Системная Перезагрузка. Том 6 - Серафим Леман

В трансформированном виде он не был похож на того, кого я ожидал увидеть во главе демонической орды. Никакого пафоса рогатого владыки в тёмной броне и так далее, никакого нагромождения силы ради демонстрации. Просто очень большой и очень сильный демон. Самый сильный из них. Та же пепельная кожа, что и в обычном виде, просто больше её. Та же сутулость, только теперь понятная — он не горбился, а просто нёс что-то тяжёлое, невидимое, что давило сверху вниз. Морщины на лице не разгладились от трансформации. Возможно, это и не морщины вовсе. Может, это просто то, что бывает с лицом, когда слишком долго принимаешь решения, от которых умирают другие.

Я хорошо знал это ощущение.

— У тебя кончается время, псау, — сказал он. — Я чувствую твой Аксиос. Ты перегружен и устал.

Опять это обращение, которое Система не переводит. Так демоны, келомцы, обращаются к рабам. Я бы мог тоже ответить в подобном роде, но какой в этом сейчас смысл? Я прибыл сюда не для обмена «любезностями».

— Устал, — признал я.

И это было правдой. Прошедший путь, на острие атаки которого я находился, следуя сюда, был очень тяжёлым. Я не спал уже около года, наверное. Убийства золотых рангов, не проходящие бесследно, и сменяющиеся активации множественных разломов, выплёвывающих ядерные ракеты в миры, подвластные демонам. На моём пути уже умерло и уничтожено столько, что я вряд ли уступаю стоящему передо мной чудовищу в облике, лишь отдалённо похожем на человеческий. Впрочем, моя серая кожа Воина Пустоты не особенно сильно отличается от него.

— Тогда зачем продолжать? — спросил демон, разведя руки в стороны и собирая в них энергию. — Твой уровень ниже моего, и ты слабее, я чувствую это. Неужели ты готов умереть за свои глупые убеждения?

Наверное, он имел в виду то, как я отношусь к рабству и всему из него исходящему. О том, что мы даже в плен демонов не берём. Возможно, он имел в виду что-то другое, но опять же — нет смысла говорить. Мы уже находимся далеко за пределами разговоров, и этот Осколок покинет живым только один из нас. И несмотря на то, что этот демон прав, я всё равно буду сражаться. Просто…

— Потому что больше некому, — закончил я вслух свою мысль.

Хатур Келом не стал продолжать бессмысленный разговор. Он просто наклонил голову и ударил.

Удар был горизонтальным, широким, направленным не на меня конкретно, а на всё пространство передо мной разом. Конкретного навыка в этом не было — просто плотная волна ауры платинового ранга, которую он ранее собирал. Я ушёл вверх Перемещением, и волна прошла под ногами, срезав остатки горящей травы до голой земли. Остатки этой волны врезались в землю и ушли очень глубоко, пока не покинули саму твердь, из которой состоял Осколок Хатура.

Зависнув в воздухе, с высоты я разглядел своего врага подробнее. У него явно была аура платинового ранга. Но что-то в ней смущало меня. Она не ощущалась… полноценной, чётко структурированной, как у меня, состоящей из шести квинтэссенций. В ней ощущалось что-то ещё. Примеси, какая-то заёмная сила, если её можно было бы так назвать.

И всё же он шёл туда же, куда шёл я, только другим путём. Его Аксиос не был собран из квинтэссенций, слитых воедино. Он был продавлен… силой. В нём чувствовались какие-то ограничения, возможно, оттуда и выходит его внешний вид старика. Не знаю, правильно ли это, изящно ли, главное — это эффективно, и оттого не менее весомо.

Но… он ошибается. Хатур Келом не может убить меня, даже несмотря на то, что его уровень выше моего. Уровень давно перестал быть каким-то существенным показателем. Общим, пороговым — да. Разница между сотым и первым очевидна. Но на таких рангах и при такой разнице… вряд ли.

Я сильнее, и он наверняка это знал. Вот только разрыв между нами был не таким, каким я хотел бы его видеть, и каждая минута боя работала против меня — мой Аксиос восстанавливался медленнее из-за перегруза, а его Аксиос не находился в том же критическом состоянии.

Так что сейчас мы на равных, и это был бой, в котором медлить нельзя.

Я ударил.

Перемещение сжало расстояние между нами до нуля — один момент я висел в воздухе, а следующий уже был рядом с ним, и Нож Зверолова полетел остриём в горло демона. Хатур Келом отклонился на ту долю, которой хватило, чтобы клинок прошёл по касательной вдоль щеки, срезав кожу и обнажив что-то тёмное под ней. Его встречный удар локтем я принял на предплечье, и от этого удара моё тело снесло на двадцать метров, продавив в горящую почву Осколка до колена.

Твердыня сработала. Очки брони просели на треть от одного удара.

Треть от одного удара.

Но размен всё равно был хорошим. Я не могу видеть очки здоровья противника, но сомневаюсь, что удлинённая улыбка на роже Хатура обошлась ему малой кровью, хоть и вижу, как быстро он регенерирует плоть.

Я выдрался из почвы, уже перемещаясь снова, и на этот раз не к нему — в сторону, пытаясь прочитать, как он отреагирует. Первая Охота работала, подстраивая восприятие под ритм его движений. Он был быстрым, как хищник. Он не телепортировался. Просто двигался зеркально мне. И в его движении было что-то архаичное, как у существа, которое много дралось ещё до того, как Система внедрилась в наши жизни.

Он выпустил какой-то навык — широким импульсом, не прицельно, накрывая весь его Осколок впереди себя. Земля треснула. Горящая трава исчезла. Почувствовав неладное, я взмыл ещё выше, и в земле подо мной появились разрывы, из которых шёл тёмный дым, тут же закручивающийся в воздухе и преследующий меня.

Подумав, что пока его атака видна и я ей противодействую, лучше не прерывать этот ритм очередным Перемещением, я начал кружить вокруг Хатура и обстреливать его Пустотой издалека. Недаром ведь я столько камней уничтожил, тренируясь и прокачивая этот навык куда больше других.

Я выстрелил ещё раз. И ещё.

Каждый импульс Пустоты снимал с него заметный кусок очков здоровья, хоть и врезался в щит, появляющийся вокруг демона на мгновение до столкновения. Сам щит был явно каким-то активным навыком, постоянно требующим внимания, и урон по своей туше Хатур получал тогда, когда ловил обманки — я попросту иногда запускал собственной ослабленной аурой, и вдогонку Пустотой. Он не успевал блокировать всё.

Поняв,