Хроники Тириса. Книга 4 - Василий Михайлович Маханенко

class="p1">Зорина умела формулировать. У неё это получалось довольно ёмко и прямо. Проблема сейчас заключалась в том, что отмалчиваться у меня больше не получится. Раньше я мог списать всё на везение, случайность, «так сложились обстоятельства». Но четырнадцать энергетических всплесков, светящийся корабль предтеч и шесть часов моего отсутствия — это не случайность. Это факт, который требует объяснений. Либо я их дам, либо потеряю доверие людей, ради которых готов лезть в любую дыру.

А терять «Малышей» я не мог. Без них я даже не грувака. Так, мальчик с боевым мечом предтеч.

— Ладно, — произнёс я. — Расскажу. Но сначала…

Я вывел на визор панель связи и проверил статус канала с «Грувакой». Активен. Арис наверняка внимательно слушал каждое наше слово. Мы же добываем тот самый корабль, который был нужен ему самому. Зачем-то. Там же, на «Груваке», сидит и Элиссандра, которая хоть и прошла через блокиратор памяти, но шпион всегда остаётся шпионом, даже если он сейчас играет якобы на твоей стороне. Лишние уши мне сейчас точно не нужны.

— Калькулятор, заглуши связь с «Грувакой», — попросил я. — Все каналы. Под ноль.

— Сделано, — ответил Векс практически сразу. Вопросов задавать не стал.

Я же оглянулся. Рядом со мной полукругом стояли девять «Призраков ×2». Довольно символично получилось, учитывая, что мы находимся рядом с обломками корабля предтеч. Вальтер-Малыш, Зорина-Снайпер, Векс-Калькулятор, Ториан-Мускул, Рорк-Техник, Райн-Шустрик, Орин-Следопыт, Лана-Хакер, и Аларик-Лёд, чуть в стороне, как обычно. Он всегда держался на расстоянии, но не потому, что чужой. Просто привычка. Лиарданы — они такие.

— То, что я скажу, не должно покинуть эту планету, — на всякий случай предупредил я.

— Давай уже, Ксорх, не томи! — буркнул Райн. — Мы и так ждали шесть часов, теперь ещё и вступление слушать? Ты внебрачный сын императора?

Судя по тому, что никто не рассмеялся, такой вариант они тоже рассматривали.

— Помните, как во время освобождения герцога Элиаса мы захватили виртуальную капсулу, что управляла реальным сердцевиком? — начал я.

— Тот бой, где ты чуть не сжёг себе мозг? — уточнил Ториан.

— Он, — кивнул я. — Так вот, тогда, во время управления сердцевиком, ко мне пришёл голос. Не человеческий. Он заявил, что он меня нашёл, чему несказанно рад. Вот только что ему от меня нужно, не пояснил. Просто дал понять, что знает о моём существовании и что мы ещё встретимся.

В канале была гробовая тишина и только лёгкий треск помех от мёртвой атмосферы планеты её нарушал. «Малыши» боялись упустить хоть одно слово.

— Я тогда списал это на перегрузку, — продолжил я. — Виртуальная капсула, чужой корабль, непривычные ощущения. Мало ли что привидится? Но сегодня, когда я забрался в корабль предтеч, голос вернулся. И на этот раз он не просто поговорил. Он отдал мне управление четырьмя сердцевиками, что вошли через врата в систему Кхатар-Прайм. Всеми четырьмя одновременно. Шесть часов, которые я здесь провалялся — это был бой с пиратами. Реальный, а не выдуманный. Через ксорхианские корабли.

Тишина стала ещё мертвее. Кажется, даже помехи исчезли. Им тоже стало интересно.

— Двенадцать линкоров, семнадцать орбитальных станций и всё, что мельче. Потом пираты стянули подкрепление со всех концов своей империи, и мои корабли уничтожили. Голос после этого сказал, что теперь знает мои возможности, велел развиваться и ушёл. Сказал, что, когда буду готов, знание придёт само. А до тех пор мне самому придётся его искать.

— Получается, ксорхи теперь с тобой разговаривают? — спросил Вальтер. — Начали считать тебя одним из своих?

— Не знаю, кто это, — покачал я головой. — Но точно не ксорхи. Голос назвал меня «потерявшимся». Словно потерял что-то давно и случайно нашёл.

— У тебя есть личностная матрица? — неожиданно спросила Зорина.

Все посмотрели на неё, не понимая вопроса. Потому что считалось, что у того, кто входил на планету с Ретранслятором, матрицы быть не может. Никак. Доказанный факт на самой Зорине и нескольких группах захвата, которые уничтожали первый Ретранслятор.

Я мог отшутиться. Мог соврать. Сказать, что никаких матриц нет и быть не может. Это бы приняли. Вот только врать нельзя. Потому что после прямого вопроса мне нужно либо говорить правду, либо между нами встанет стена, которую уже ничем будет не пробить. Зорина моя девушка. Носитель матрицы. Ласк наверняка ей всё уже разложил по полочкам — и про аномальные всплески, и про энергопотоки, и про то, что обычный человек не способен делать то, что я делал последние два года. Зорина не спрашивала. Зорина требовала подтвердить то, что и так знала, несмотря на то что весь мир считал обратное. Даже «Малыши».

— Есть, — после долгой паузы ответил я. — У меня есть личностная матрица предтеч.

— Да что б тебя груваки сожрали, — в сердцах выкрикнул Вальтер. — Давно?

— С самого начала, — ответил я, окончательно прыгая в омут с головой. — Ещё до «Кузницы». Я получил её на корабле ксорхианцев в системе Агрис. Помните историю про мёртвый корабль и Сердце? Когда я впервые забрался внутрь того сердцевика, нашёл трещину во внутренней переборке. Из неё вышел белый туман, прошёл сквозь мой шлем, будто его не существовало. Вот так я и стал носителем. Я называю его Эхо, хотя у него есть своё, непроизносимое имя. Это матрица предтеч, не ксорхов. Последний он называет паразитами. Они охотились на него и ему подобных, сожрали практически всего. Когда я его нашёл, функционал был на пяти процентах. Сейчас больше, но до полной мощности ещё очень далеко.

— Пять процентов, — повторил Векс. Его кибернетический глаз бешено вращался, обрабатывая информацию. — И с пятью процентами ты видел прожилки фазового сплава? Прогнозировал удары в рукопашном бою? Управлял шестью боевыми дронами одновременно?

— Да, — мне оставалось только кивнуть. Векс умел делать выводы самостоятельно.

— Теперь вся алогичность ушла, — произнёс Векс. — Появилась структура, а не полный хаос. Объясняется всё: аномальное везение, дроны, выживание на Гиперионе-7, добыча миона. Математика сошлась.

— Вот только о том, что у меня есть Эхо, никто не знает, — продолжил я. — Арис Соларион думал, что у меня матрица. Меня обследовали с ног до головы, но ничего не нашли. Оказывается, Эхо умеет прятаться или просто невидим для других матриц, включая матрицу императора. На него не действует аура планеты с Ретранслятором. Его вообще не существует для всего мира. Никто в империи не знает о том, что у меня есть

— Никто, кроме нас, — поправил Райн. — Теперь кроме нас.

— Именно, — кивнул я. — И я хочу, чтобы так и оставалось. Если империя узнает про Эхо, меня заберут в лабораторию и разберут на части, чтобы понять, как работает невидимая матрица. Никакой