Задача трех гробов. Расследования Ди, судьи-вампира - Леви Тидхар

– Вы точно не хотите подкрепиться, господин? Вам нужно есть, как и всякому живому существу.

Господин улыбнулся. Улыбался он редко, но юный спутник вызывал улыбку на его лице чаще чего бы то ни было.

– Я вижу, ты алчешь не только пищи, – сказал он.

Джонатан покраснел.

– Привлекательные создания, – снизошел господин. – Но вряд ли твои застольные манеры произведут на них впечатление.

– Да, господин.

– Ешь, – отрезал судья Ди. – Нам пора в путь. Дорога долгая, а предстоящее дело несколько… щекотливое.

– В чем же его особенность, господин?

Судья Ди нахмурился.

– Эй вы, – обратился он к торговцам.

– Мы, синьор?

– Вам ведома деревня Валле-ди-Сан-Филиппо? – спросил судья Ди.

Торговцы переглянулись.

– Местечко приятное, синьор, – признал один из них.

– Неплохие артишоки, – добавил другой.

– Артишоки? – переспросил судья Ди.

– И клубника в начале лета.

– Понимаю, – сказал судья Ди. – А Кастелло-д’оро?

– О нет, синьор. Вам не стоит туда идти, синьор. Очень дурной…

Торговец запнулся, подбирая слова.

– Климат?

– Да, – с некоторым облегчением сказал торговец. – Очень мрачный климат, синьор. Крайне неприятный.

– Кастелло-дель-орроре[1], синьор! – выпалил другой торговец.

Судья Ди вежливо улыбнулся каламбуру.

– Замок ужасов, господин? – переспросил Джонатан.

Звучало не слишком привлекательно. Впрочем, путешествие с судьей Ди подразумевало регулярные встречи со всякого рода ужасами, а вот со свежей клубникой – почти никогда.

– Замок золота, Джонатан, – поправил его господин. – И он…

– Цель нашего маршрута? – Джонатан вздохнул и допил вино.

Одна служанка обернулась и сверкнула в его сторону улыбкой, но он уже не обратил на нее внимания.

– Разумеется, как же иначе, – сказал он.

* * *

Возведенный в новой готической манере замок Кастеллод’оро высился на склоне крутого холма. Крестовые своды и многочисленные колонны – излюбленный стиль бенедиктинцев, – и стены из добротного камня. Когда судья Ди и его спутник взбирались по крутому подъему, над замком взошла луна.

Долина внизу утопала во тьме. А над головой Джонатана безмолвно кружили в лунном свете летучие мыши. С голых ветвей корявого дерева на путников уставился черный ворон. Стояла тревожная тишина, и в ночи слышались только дыхание Джонатана да его шаги по камням.

Господин, разумеется, не издавал ни звука.

Они подошли к воротам замка. Джонатан пыхтел, ибо подъем был тяжел, а господин не жаловал привалов. Господин поднял руку и трижды постучал в ворота. Звук разорвал ночь и прокатился эхом над долиной, и где-то вдали залаяла собака.

Ворота со скрипом отворились.

Было в этом, разумеется, нечто театральное. Но и нечто вполне практичное. Вампиры жаловали замки на холмах по той же самой причине, по которой римляне в свое время строили укрепления, а европейцы – крепости после распада империи Каролингов. Для обороны.

Так что вампиры любили замки, любили, когда ворота жутко скрипят, как и половицы под ногами, – короче, они желали заранее получить предупреждение, если кто-то приближается, особенно люди с острыми кольями.

Так что ворота со скрипом отворились. На посту стояли четверо стражников в черном и с горящими факелами в руках. Их лица не были закрыты. Джонатан разглядел неестественно бледную кожу. Они оскалили острые клыки в улыбке, служащей предупреждением.

– Кто смеет нарушать покой этого замка? – произнесли они в унисон.

Судья Ди бесстрастно смотрел на них, и один за другим юные вампиры закрыли рты и отвели взгляды.

– Я судья Ди, – произнес он тихо и холодно, и все четверо отшатнулись, словно от удара. В вышине прокричала птица. С неба упала летучая мышь и, ударившись о каменную мостовую, обернулась человеком. На нем было темное одеяние, а на пухлых пальцах поблескивали золотые кольца. Волосы его были гладко зачесаны и умащены маслом. От него веяло горькой жестокостью, как от кофе.

– Судья Ди, – произнес вампир. – Добро пожаловать! Заходите же! Вы, должно быть, изнемогаете от жажды. Я барон Гвидо.

– В самом деле? – пробормотал судья Ди.

– Вы прибыли даже раньше, чем мы надеялись.

– Я путешествую налегке, – сказал судья Ди.

С неба посыпались новые летучие мыши. Они тоже превратились в вампиров. Барон, как выяснилось, окружил себя целой свитой юных, недавно обращенных вампиров.

– Все они ваши отпрыски? – спросил судья Ди.

По его голосу было ясно, какого он мнения об этом, и барон побледнел еще сильнее, если такое возможно.

– Мои и моего брата, – объяснил он. – Но могу заверить, они чтут Неотъемлемые заповеди и не преступают Установленных пределов…

– Им наверняка требуется прорва пищи.

Барон Гвидо не ответил. Судья тоже ничего более не сказал. Наконец барон развернулся и повел их дальше. Судья Ди последовал за хозяином замка, а Джонатан – за судьей Ди.

Они вошли в замок. Там было сумрачно, ибо вампирам требуется мало света, и Джонатан с трудом различал многочисленные картины на стенах.

– Я вижу, у вас есть Каваллини, – заметил судья Ди.

Джонатан знал о пристрастии господина к новым живописцам.

– Разве? – Барон пожал плечами. – Они все на одно лицо.

– И Гаддо Гадди.

– Кто-кто?

– Вы не цените искусство?

– Это просто вещи, – сказал барон, – существуют для того, чтобы владеть ими.

– Понимаю.

Судья снова замолчал. Они прибыли в большой зал. Там собралось еще больше вампиров, а также несколько слуг-людей, но тех было мало. Зато многочисленны были жертвы вампиров. Джонатан почувствовал, как подкатывает тошнота. Вампиры пировали без всякой меры. Кровь забрызгала ковры и пол. В углу зала разлагался человеческий труп. Его даже не удосужились убрать.

Судья окинул все это взглядом. Он был аскетом и пуристом и смотрел на подобные зрелища как на вульгарность.

Но они не нарушали свода законов.

Судья Ди вершил правосудие. У вампиров не так уж много законов, но имеющиеся записали в Кодекс тысячелетия назад. И иногда возникали споры. В таких случаях призывали судью. Этот случай был как раз тем самым.

Барон Гвидо сел на безвкусный золотой трон с изображениями летучих мышей. Таким уж вампиром он был. Он отхлебнул крови из золотого кубка. И широким жестом указал судье на прикованных к полу людей.

– Прошу, освежитесь, – предложил он.

– Скажите, зачем я здесь, – сказал судья Ди.

Лицо барона исказила гримаса ненависти. Его красные глаза сверкнули.

– Это все мерзкая дьяволица! – выкрикнул он.

– Прошу прощения?

– Синьора Изабелла Савана, – прошипел барон. Он вытянул длинный тонкий палец с похожим на лезвие ногтем. – Она убила моего брата.

– Понимаю.

– Три столетия мы правили Кастелло-д’оро вдвоем. Ну, нынешнее строение, разумеется, новое, надо же идти в ногу со временем. Но мы с братом веками правили в этих краях. Я – Гвидо, а его звали Энцо, и в нас течет