"Фантастика 2026-169". Компиляция. Книги 1-31 - Алексей Аржанов

В моем мире такой крышки было бы недостаточно, желателен еще тамбур, который компенсирует разницу температур, но силы синего кристалла, вроде, хватало. Понаблюдаю.

Над облачным маяком сгущались тучи, дело шло к дождю.

— Вот и славно, заодно огород польет.

До вечера еще оставалось время, я перекусывал и обдумывал дальнейший план.

Почему мне надо плыть на поиски зеленых кристаллов? Зачем защищаться от тумана, ведь при наличии защитного контура он и так мне не докучал. Размышления неизбежно подводили к выводу, что туман ищет бессмертия. Выходило так, что для бессмертной твари контур уже не преграда, а значит, моя миссия предопределена.

Тогда вставал вопрос об отплытии. Физически я не мог покидать маяк надолго, даже появившийся «костыль» в виде системы в глазах предназначался скорее для исследования территории и добычи кристаллов на дне, когда отсчитывать километры от маяке уже не получится. Если энергия упадет, когда буду на другом конце мира спасать какого-то бедолагу, я умру быстрее, чем запрыгну на корабль и тронусь в обратный путь. Вердикт ясный: не вариант.

Кстати, а какой маяк был у того смотрителя? Он не оставил координаты, мне что перебирать каждый из одиннадцати?

На ум пришел журнал капитана пиратов с детальным планом нападений на маяки, к счастью, они успели обнести лишь два.

«К счастью»? Вот так сказанул! Впрочем, это сухая статистика, и она сужала круг поисков.

Черная книжка лежала на столе в кабинете, я поднимался туда по редким случаям. Закладка на схеме с захватом маяков.

Первый маяк находился на севере от меня, до него почти месяц пути. Безумие! Скорее всего, там уже появился новый смотритель, человек из нашего времени.

Второй значительно ближе, на западе, но и этот не в паре недель. Откуда пираты забрали смотрителя, непонятно, могли хоть откуда, но методом наименьшего сопротивления я выбрал тот, что ближе.

Маяк есть, а пути к нему нет. Поплыву — помру, останусь — помру чуть попозже.

Это дилемма сводила с ума, но решение точно есть, и я это знал.

Сегодняшний вечер опустился на остров без ярких красок заката, просто небо потемнело, и наступила ночь. Я спустился к берегу, где Мирель сидела на камнях, подобрав под себя ноги, и смотрела на бриг, покачивающийся на якоре. На нём уже зажглись огни, слышались голоса и смех.

— Там шумно, — сказал я, присаживаясь рядом. — Слишком много людей. Ты как?

— Нормально, — ответила она, но не обернулась. — Может, пойду с тобой.

— Я пойду один.

Она повернулась, посмотрела мне в глаза.

— Там матросы. Люди разные, я не хочу, чтобы кто-то сказал или сделал что-то, что заставит тебя пожалеть, что ты пришла. Неизвестно, сколько среди них таких как Марко.

Она хмыкнула коротко, без улыбки.

— Ты заботишься обо мне?

— Так и есть. А позвал, не подумав.

Мирель помолчала, потом кивнула.

— Иди. Побуду здесь.

Я поднялся и уже сделал шаг, когда она добавила: — Принесёшь чего-нибудь вкусного?

— Обязательно, — усмехнулся я.

На бриге меня встретили шумно и тепло. Каспар стоял у входа в кают-компанию, жестом зазывая внутрь, где уже дымили свечи, на столе стояли тарелки с жареной курицей и лепёшками, а матросы толкались локтями, передавая друг другу кружки с ромом.

Я нашёл место среди них. Кто-то хлопнул меня по плечу, кто-то сунул в руку полный стакан. Каспар поднялся, подождал, пока стихнет гомон, и коротко сказал: — За того, кто не дал нам сгинуть в тумане. За смотрителя!

Все выпили.

Рядом со мной оказался доктор Фокс. Он сидел чуть поодаль от общего веселья, но на лице его блуждала довольная улыбка. На столе перед ним лежал блокнот, раскрытый на записях, и пара пузырьков с тёмной жидкостью. Он что-то помешивал в одной из пробирок, не обращая внимания на шум.

— Исследуете, док⁈ — спросил я, перекрикивая общий гомон, кивнув на его арсенал.

— А вы как думали, молодой человек? — ответил он, не отрываясь от пробирки. — Наука не ждёт. А материал, этот осьминог, вы представляете, не портится! Я никогда такого не видел. Все ткани, которые только начинают гнить, восстанавливаются.

— Док, — я протянул ему кружку. — Отдохните!

Он посмотрел на меня, как на предателя науки.

— Вы не понимаете…

Я с улыбкой отмахнулся, разлагающиеся щупальца занимали меня сейчас меньше всего.

Через час, когда кто-то из матросов затянул тягучую портовую песню, я достал губную гармошку, которую прихватил специально. Сначала меня не расслышали, но вскоре голоса стихли. Я заиграл «Тёмную ночь», медленно, негромко, как умел. Матросы молчали, слушали. Кто-то поднёс кружку ко рту и замер, так и не отпив.

Когда закончил, Фокс коротко одобрительно стукнул ладонью по столу.

После третьей песни я выбрался на палубу подышать. Каспар стоял у борта, глядя на маяк.

— Куда поплывешь на своём когге? — спросил он, не оборачиваясь.

— На маяки, — ответил я. — Те, что обнесли пираты. Я нашёл кое-что в записках, мне нужно попасть туда, прежде чем туман доберётся до того, что там осталось.

Каспар кивнул, помолчал, потом коротко сказал: — Правильная дорога. Ты справишься.

— Ты не знаешь, как оказаться на другом конце мира, если нельзя далеко отплывать от маяка?

— Шарады, сынок, — старик почесал бороду. — Не знаю. Может, магия? За последние дни я видел столько, что уже и не уверен, где фантазия, а где реальность.

Он повернулся и положил мне руку на плечо, больше ничего не добавив.

Перед моим отплытием обратно к маяку Инесс собрала в узелок несколько лепёшек, кусок копчёной рыбы и кружку, плотно накрытую тряпицей. Внутри оказался ещё горячий бульон.

— Это ей, — сказала она.

Мы спустились в лодку втроём, я, Каспар и Инесс. Вёсла опустились в воду, впереди рос тёмный силуэт маяка.

Мирель сидела на том же месте, где мы расстались, и подняла голову, когда дно лодки заскребло по камням.

Инесс первой шагнула на берег, поставила узелок на плоский камень и побежала к русалке раскрывая объятия.

— Здравствуй! Не удалось увидеться раньше, — она с интересом разглядывала человеческий облик русалки. — У тебя потрясающие ноги, дорогая! Береги их!

Мирель, судя по лицу, не понимала, как реагировать на такое дружелюбие, и тоже неловко приобняла девушку.

— Это я сама приготовила, — сказала Инесс. — Подумала, ты не ела такого. Там рыба, лепёшки и бульон.

Мирель посмотрела на неё и улыбнулась только губами, глаза все еще выражали легкий шок.

— Спасибо, — сказала она.

Мы разожгли маленький костёр на берегу и расселись вокруг него, я, Мирель, Каспар и Инесс