Не боец 1-5 - Сергей Александрович Плотников

заказ нормальной гражданской одежды для неё. А комбинезон, плащ и тяжелые ботинки она с отвращением запихнула в самый дальний ящик моего платяного шкафа. Похоже Ястреб надолго вышла из строя как сверх: использовать собственную силу она рискнёт еще ой как нескоро…

К обеду Птицу отпустило настолько, что нужда в совсем уж постоянном контакте отпала. Девушка стала смело отпускать мою руку сначала на минуту, потом и на дольше — разумеется, не рискуя отходить далеко. Мы даже решили выйти из дома и поесть в ресторанчике родителей Ли: по весне влюбленных парочек, держащихся за руки, в Салинасе прибавилось, и белыми воронами мы не выглядели.

Закончив с потрясающе вкусными блюдами восточной кухни — впрочем, как и всегда здесь — Хоук нехотя вытянула из сумочки свой потёртый и далеко не новый мобильник.

— Надо узнать, что с ребятами, — словно извиняясь, пояснила мне она. — Военные должны были прислать сообщение… Вот оно! Ой…

В ответ на мой вопросительный взгляд она развернула проекционный экран побольше, чтобы я тоже мог прочесть:

— «Приглашаем посетить ваших соратников. Учитывая ситуацию, командованием выдано специальное разрешение снимать в их палатах,» — вслух зачитал я. — Похоже, для «Защитников» сверху спустили зеленый свет делать контент для вашего ютуб-канала.

— Да… — Птица несколько нервно сжала мою ладонь. — Так обычно и бывает, когда происходит удачное взаимодействие армии и супергероев…

— Давай возьмём летающее такси и полетим к военному госпиталю вместе? — предложил я. — Побуду твоим оператором — нормальная ведь причина пройти вместе? И камера в трубе у меня получше. Ну а не пропустят меня к тебе в нагрузку — так развернемся и вернемся домой.

— Спасибо! — с чувством сжала мои пальцы моя девушка. — Ты в который раз меня выручаешь, Алан.

— Мне это только в радость, — почему-то смутившись, ответил ей я.

* * *

Военные США имеют милую привычку не указывать на гражданских картах свои объекты, даже самые мирные. Адрес есть, а на интерактивной реконструкции местности пустое место. При этом куча народу, вообще не относящегося к US Army, точно знает, где и что, потому что, например военную технику и оборудование им привозят зафрахтованные гражданские дальнобои.

Или вот мы: стоило такси пересечь невидимый воздушный периметр, как управление перехватил военный искин, и отправил летающую машину на площадку приема летающего транспорта. Наверное, над особо секретными местами (госпиталя, ага!) мы все же не пролетели — но с высоты рассмотрели все остальное довольно неплохо. Впрочем, ладно: там, где сталкиваются реалии жизни и положения Устава, искать логику особо не стоит…

На земле выяснилось, что программа контроля доступа (самостоятельно установившаяся на наши телефоны!) меня все же решила пропустить. Кстати, получилось даже удобнее, чем с живым провожатым: проекционный экран четко отражал маршрут, куда идти, а камера мобилы просто отказывалась включаться там, где запрещено. Ну и разумеется, «гражданская связь не доступна». Оптимизация!

Эта же программа заставила нас облачиться в халаты для посетителей, пройти бесконтактную очистку и стерилизацию обуви, вызвала нам лифт и даже кнопку нужного этажа самостоятельно прожала. Я удивлялся такому сервису ровно до тех пор, пока не сосчитал, очень приблизительно, стоимость разработки такой системы и не умножил её на пять: примерно так корпорации штатовского ВПК выкатывают ценники правительству и Белому Дому. Информация эта, о «военных наценках», когда унитаз для гальюна авианосца может стоить двадцать тысяч долларов[108], известна в общем-то каждому американцу. Но, похоже такое положение дел абсолютно всех устраивает — так что не мне, чужаку, их судить…

Оборотня и Энерджайзер положили в палаты на разных этажах. Сначала армейская Система привела нас к перевертышу — тот наслаждался широченной койкой с множеством регулировок и выглядел, честно говоря, совершенно здоровым.

— Хоук, Алан!

Я придержал было шагнувшую вперед девушку за локоть, одновременно молча показывая себе на голову. Через мгновение Птица догадалась, на что я намекаю, и привела прическу в привычный для фанатов «Защитников» вид: все равно вся остальная одежда скрывалась под халатом.

— Ну, как ты тут? — Ястреб наконец подошла к койке «больного», а я, наоборот, сместился в сторону, удерживая сцену в кадре.

— Как новенький! — похвастался Вульфи. — Кости срослись, мышцы тоже — хоть сейчас готов подвиги совершать! Но…

Тут парень перешел на заговорщицкий тон.

— Мне тут прописали очень усиленное питание, общеукрепляющие процедуры типа массажа и сауны, двенадцатичасовой сон и попросили остаться еще на три дня. Не-ет, я не дурак торопиться наружу!

— Здорово, что ты в порядке, — искренне порадовалась Ястреб. Она помялась и спросила: — Уже… знаешь?

— Что Флора управляла големом? — на лицо Оборотня набежала тень. — Да… До сих пор поверить не могу, если честно. Она ж меня чуть не убила своим последним пинком!

— Она нас всех чуть не убила, — тоже помрачнев, поправила девушка. — Похоже, разрушение электростанции она поставила выше наших жизней… и своей тоже. Понять не могу, на что она надеялась? Штурмовые машины Национальной гвардии разнесли бы её песочного человечка с одного залпа!

Суперы еще помолчали, потом довольно скомкано попрощались — и мы двинулись проведывать героическую блондинку.

— Оборотень к Флоре уже несколько лет как неровно дышал, — в лифте вдруг прервала молчание Хоук. — Даже пытался объясниться… несколько раз. Зная Вульфи, можешь представить, как это выглядело.

Птица грустно улыбнулась.

— Еще он к нам регулярно лез консультироваться, какой идеальный подарок выбрать девушке и что сказать, чтобы «её сердце дрогнуло». У самой Флоры, как ты понимаешь, среди наших поклонников особо не было — уж больно она крипово себя ставила. Потому у перевертыша были все шансы её в конце концов дожать — если настойчивости хватило бы. Она его явно выделяла, даже в этот раз дважды стряхнула, прежде чем ударить на поражение. Но всё же ударила…

Ответить мне было нечего, потому я просто покрепче сжал пальцы девушки. Мне, в отличие от Оборотня, повезло — и свою любовь я намеревался тщательно оберегать. Правда, пока еще не очень представляя, как.

* * *

— Ребята, я вас так рада видеть! — мне тоже пришлось подойти к кровати жизнерадостной блондинки, чтобы получить свою порцию обнимашек. Одной рукой, потому что вторую, пострадавшую, военные медики заключили в толстую пластиковую трубу, вывешенную к потолочным креплениям на специальных тросах. К трубе подходил целый жгут из трубок и проводов в мою руку толщиной, но что происходит внутри — рассмотреть не удалось, потому что устройство тщательно замотали простыней. То ли чтобы не пугать видом конечности, то ли потому что штука числилась насквозь секретной. А может, и потому, и потому.

— Мне сказали, буду месяц