Непокорный Меч - Гарет Ханрахан

разгар некрошторма. Здесь ничего особенного. Не обращая внимания на крики искателей приключений позади, он нащупал опору и полез вверх по скале. Женщина из Диких последовала за ним, но сдалась, когда Альф быстро обогнал ее.

Плечи и колени болели, пока он карабкался. Старый дурак. Чего ради выпендривался? Чтобы произвести впечатление на деревенских детей? Почему бы не помахать Разрушителем Чар? Или не понести на шесте череп лорда Боуна? Если ты хочешь славы, то опоздал на двадцать лет, подумал он про себя. Он полез дальше, разминая затекшие от долгого бездействия мышцы.

На вершине он присел на камень, чтобы перевести дух. Его изрядно вымотало. Башня Плача тоже была почти двадцать лет назад.

Он завернулся в плащ, чтобы защититься от ветра, и задержался так на несколько минут. Наблюдал за искателями приключений, пока они обсуждали, по какому пути идти, и в конце концов выбрали неверный путь, направляясь на юго-восток вдоль скал, пока не скрылись в изрезанном ландшафте под болотом. Посмотрел на запад, на Малладейл, на россыпь невысоких холмов, фермерских угодий и лесных зарослей. Маленькие деревушки, маленькие жизни. Все в безопасности.

Двадцать лет назад? Двадцать один? Когда бы это ни было, армии лорда Боуна пришли по этим козьим тропам. Воины-нежить спускались со скал вниз головой, как костяные ящерицы. Разведчики Диких с бледными, как смерть, лицами. Рыцари эльфов-колдунов на крылатых дредвормах. Големы, пылающие огнем. Между всеми этими ужасами и Малладейлом стояли всего девять героев.

"Это было двадцать два года назад", - сказал Разрушитель Чар. Проклятый меч снова подслушивал его мысли - или он говорил вслух? "Двадцать два года прошло с тех пор, как я съел душу Просветленного".

"Мы хорошенько поколотили вас, ублюдки", - сказал Альф. "И прогнали из храма. Пейр тогда чуть не прикончил Акрайста, помнишь?"

"Живо", - ответил меч.

Пейр, его молот пылал огнем Заступников. Берис разбрасывала склянки со святой водой, которые она взяла в храме. Гундан, издающий боевой клич, размахивая Крошителем. Боги, как же они тогда были молоды. Дети, на самом деле, всего на несколько лет старше этих идиотов-охотников на огров. В битве при храме они впервые проявили себя героями. Так началась долгая и ожесточенная война против лорда Боуна. О, они сбились с пути - множество пророчеств, поисков и раздоров сбили их с пути истинного, – но путь к Некраду начался прямо здесь, на краю Великой Топи.

Он представил, как он, молодой, карабкается по этим утесам, сжимая в зубах дешевый меч с эмблемой свиньи. Что бы он сделал, если бы этот молодой воин добрался до вершины и увидел, что там сидит его будущее? Старый, усталый, крепкий, как старые сапоги. У него все еще были целы руки и ноги, но много шрамов.

"Мы победили, - прошептал он тени прошлого, - и это все еще чертовски тяжело".

"Ты, - сказал меч, - сходишь с ума. Тебе следует вернуться в Некрад, где твое место".

"Когда буду готов".

"Я могу вызвать дредворма. Даже здесь".

"Нет."

"Там может происходить что угодно. Нас не было больше двух лет из-за твоей хандры". В словах меча была необычная острота. Альф наклонился и вытащил Разрушитель Чар из ножен, чтобы посмотреть на клинок с глазком из драгоценного камня на рукояти и...

…отражаясь в черной полированной стали, он крался к нему сзади. Серая шкура, волосатая пасть с железными клыками, из которой текла слюна. Огр.

Альф бросился вперед, когда чудовище бросилось на него, и откатился к краю обрыва. С обрыва посыпались камешки и грязь, но он удержался, прежде чем последовать за ними. Поднял Разрушитель Чар, но меч внезапно стал невероятно тяжелым, грозя утянуть его за собой в обрыв.

Один из редких приступов вероломства ублюдочного клинка. Отлично.

Он метнул тяжелый меч в приближающегося огра, и чудовище споткнулось об него. Его жилистые руки потянулись к нему, но Альф метнулся вдоль края обрыва, схватил чудовище за запястье и потянул изо всех сил. Огр, резко осознав опасность того, что они оба разобьются насмерть, шарахнулся в сторону от края. Он потерял равновесие и был уязвим. Альф прыгнул на спину чудовища и заехал ему локтем в ухо. Огр взвыл от боли и упал вперед на камень, на котором он ранее сидел. Из носа хлынула кровь, и это зрелище вызвало у Альфа неожиданную радость. На мгновение он снова почувствовал себя молодым и целеустремленным. Вот, вот для чего он был создан!

Огр попытался сбросить его, но Альф обхватил ногами его грудь, упираясь коленями в подмышки, а руками вцепившись в волосы чудовища. Он зарычал в ухо людоеду на языке этого существа.

"Ты знаешь, кто я? Я тот, кто убил предводителя Пожирателей Мозга!"

Огр вцепился в него когтями, разрывая плащ. Когти заскрежетали по кольчуге дворфов, которую Альф носил под рубашкой. Альф обхватил рукой горло огра и сжал его.

"Я убил Капитана Рейфов Акрайста!"

Огр взревел и бросился назад, придавив Альфа к скале. Удар выбил воздух из легких, и он почувствовал, как треснуло одно из ребер, но устоял - и впился зубами в ухо своего врага. Он откусил здоровый кусок, выплюнул его и прошипел:

"Я убил лорда Боуна".

Вероятно, боль от потери мочки уха, а не угроза, заставила огра уступить, но он уступил. Чудовище упало на землю и заскулило.

Альф разжал хватку на шее огра и поднял Разрушитель Чар. О, теперь волшебный меч был совершенно легким и сбалансированным в его руке. Один взмах, и голова огра покатилась бы по земле. Один удар, и чудовище было бы убито.

Он ударил огра лезвием плашмя.

"Посмотри на меня".

Желтые, полные ужаса глаза уставились на него.

"За тобой охотятся искатели приключений. Они пошли на юго-восток. А ты беги на север. Туда". Он указал клинком, не уверенный, что огр вообще говорит на этом наречии. Это был язык, который он выучил в Некраде, язык, на котором эльфы-колдуны приказывали своим боевым зверям. "Беги на север!" - добавил он на общем языке и снова толкнул огра. Зверь понял его и побежал на четвереньках прочь от Альфа. Он в замешательстве оглянулся, не понимая, что только что произошло.

Альф поднял Разрушитель Чар и посмотрел в глаз мечу.

"Я проверял тебя, - сказал меч. "У тебя уже несколько месяцев не было нормального боя. Турниры не в счет - ни у одного противника не хватит смелости по-настоящему испытать тебя, да и вообще все это показуха. Твои силы иссякают. Мой владетель должен..."