Хрупкий сосуд 4 - Ольга Анатольевна Чумаченко

— Звоните, — скомандовал Севастьян.

Достав договор, Влад нашёл нужный номер и набрал, но… звонок раздался на соседнем столе, заваленном папками. Феликс подскочил и из-под одного листа достал светлый телефон. Довольно дорогой. Он-то разбирался.

Ева добралась до нужной остановке на общественном транспорте. Сходила в магазин. Платить, правда, пришлось наличкой. Телефон не нашла. А так… всё у неё отлично. Дом совсем рядом. Успеет отдохнуть, а вечером с дочерью они пойдут гулять. Парк, зоопарк, морожено… И никто их не потревожит. Ну, приезжал кто-то к воротам дома. Но хозяйку не застал.

А на завтра новый день.

— Добрый день, Вячеслав Юрьевич! — поздоровалась Ева со стоявшим у двери охранником.

— Ой! — махнул рукой мужчина. — Думаю, и сегодня всех гонять будут.

— Почему такая уверенность? — хмыкнула женщина.

— А вон, Северные едут.

Ева обернулась и увидела проехавшие на парковку две дорогие машины, стёкла которых были затемнены. Людей внутри не было видно. Кто, что? А ей всё равно. У неё на утро план. Ей надо к начальнику.

— Влад Ларс, — доложила секретарша, — к вам Евгения Евгеньевна.

— Да, да, пускай войдёт, — послышался голос начальника.

Ева вошла и встала у массивного стола. Двери за ней прикрылись сами. А мужчина, сидевший в высоком кресле, так неприятно смерил взглядом тонкую фигурку…

Он хорош собой. И прекрасно об этом знал. То, что чуть за пятьдесят. Так его жизнь только начинается. Темные волосы ещё не тронула седина, в тёмных глазах играли огоньки. И сам его вид напоминал ей сытого кота. Да, у него всё есть. Деньги, власть, а остальное шло в приложении.

— Здравствуйте, Влад Ларс, вы извините, — начала разговор Ева, — я, кажется, вчера телефон у вас в кабинете забыла.

— Он у Северного, — пробурчал начальник, вообще-то он ожидал, что она придет сегодня и будет скандалить по поводу своей якобы не компетенции и списка архива. Но…

— Хорошо, — согласилась Ева, и протянула ему бумажный лист. — Тогда прошу вас подписать заявление на моё увольнение.

Не столе пикнула кнопка и секретарь доложила, что в приёмной ждут Северные. Оба.

— Пусть войдут, — приказал начальник.

Северные вошли: отец и сын, и натолкнулись на стоявшую в кабинете женщину. Влад Ларс так и не предложил ей присесть. Не по статусу подчинённой при начальнике сидеть.

Ева в приветствие только головой кивнула, и отвернулась на непосредственно своего начальника. Дожидаясь возвращения своего заявления, только с его подписью.

— Вот, — помахал начальник её заявлением, — увольняться пришла.

Северных не интересовало, что её не устроило, почему она увольняется. Они были убеждены, что, даже если её тут немного обсчитали, лучшую работу ей всё равно не найти. Она и так должна быть благодарна, что работает на звёздных. Но у них к ней имелись свои вопросы.

Северные прошли и шумно уселись за стол, так, чтобы женщина оказалась напротив них. Как слуга перед господами.

— Евгения Евгеньевна, — начал старший Северный, — у нас к вам несколько вопросов. — Ева сделала вид, что вся во внимании. — Вы работали на Соломона Северного?

— В трудовой написано! — сухо ответила Зверева, догадавшись, откуда у них такие сведения.

— Почему вы не сказали? — это уже Савелий спросил.

— Давно это было, — ответила Ева. И обратилась к начальнику, напомнив про своё заявление. Она ждёт!

— Вы были его любовницей? — «в лоб» озвучил Северный старший свою догадку, за что молоденькая девушка могла получать большую зарплату.

— Нет! — одарила Ева гневным взглядом мужчин. — И если это всё, что Вас интересовало, я пойду?

Влад Ларс тяжело вздохнул, взглянув на высшее начальство, подписал заявление, и протянул его женщине.

— Если передумаете, возвращайтесь, я вас приму, — заверил её начальник.

— Мой телефон? — посмотрела Ева Северному Савелию в холодные серые глаза.

— У меня в машине…

Савелий хотел предложить Зверевой пройти с ним к машине, а там… он намеревался поговорить с ней. С глазу на глаз. Но…

— Я освобожусь где-то через полчаса, может чуть больше, и если вас не затруднит, отдайте его охраннику на вахте, буду уходить — заберу. — Ждать согласия или ещё чего-то Ева не стала, пожелала всем удачного дня и удалилась.

«Самый лучший день, приходил вчера…». К концу улаживания всех бумажных нюансов, хотелось Еве взять бутылку шампанского и отпраздновать своё увольнение.

— Вячеслав Юрьевич, — выходя, подошла Ева к охраннику, — мне что-нибудь оставляли.

— Нет!

На «нет» вопросов нет. Ева вышла на крыльцо, у которого стояла одна из машин Северных. Машина просигналила. В спущенное стекло она заметила махнувшего ей рукой Савелия. Подошла.

— Пообедаете со мной, верну телефон, — улыбнулся шантажист.

Глава 16

Открывать ей двери машины мужчина не стал. У звёздных это вообще не принято было. Даже вперёд себя во входные двери они своих дам не пропускали. Ну, что поделаешь? Другой менталитет.

И привёз Савелий Еву в один из дорогих звёздных ресторанов. А ресторанов в городе… В городе, в котором по последним данным проживало уже более десяти миллионов. Завались!

Иной раз, рябило у Евы в глазах от мельтешения людей. Толпы, толпы, все куда-то бегут, спешат. Бррр…

Ева с облегчением выдохнула, усевшись на мягкий белый диванчик. Мысленно она поблагодарила шантажиста, что не заказал он более деловой стиль. Хотя, взглянув на развалившегося напротив себя мужчину, она поняла, что за это утро, и он тоже устал. Заметила, как повёл он широкими плечами, покрутил головой, ища удобную позу для спины и шеи. Он даже верхние пуговицы на чёрной рубахе с длинными рукавами расстегнул, и рукава, расстегнув, закатал. Готов, красавец, и прекрасно он всё о себе знает. И эффект, что производит на женщин его подкаченное тело.

Ева улыбнулась. Соломона она когда-то сравнивала с волком: опасный, хищный, одним властным взглядом вызывающий ужас и трепет. Женщины от него млели. А вот Савелий ещё не дотягивал до такого уровня. Перестарался Севастьян со своей опекой. К тому же, он сына готовил, как помощника брату. А теперь…

— Давай, я тебе закажу? — снисходительно предложил Савелий. — Тут могут быть блюда, которые тебе не известны.

— Салат из морских рачков здесь есть? — спросила его Ева.

— Сейчас спросим, — махнул он официанту, но, пока к ним тот подходил,