Ноша хрономанта 9 - Владимир Михайлович Мясоедов

буквально переписавших законы мироздания для того, чтобы работать без сбоев, справиться было тяжело. В ореоле ярких солнечных лучей и с сотрясающим сами небеса криком ударился о край металлического поля мускулистый гигант в белой тоге, чье тело казалось выкованным из звездного пламени…Не просто так ударился, само собой, а потому как в груди его теперь темнело убедительное подобие черной дыры, стремительно расширяющееся во все стороны и пожирающее плоть божка, вопящего в агонии. Тени, отбрасываемые некоторыми моими телами, словно бы закипели и взбесились, когда пытавшиеся атаковать нас через этот слой реальности враги встретились с тем, кто их там уже давно поджидал. И, кстати, имя его с некоторых пор среди акклиматизировавшихся в Бесконечной Вечной Империи демонов стало самым страшным ругательством.

- Огонь, в котором сгорает божественность возжигаю я, и никто не пройдет чрез пламя моё, в котором ныне сгорает отныне и во веки веков сама суть моя, ежели не лишится он там бессмертной части себя, что опадет с него навсегда прогоревшем пеплом! — Провозгласила на всю Землю и несколько близлежащих миров сразу та несносная и доводящая меня до белого каления идиотка, которую я бы давно уже убил и переработал в куклу божественного ранга, если бы не два обстоятельства. Во-первых, только лишь благодаря ей одной число моих марионеток подобного качества превышало десяток единиц. А во-вторых, в случае если наконец-то дать волю эмоциям, то вероятность превращения в груды сажи всех моих тел, включая сделанные на крайний случай двойники-филактерии, надежно укрытые в самых укромных уголках Бесконечной Вечной Империи и даже вне её, равна плюс-минус пятидесяти процентам. Ведь кое-кто, кого я распотрошил, дабы превратить в свои инструменты, пытался от неё туда бежать и там спрятаться… — И каждая толика смерти и бессмертия, что сгорит в огне — усилит его! Ибо такова воля огня! ТАКОВА МОЯ ВОЛЯ!!!

Казалось, все мироздание утонуло в огне…Но так, только казалось, ибо на самом-то деле концептуальным пламенем, по сравнением с которым и поверхность звезды выглядела бы уютным теньком, оказался затронут относительно небольшой участок планеты. Аккурат по периметру металлического поля и тех ритуальных фигур, которые мы здесь нагородили. По периметру во всех измерениях и планах, которые только могли быть. Или по крайней мере тех, которые сумела перекрыть своей стихией Светлана, что ныне натуральным образом сжигала сама себя, за счет этой техники самопожертвования увеличив свои способности, те способности, которые заставляли трепетать небожителей Бесконечной Вечной Империи, как минимум на порядок. Никто и ничто отныне не могло проникнуть внутрь этого барьера, не соприкоснувшись с ним и не пожертвовав частью своей сути и силы. Очень весомой частью, для большинства обладателей легендарных и мифических классов составляющих все сто процентов. Тела разного рода героев, королей, полководцев, архимагов, великих убийц и прочих высокоуровневых подданных Бесконечной Вечной Империи все равно появлялись тут и там, но теперь появлялись они в основном как разваливающиеся на части под собственной тяжестью груды пылающих костей, с которых стекали ручьи жидкого мифрила и адаманта с единичными вкраплениями более тугоплавких материалов. Ну а отдельные «везунчики» всего-то напоминали из себя забытый на сковородке бифштекс, который надо было снять как минимум десяток минут назад, поскольку оказывались прожарены до состояния угольев.

— Аааргх! — Прорвавший пылающий барьер рой из дюжины зеленых метеоритов, орущих примерно одно и то же, пусть и несколько разными голосами, без сомнения представлял из себя целый орочий пантеон. Ну, теперь уже не совсем пантеон, ибо как минимум части божественности они лишились в огненной завесе, которую нельзя было миновать без потерь и, думается мне, немалой части. И формально пантеон сей был все же орочье-гоблинский, судя по тому, что одни враги были другим по пояс, а то и по колено, да и вообще казались скорее жилистыми, чем мускулистыми. И, кстати, перенесли бывшие коротышки близкое знакомство с пламенем куда лучше, чем свои более крупные родственнички. То ли в силу большой склонности к мистическим искусствам, помогающим в том числе и лучше сопротивляться чужой магии, даже самой концептуальной, то ли из-за привычки к боли, ведь больше чем уверен, привыкшие больше полагаться на грубую силу громилы даже после обретения божественного статуса продолжили субтильных по сравнению с ними коротышек при каждом удобном случае шпынять.

Гостей непрошенных, но ожидаемых и в некотором роде долгожданных встретили, как полагается. Заранее созданные и подготовленные автономные псевдоразумные артефакты, дальними и примитивными родственниками которых являлись боевые дроны и автоматические турели, обрушили на явившихся божеств целый шквал умных ракет, чьи покрытые защитными рунами корпуса были сделаны из адамантия, а на начинку пошла концентрированная эссенция чистейшего хаоса, которая мгновенно начала бы проедать дыры в самом мироздании, если бы освободилась из плена сдерживающих её чар раньше срока. Интеллектуальные системы нацелились на те участки божественных тел, которые избежали концептуального пламени и результат был…Ну, и он был,обычное высокотехнологичное оружие не сумел бы даже поцарапать небожителей, пусть даже таких убогих, как цепные псы Бесконечной Вечной Империи, однако на сей раз обладатели божественности столкнулись с оружием, созданным как раз таки в расчете на успешное поражение богов. Мистические знаки на реактивных снарядов выгорали от нагрузок, но противились воле почувствовавших угрозу себе исполинских зеленокожих и не растворялись в ничто. И даже более активным попыткам перехвата они противились, беспрепятственно пролетая через вставшие на их пути барьеры из жесткого как камень воздуха, выросших прямо в воздухе цветов и трав, волны кипящей крови…Впрочем не все, несколько вознесенныъ гоблинов успело сообразить как заблокировать барьерами рвущуюся к ним угрозу, как и парочка орков, видимо имевших неплохие боевые рефлексы. Зато тела оставшихся врагов украсились множеством заноз, что стремились забуриться как можно глубже и уже там взорваться, создавая на божественных телах примерно такие же раны, как на телах обычных оставила бы попавшая туда дробь. Да, по отдельности они почти не представляли угрозы…Но ранить небожителя, причем готового к бою небожителя, между прочим не так уж и просто! А ещё таких ран на и без того обожженных, а то и горящих местами ублюдках за несколько мгновений появилось достаточно много. И у нас были те, кто мог бы встретить ослабленных и ошарашенных столь горячим приемом врагов лицом к лицу, дабы поскорее завершить начатое, не дав им собраться с силами и мыслями.

Сотканная из стальных лезвий фигура не разорвала своей связи с металлическим полем, но рывком увеличилась в размерах, сравнявшись в размерах с пытающимися раздавить его небожителями. И клинки в обеих руках мастера