Сказание о второстепенном злодее - SWFan

— Это… это внутренние вопросы Факультета Пурпурной Акации, — немедленно ответила Ной Челленджер, выпрямляя спину.

— Вот как? Посмотрим, что на это скажет… — заговорила Адель и вдруг замолчала, когда Алекс вытянул перед ней руку. Девушка удивлённо посмотрела на него. Юноша сделал шаг навстречу горничной, которая невольно прижалась к спинке своего кресла, и вдруг — поклонился.

— Пожалуйста, расскажите.

— Что?..

— Если от этого зависит благополучие Маи, пожалуйста, расскажите нам, — попросил он ясным и ровным голосом.

Ной, и не только она — во взгляде Адель, помимо этого, промелькнуло недовольство, — рассеянно посмотрела на его согбенную фигуру.

Женщина помялась некоторое время и наконец вздохнула и сказала:

— Пускай… Однако я считаю, что письмо — это признак милосердия господина Савина, и не более того.

— Письмо? — нахмурилась Адель.

— Письмо, — кивнула Ной. — Вчерашним вечером в нашу администрацию пришло письмо, в котором господин Савин просил извинить Маю Бовари за её проступок и сохранить за ней положение прислуги.

В спальне повисла тишина, нарушаемая только громким сопением спящей девушки.

— … Поистине, это признак его бесконечного милосердия, — неловко прибавила Ной, отворачивая взгляд.

Милосердие… действительно, при других обстоятельствах данный жест можно было посчитать милосердием, подумала Саша, но после всех тех аргументов, которые привела Адель, эта просьба от этого человека казалась крайне подозрительной.

Что если Антон Савин намеренно пытался оставить Маю в качестве служанки для того, чтобы сохранить её в зоне своего влияния? И потом разделаться с ней своими руками? Нужно быть чрезвычайно жестоким и мелочным человеком, чтобы совершить нечто подобное, однако Саша не могла не признать, что Антон Савин казался ей именно таким.

— Она может уйти самостоятельно, так? — спросила Адель.

— Это… — Саша и Алекс переглянулись.

В своё время Мая рассказала им, что чуть ли не весь заработок отправляла своей семье. Её отец был болен и не мог ходить, а мать ухаживала за маленькими братьями — тройняшками. Им нужны были деньги, и вряд ли она, простая девочка без образования, сможет найти другую работу, за которую так хорошо платят. Поэтому Мая вполне могла решить остаться в Академии, даже если здесь ей грозила страшная опасность.

Саша поджала губы, представляя себе, как Мая с улыбкой приносит себя в жертву.

— Я могу написать жалобу, но слуги Факультета Пурпурной Акации формально не являются школьным персоналом… Кроме этого можно силой вывести её на территории Федерации… — задумчиво шептала Адель, как вдруг раздался голос:

— Не нужно.

Все присутствующие посмотрели на Алекса. Юноша повесил голову, но сжал кулаки, и казалось, будто тень легла на его светлое лицо. При виде этой картины у Саши быстро застучало сердце. Она почувствовала, что должна остановить Алекса, немедленно, пока не поздно, но в итоге не смогла произнести ни единого слова.

Как «тогда».

— Сегодня турнир, верно? Идём, — неожиданно спокойным голосом сказал юноша, в глазах которого разгорались чёрные огоньки.

…

…

…

Глава 15

Начало турнира

Проснулись, потянулись, открыли окно и положили локти на подоконник.

Утренний воздух кажется особенно сладким, если накануне сделал доброе дело!

Не то чтобы я надеялся на благодарность (нет), и не то чтобы мои ожоги уже прошли (тоже нет), но всё равно это было приятно. Не зря я вчера потратил добрых двадцать минут, чтобы наскрести письмо левой рукой, вырисовывая каждую букву. С личной рекомендацией «господина Савина» у Маи не должно быть никаких проблем с тем, чтобы сохранить свою должность.

Главное, чтобы об этом не узнали герои — не то они посчитают меня хорошим человеком!

Собственно, теперь уже можно с достаточной долей уверенности заключить, что «злодейские поступки», которые требовала от меня система, подразумевали такие дела, которые только казались злыми или которые сами персонажи, первостепенные и второстепенные, считали таковыми. Это была лазейка, которую я собирался бессовестно… нет, «совестно» использовать. Ведь именно моя совесть и стояла на кону, верно?

Это открытие ещё немного приподняло моё настроение, так что в итоге я целых пять минут пребывал в хорошем расположении духа, пока не вышел из комнаты и не заметил необыкновенное оживление. Обычно по утрам в Академии стояла тишина — студентам, особенно благородным, которые уже подсели на кофе, нужно было время, чтобы проснуться, — но сейчас коридор наполняли приглушённые пересуды, а на лицах детей читалось взволнованное напряжение.

Ах да. Сегодня был турнир. Для некоторых это была возможность продемонстрировать свои силы, для меня…

'Первый раунд:

…

Антон Савин — Алекс Кляйн

…'

Унижение. И боль. И если с первым я смирился ещё тогда, когда решил отыгрывать злодея, — потому что злые поступки, с моей точки зрения, намного более унизительны, чем обыкновенная физическая слабость, — то со вторым…

По моей спине пробежала лёгкая дрожь.

Ну ладно — ладно. Мая отделалась всего лишь лёгким испугом, а потому Алекс не должен злиться на меня слишком сильно. Возможно, он просто победит меня одним ударом и не станет избивать.

О сопротивлении, конечно, не может быть и речи. Существует конкретная сюжетная причина, почему я должен проиграть и почему герой обязан пройти в следующий (и следующий, и следующий, и следующий) раунд. Недаром в игре, если ты терпел поражение на турнире, на экране, как и при смерти персонажа, появлялась надпись «Game Over».

Размышляя о том, как бы так принять удар, чтобы было не слишком больно, я встретился с Гимоном и Рабле. Братья молча заняли свои места в моём сопровождении, и все вместе мы направились к месту проведения турнира.

Постепенно толпа становилась всё более многочисленной. В ней были не только первокурсники, но также ученики из старших классов, учителя и даже слуги, которым хотелось посмотреть на представление. В день проведения Вступительного турнира все уроки отменяли, и персонал Академии плавно перемещался на трибуны — под землю.

На подземных этажах располагались лаборатории, где проводили особенно опасные исследования, испытательные полигоны, тренировочные комнаты для развития резонанса с маной земли и так далее.

Наш путь пролегал через лестницы и широкие коридоры в просторный зал размером с футбольное поле, по сторонам которого возвышались трибуны. Между ними простиралась арена, засыпанная серым песком, посреди которой размещалась дюжина приподнятых площадок. К каждой примыкал сверкающий фиолетовый кристалл, подключённый к железному механизму — генератору защитного поля. Вроде бы модель EOB2.

Когда наша группа спустилась на арену, первые дуэлянты уже стояли на площадках.

Несмотря на элитный статус Академии Лапласа, в которую набирали только лучших из лучших (а также самых состоятельных и везучих, как Алекс и Саша, которые прошли по квоте «на сирот»), она всё