезла. Её просто снесло. Целиком. Всё: балки, плиты, крепления и даже тот ком теневых тварей, что скопился в зале, — всё одним махом вынесло куда-то ввысь, будто смыло этой непонятной чёрной жижей. Ударная волна вычистила пространство, как метла сметает пыль со сцены.

Теперь над её головой — не потолок с картинами древних битв Домов. Только небо. Открытое, высокое, яркое до рези в глазах. Невероятно.

Вокруг — та же картина. Все лежат. Тавры, рассыпавшиеся по периметру. Лорды, сбитые её золотым облаком. Ангел тоже валяется.

Только Данила один-единственный стоит, закованный в доспех, будто выточенный из цельного гранита, будто центр всего этого катаклизма.

Габриэлла не может оторвать от него взгляда. В её мире нет сейчас никого, кроме него.

И тут — резкое движение. Прямо перед ней.

Одна из теневых тварей, змееподобная, уже почти унесённая вверх потоком, в последний миг резко изгибается — и с дикой ловкостью цепляется за эфирный меч Данилы. Вырывает. Уносит.

— Эй, куда⁈ — возмущённо бросает он, вскидывая руку.

Реакция мгновенная. Из его руки вылетают две лианы. Первая — словно копьё, вонзается в тело твари. Вторая — обвивает. Обе тут же с силой дёргают. С шипением теневая змея шлёпается обратно на пол. Падая, она изгибается, шипит, пытается вырваться.

— Займись, — коротко приказывает Данила.

И Змейка не заставляет себя ждать. Вскакивает, вонзается в бой, её красные лезвия вспыхивают — и одним хищным, выверенным движением она разрубает тварь.

— Ещё и мой меч вздумала воровать, — ворчит Данила, нагибается, поднимает оружие. Взгляд — спокойный, как будто речь идёт не о битве, а о какой-то бытовой неприятности.

А Габриэлла всё ещё лежит. И смотрит не отрываясь только на менталиста.

— Боги… — шепчет она. — Что же за сокрушительной силой ты обладаешь?

Данила, услышав, поворачивает к ней голову.

— Силой, леди? Скорее уж, сокрушительными мозгами.

Глава 11

Здание Совета (вернее, то, что от него осталось), Сторожевой город

Лорд Димирель стоял на обломках некогда величественного зала, глядя на Габриэллу и Ангела тяжёлым, строгим взглядом, от которого у молодых леди и лорда мурашки пробежались по коже. Морщины на его лбу прорезали лицо.

— То, что вы ударили по своим, — процедил он, — мы обсудим позже.

Габриэлла тут же вскинула голову, крылья за спиной дрогнули от возмущения:

— Так велел король Данила. Это ведь спасло нас всех!

— Прикуси язык, дочка, — отрезал Димирель, не повышая голоса, но в его интонации