( Не ) любимая игрушка. Сбежавшая землянка - Ната Лисс

тонкие красные тряпки, едва перекрывающие сокровенные места, на запястье, вместо браслетов, тяжелые оковы, как и на шее, соединяющиеся длинной цепью с рукой нага.

Понимание ситуации приходит быстро.

— Неужели это аукцион? — сглотнув ком в горле, осторожно спрашиваю я.

— Все верно, это Эмридон, и скоро начнутся ежегодные торги.

Эмридон… Процветающая планета… Безбедная жизнь… Столица огромной империи Лэрон, которая состоит из пять крупных звездных систем в галактике Сигара. Центр всего мира. Место, где живет звездная аристократия…

Я слышала об этом незаконном аукционе, слава о котором просочилась даже в самые удаленные уголки звездного пространства. Власть слепо закрывает на него глаза, да и, говорят, сам император не кичится посещать сие мероприятие. Однако сюда можно попасть лишь по особому приглашению. Здесь можно купить все что угодно и кого угодно. И сегодня продают меня.

Ужас окутывает все тело. Лучше бы меня убили на месте, чем стать лотом в этом месте, пронизанном лицемерием и похотью.

Лишь на мгновение я позволила себе мысль, что удача улыбнулась мне, как она тут же показала свои клыки и скинула в бездну отчаяния, откуда я едва ли смогу вырваться. Кто знает, что на уме у этих звездных лордов, я в глаза-то видела от силы с десяток рас, и все они уродливы и воняют так, что голова идет кругом.

Тихий стук в дверь, как сигнал о бедствии.

— Красавица, ох и повезет же кому-то. — Мерзко облизываясь длинным языком, жадно осматривает меня наг.

Я ежусь от его взгляда, а он резко дергает за цепь. Горло неприятно саднит, и мне приходиться встать и последовать за ним.

Мы идем по длинному, темному и холодному коридору. С потолка до меня доносятся голос ведущего и громкие овации, свидетельствующие о покупке очередного «товара». Через пару минут и я окажусь на его месте. Меня действительно продадут, как вещь невесть кому.

И вот для этого я бежала из лаборатории? Просто променяла одну тюрьму с пытками на жизнь безвольной рабыни?

Меня грубо выталкивают на сцену, ставя на невысокий предстал, яркий свет прожектора ослепляет, что я не могу видеть того, что происходит в зале. Наг закрепляет цепь где-то внизу и удаляется.

— Перед вами лот номер пятнадцать. Здоровая самка. Землянка. Девственница.

Все-то успели проверить.

— Первоначальная цена — десять тысяч претт.

Десять тысяч? Да на такие деньги можно жить и не тужить всю жизнь. Высоко же меня оценили, а эти пираты знают свое дело, даже учитывая комиссию организаторов, они получат с лихвой.

В другое время я бы, может, и возгордилась, что стою так дорого, но сейчас мне не до смеха. Из темноты на меня глазеют сотни глаз, скрытые за масками, и все они смотрят на меня, как на кусок свежего мяса. Я действительно начинаю ощущать себя вещью, товаром, игрушкой! Хочется спрятаться, содрать с себя кожу, лишь бы не чувствовать на себе эти мерзкие взгляды.

— Одиннадцать тысяч!

— Двенадцать тысяч!

— Пятнадцать!

— Семнадцать!

— Двадцать пять!

Их голоса звучат на перебой. Мои глаза округляются, как две монеты.

Что за безумие? Почему они так жаждут получить меня за такие баснословные деньги?

— Семьдесят пять!

— Восемьдесят!

— Миллион, — грозный голос с задних рядом заглушает весь остальной лепет.

Теперь сотни глаз устремляются на него.

— Сэр, я не ослышался? — переспрашивает ведущий.

— Не ослышались, я предлагаю миллион претт за лот номер пятнадцать, — властным тоном повторяет он.

Недоумевающий шепот распространяется по рядам, а я стою, едва прикрытая красными тряпками, пытаясь разглядеть этого безумца.

Миллион… Да за такие деньги можно купить не то что планету, целую галактику, а он хочет отдать такую сумму, чтобы выкупить меня? Простую землянку без какого-либо дара или особых умений?

Ведущий быстро оправляется от шока и продолжает:

— Миллион раз… Миллион два… Миллион три. — Звук молота заставляет меня содрогнуться. — Продано гостю в черной маске.

Глава III. Черная маска

Глава III. Черная маска

Сердце бешено колотится, к горлу подкатывает ком тошноты. Аплодисменты доносятся до меня словно через толщу воды. Кажется, я сейчас потеряю сознание.

Цепь на моей шее резко дергается, я не успеваю среагировать и лечу на холодный пол, больно ударяя коленками. Сил подняться нет, но наг упрямо продолжает тянуть за цепь, и я буквально ползу по полу.

Меня продали… Теперь я никто, просто лот под номером пятнадцать…

В голове пусто. Даже слез нет.

— Поднимайся, живее, твой хозяин ждет, — шипит наг, вновь дергая за цепь.

Оковы неприятно сжимают шею, перекрывая воздух.

Хозяин, а я рабыня…

Оглядываясь по сторонам, понимаю, что мне не сбежать, только не отсюда. Слишком много охраны, да и кто позволит мне ускользнуть, когда за меня отдали целое состояние. Страшно представить, что за безумец скрывается за черной маской.

Что же он увидел во мне такого, чтобы заплатить миллион претт?

— Советую быть паинькой и не дерзить своему хозяину. Он купил тебя за такие деньжища, что страшно представить, что он может с тобой сотворить, если посмеешь вольности, — предупреждает наг.

— Ты знаешь, кто меня купил?

— Откуда? Здесь нет имен, лишь номера и маски.

— А кто продал?

— Надеешься отомстить? — усмехается наг, сильнее дергая цепь, что я чуть вновь не падаю.

— Едва ли мне выдастся такой шанс, — обреченно фыркаю я.

— Хорошо, что ты это понимаешь. Сюда много кто привозит свой товар, всех и не упомнишь, вроде погоняло их главаря — Тень или что-то в этом роде. Ох, и обогатятся же эти пиратишки.

Тень… Я запомню это имя.

Наг резко останавливается, в полумраке мне ничего не разглядеть, но я слышу стук в дверь, и через несколько секунд она открывается. Внезапно меня толкают в какую-то комнату, я падаю на холодный пол, вновь больно ударяя колени, резкий яркий свет ослепляет, и я не сразу могу осмотреться.

— Сэр, привели ваш товар, — льстиво цедит наг.

Тихие, но властней шаги останавливаются возле меня. Перед собой я вижу начищенные ботинки из дорогущей кожи дракона, медленно скольжу по стройным, подтянутым ногам вверх, но наг дергает за цепь, словно предупреждая, чтобы я не смела поднять головы.

— Вымойте это, чтобы не смердело, переоденьте, одежду я пришлю, и отправьте ко мне до полуночи. — Голос пробирает до мурашек, что я забываю, как дышать.

Для него я всего лишь