Хвосты Кумихо - Нина Ким

о его недостойном поведении. Он помолвлен с другой девушкой, скоро состоится их свадьба. Кумихо приблизилась к нему и попыталась обнять любимого. Чувства лисицы были настолько сильны, что она не смогла держать себя в руках: из-под юбки показались, блеснув, пушистые хвосты, растекаясь волной по земле, почти сливаясь с рыжей листвой. Сэнсей отшатнулся от нее, выставил вперед ладони, словно защищался от демона. Затем последовал резкий толчок, и лисица покатилась вниз, упала в ручей, который полностью оголил ее звериное тело. Больше она учителя не встречала, но поклялась, что отомстит ему за свою растоптанную любовь. Никогда Кумихо не превратится в женщину, не станет чьей-то женой, мужчина не будет восхищаться ею и носить на руках. Почему не убила Сэнсея сразу, а поверила глупой легенде о том, что любовь мужа превратит ее в человека?

И сейчас, вспомнив свою горькую историю, Кумихо заплакала. Рыдания сотрясали изящное тело, в лунном свете волнами колыхалась пушистая шерсть, жуткий вой раздирал темноту холодной степи и эхом возвращался к ней, заставляя содрогаться от ненависти. Устав от бесполезных рыданий, Кумихо встала на задние лапы. Медленно подобрала девять хвостов, словно готовилась к священному обряду, и застыла от биения сердца. Оно болело. Оно приказывало: «Ты умеешь ждать! Ты уничтожишь проклятый род Чан! Ты помнишь запах гордеца!»

Глава 1. Прерванное свидание

Алекс, Россия, 2011 год

Алекс боялся. Сейчас проснется, и девочка растает вместе с ночными видениями. И рыжие волосы с запутавшимися в них солнечными лучами, и робкая улыбка, и доверчивый взгляд раскосых, словно лисьих, глаз исчезнут и не вернутся. Алекс сделал шаг навстречу, желая прикоснуться к ней, согреть своим дыханием покрасневшие от мороза тонкие пальцы. И тогда она тоже шагнула вперед. Не отрывая изумленных взглядов друг от друга, мальчик и девочка медленно соединили руки и остановились. Сквозь дымку предобморочного состояния донесся чей-то голос, грубо вырвав их из невесомости. Девочка испуганно подняла глаза и посмотрела на мальчика, когда зычный голос опять прокричал:

– Алекс, опаздываем!

– Иду, – ответил Алекс и медленно сделал шаг назад на ватных ногах, не глядя на того, кто так бесцеремонно нарушил их уединение. Голос не был ему знаком – наверное, у мамы снова новый водитель. Мальчик покорно сел в машину и смотрел, как девочка поправляет смущенным движением рыжие, отливающие золотом волосы, надевает шапку и удаляется от него. Вскоре она исчезла из вида, а он закрыл глаза, стараясь удержать волшебное ощущение невероятного блаженства, которое испытал впервые.

* * *

Кляп во рту, связанные руки, грязный пол, к которому он прижался щекой, – это опять один из дурных снов, преследующих его? Сейчас проснется и вернется в свою комнату? Алекс приподнял грудь, голову и плечи, совершенно некстати подумал, что сделал неполную «ласточку», и огляделся; перекатился к стене и, помогая себе ногами, смог сесть. «Жуй кляп и думай», – приказал он себе, пытаясь сосредоточиться. Знал же, знал, что нельзя садиться в машину к незнакомым людям. Мать твердила об этом постоянно, но он пропускал ее наставления мимо ушей и лавировал между ними, превращаясь в искусного манипулятора. Алекс прекрасно разбирался, когда можно прогуливать уроки, когда брать мелочь из маминого кошелька, а когда жаловаться на головную боль и валяться в постели с утомленным видом. Разговаривал слабым голосом, заставлял голосовые связки хрипеть так, словно водил по ним смычком.

Головная боль сына держала мать на привязи: вдруг у него возобновятся младенческие судороги и опять вызовут клиническую смерть. Сколько Алекс помнил себя, столько раз она вздрагивала, показывая при случае на автобусную остановку, где он чуть не умер от приступа.

Алекс вырос. И опять заболел. Опять болезнь, но другая: он влюбился. Первая любовь привела к беде – так увлекся этой рыжей девчонкой, что, ничего не соображая, потерял бдительность.

«Что делать? Что делать? Что делать? – метались в сознании мысли. – Кто мне теперь поможет?» Обвел взглядом незнакомую комнату, в отчаянии опустил голову и вздрогнул: мунбэ-оберег, деревянные фигурки тигра и дракона, мирно покоившиеся на его груди, изменили свое прежнее положение; между ними появилась слабая полоска света. Пытаясь прогнать наваждение, Алекс тряхнул головой. Одновременно с ним тряхнул гривой тигр. Следом фыркнул дракон и сверкнул красным глазом. Полоска света превратилась в голубое сияние, изгнавшее темноту.

Глава 2. Люди в черных песках

Узбекистан, 1937–1946 годы

Это была холодная зима 1937 года. На маленьком полустанке в азиатской глуши остановился товарный поезд. Из «телячьих» вагонов вместо скотины показались люди. Втянув голову, робко смотрели по сторонам. Тишину нарушил плач детей, затем к ним присоединились всхлипывания женщин. Раздались громовые голоса конвоиров. Они пересчитывали прибывших по головам, выкрикивали искаженные имена и фамилии и загоняли в строй. И когда люди уже почти окоченели от холода и страха, их повели в неизвестном направлении. Женщины успокаивали испуганных детей, старики пытались не выбиться из строя, а мужчины несли тяжелые тюки с одеждой и домашней утварью.

Местные жители, которые находились на станции, вздрогнули от неожиданной картины. Между ними пронесся шепот:

– О Аллах! Откуда они? Почему такие худые и почти раздетые?

– Куда их ведут?

– Вдруг это воры, плохие люди, шайтаны?

– Почему у них узкие глаза и желтые лица?

– Больные, наверное, заразные.

– Может быть, прокаженные? Помните дервиша? Он был такой же истощенный.

Колонна с непонятными существами скрылась из вида, а узбеки продолжали смотреть им вслед и произносить:

– Бисмилля рахмани рахим![6]

То ли себя они ограждали от напасти, то ли молились за несчастных, бредущих по направлению к черным пескам.

Место это пользовалось дурной славой: там не было ни единой живой души, только ветер и песок бились в поисках пристанища. Битва длилась с давних времен. Перемирие наступало в редкие моменты, когда грозная тень выплывала из-за облаков и накрывала землю темнотой. Продержав в плену дрожащие потоки света, тень нехотя исчезала и растворялась в воздухе до следующего раза. И теперь в это место вели странных людей, привезенных в товарных вагонах для скота.

А странные люди протирали глаза от песка, не понимали, куда их привели и бросили. Ветер трепал бумажки с именами, полученные утром, а они всё стояли и стояли, не смея поверить, что проклятые конвоиры исчезли. Боялись, что изверги вернутся, и не могли понять, что случилось. Что плохого они сотворили? Старики вспоминали: с тех пор, как корейцы перешли реку Туманган, они сумели завоевать доверие Российского государства, стали его верными подданными. Вместе с новой родиной пережили революцию и Гражданскую войну. Не прятались