Синтар. Остров-убийца - Мария Александровна Дубинина

class="p1">Только к вечеру следующего дня Генри удалось перехватить Курихару. Они почти не разговаривали все это время, и Генри было страшно начинать первому, но Хибики неожиданно легко пошел ему навстречу. Он как раз сидел за роялем в белой английской гостиной и рассеянно наигрывал печальную незамысловатую мелодию. Лучи заходящего солнца красиво ложились на его волосы, черные и гладкие, как у большинства японцев, и на блестящий навощенный паркет.

– Хибики, – позвал Генри издалека. Пальцы Курихары замерли над черно-белыми клавишами. – Прости, если помешал.

– Не помешали. – Он опустил крышку и любовно погладил сияющую поверхность. – Компания – это не всегда плохо.

Генри подошел к нему и присел на диван.

– Как Сората?

– А почему вы спрашиваете у меня? Навестите его. Или вам страшно?

Пристальный взгляд черных глаз приковывал к месту. Генри мысленно отругал себя за нерешительность и продолжил разговор более уверенно.

– Масамуне сказал, что туда пускают лишь родственников и доверенных лиц. Я не подхожу ни под одну из категорий.

– И это вас останавливает? – Хибики усмехнулся. – Не верю. И вы не верите. Это все самооправдание, ведь вы же хотите его увидеть.

Генри не мог не согласиться.

– Прочитай мои мысли, – попросил он. Курихара покачал головой:

– Нет. Я и так знаю, о чем вы думаете. И нет, я тоже не понимаю, что имел в виду Сэм. Поэтому, пожалуйста. Я впервые прошу вас о чем-то. Пожалуйста, не оставляйте Сорату одного.

– Потому что ты благодарен ему? – предположил Генри.

– Потому что он моя семья.

У Хибики был выбор, возможно, самый важный в его жизни. И он попрощался с Сэмом, теперь навсегда, ради того, кого стал считать родным.

– Спасибо тебе за него, – тихо поблагодарил Генри, но Хибики лишь поморщился.

– Я сделал этот выбор не ради вас или Сораты. Так будет лучше для меня самого. Я больше не хочу жить прошлым.

Разумеется, он лукавил, и Генри не стал спорить с ним.

– Все равно, спасибо. Я сделаю все, что от меня зависит.

Он без слов направился к выходу, но в дверях столкнулся с красивой молодой японкой.

– Простите! – он протянул руку, желая поддержать ее за локоть, но девушка отшатнулась и большими удивленными глазами уставилась на него, впрочем, тут же исправившись и опустив взгляд. Генри успел лишь отметить, что, несомненно, она была юна и очаровательна, как фарфоровая куколка. Девушка сложила руки перед собой и поклонилась. Взгляду Генри предстал треугольник бархатистой кожи, едва заметный из выреза голубой шифоновой блузы.

– Прошу прощения! – звонко сказала она и выпрямилась. Тугие кудряшки завитых волос дрогнули в такт резкому движению. Из-под длинных ресниц сверкнули темные глаза. Генри не ответил сразу, взглядом спрашивая помощи у Хибики. Парень поднялся навстречу:

– Саваки-сан, – он тоже чуть склонил спину. – Как себя чувствует Сората?

Девушка с любопытством покосилась на Генри:

– Отлично. Хи-чан, он просил найти своего английского друга, – она улыбнулась, обращаясь к Курихаре, но искоса посматривая на Генри. – Это он? Такой большой! Может, не говорить ему ничего?

Тут Генри догадался, что она, видимо, считает его не знакомым с языком. Не хотелось ставить бедняжку в неловкое положение, но Хибики его опередил.

– Именно так, Саваки-сан. И, боюсь, он вас прекрасно понимает.

– О! – Ее красивые миндалевидные глаза округлились. Она прижала ладонь ко рту и смущенно порозовела. – Простите меня!

– Ничего страшного, – поспешил успокоить Генри, когда девушка снова склонилась в вежливом поклоне, только на сей раз руки вытянула вдоль тела, пальцы беспокойно комкали складки широкой юбки. – Так что там с Соратой?

Вопрос о том, кем являлась сама юная прелестница, тоже пока оставался открытым.

– Кимура-сан просил передать, что желал бы вас видеть, – сообщила она, и от Макалистера не укрылась легкая ревность в ее голосе. Всего на миг проскользнула тонкая недовольная нотка, но ее вполне хватило, чтобы вновь указать Генри на его место в этом доме и новой жизни Сораты. Задавать вопрос не было необходимости, он уже все понял.

– А вы…

– Саваки Мицуки, – широко улыбнулась девушка, снова тряхнув искусственными кудряшками. – Невеста Кимуры-сана.

Она уже ушла, а в голове у Генри все звучал ее жизнерадостный голос «Саваки Мицуки. Невеста Кимуры-сана».

Сборы не заняли и четверти часа. Водитель Кимуры сам предложил свои услуги, заранее проинструктированный кем-то из домашних, возможно, той же Мицуки. Машина плавно текла короткими улочками, пересекла мост и углубилась в новый лабиринт, все больше отдаляясь от центра города. Клиника будто пряталась от посторонних глаз. Автоматические ворота раскрылись перед посетителями, Генри вышел из автомобиля и оглянулся, чтобы увидеть, как те с механическим шуршанием снова закрываются.

В фойе работал кондиционер. Вежливая медсестра лично провела Генри вверх по лестнице, по светлому коридору с рядами белых дверей до нужной палаты. – Прошу сюда, пожалуйста, – она с поклоном указала на дверь. Генри кивком поблагодарил и, стукнув костяшками пальцев приличия ради, заглянул внутрь.

– Можно?

Прямо напротив входа было окно, наполовину скрытое жалюзи, и яркий солнечный свет просачивался в палату сквозь щели. Под окном на тумбочке стояла пузатая стеклянная ваза со связкой распустившихся алых роз. На фоне стерильного светлого помещения они выглядели нелепым пятном, каплей крови на белом листе. Рядом притулилась початая бутылка питьевой воды.

Сората полулежал на постели, до пояса прикрытый тонким одеялом. В больничной одежде он казался еще более худым и слабым. Прошло десять дней с тех пор, как они не виделись, и Генри снова чувствовал ту же неловкость, что и не так давно перед воротами дома Кимуры.

– Генри, – возможно, Сора хотел воскликнуть, но сил не хватило. – Здравствуй.

Он улыбнулся одними губами, а глаза оставались потухшими и сонными. Генри списал это на действие лекарств.

– Здравствуй. – Он вошел и остановился посреди палаты, не зная, куда себя деть. – Как самочувствие?

Сората указал взглядом на стул, и Генри подтащил его к кровати и сел.

– Уже гораздо лучше, если не считать того, что во мне побывала душа мертвеца. Я рад, что ты решился прийти, – он чуть нахмурился. – Ведь это Саваки передала мое приглашение?

– Да. Она очень милая девушка.

– Безусловно, – ответил Сората. – Ее выбирала лично моя мать.

Что-то в его голосе не понравилось Генри, и он решил пока