Ревизор: возвращение в СССР 63 - Серж Винтеркей

со встречей не стали. Уже через час она, оставив ключ от квартиры привезшему ее к дому Ихсану, чтобы он чемоданы туда занес, отправилась к кафешке, около которой договорились посидеть с Артамоновой.

В это время тут было безлюдно, самое то для приватного разговора.

Само собой, что Диана подарок достойный прихватила для Артамоновой. Всё же жалко ей было майора, ведь с её работой выехать за рубеж вряд ли получится. Значит, пройтись по римским или миланским магазинам у нее нет и шанса. Разве что в том случае, если ее однажды отправят за рубеж как нелегала или под личиной дипломата.

Но Диана уже понимала, что далеко не всех сотрудников КГБ такой вариант может ждать. Так что, скорее всего, Артамонова будет безвылазно сидеть в Москве до пенсии. И после неё, само собой, уже гарантированно тоже, учитывая, сколько секретов она знает.

Так что она решила сделать доброе дело и привезла ей целый костюм от Dior, в котором офицер КГБ будет сногсшибательно выглядеть на своей работе. Достаточно строгий, чтобы можно было носить даже в здании КГБ. Но который точно заставит всех офицеров-мужчин оборачиваться ей вслед.

Так-то Артамонова женщина видная, а с этим костюмом от неё вообще будет глаз не отвести.

А в следующий раз она из-за рубежа достойные туфли к этому костюму привезет. Не все сразу, чтобы не забаловалась ее куратор. Пусть с нетерпением ждет ее следующего возвращения из-за рубежа.

Сели за самый дальний столик, подальше от других посетителей. Артамонова сразу же спросила, были ли у неё какие-то эксцессы за рубежом в связи с тем, что французы на неё ополчились.

Диана не стала ничего про Марию Боччи рассказывать. Это уже внутреннее дело их семьи. Главное, что они теперь о ее связи с французами знают. Уж Тарек-то найдет способ с ней разобраться, когда придет время.

Собственно, в этот раз сообщить ей особенно было и нечего. Обескураживающе разведя руками, она так и сказала:

– Жаль, конечно, но новостей особых нету.

Затем достала подарок, чтобы перевести тему, и вручила.

Артамонова, развернув по её настоянию пакет, ахнула, сообразив, что попало ей в руки. И видно было, что очень подарком довольна.

Но затем, правда, сделала серьёзное лицо и сказала:

– Диана, послушай, это не моя инициатива, но мне поступил приказ сверху.

Уже этих слов было достаточно для Дианы, чтобы понять, что дальше будет что-то, что ей явно очень не понравится.

Так оно и оказалось.

– Диана, тебе придется пройти проверку на детекторе лжи. – сказала Артамонова. – Это специальное устройство, которое точно определяет, говорит ли правду человек. При помощи этого прибора специальный сотрудник на это способен.

– Я тебе абсолютно доверяю, – продолжила Артамонова, реагируя на ее выражение лица, которое сейчас назвать добрым никто бы не смог. – Понимаю, что то, что французы взялись за тобой следить, не означает, что ты согласилась с ними сотрудничать. Но моё начальство, к сожалению, в этом совсем не уверено. И хочет посредством твоей проверки на детекторе лжи получить доказательства того, что ты по-прежнему сотрудничаешь только с нами.

Вот тут Диана пожалела, что привезла своему куратору такой хороший подарок. Это что же, она искренне старается, работая на КГБ, а ей не доверяют и посылают на какую-то проверку на каком-то аппарате? С её точки зрения такое недоверие было совершенно возмутительно.

Хуже всего то, что она тут же сообразила, что, на самом деле, ей есть что скрывать. Она только что сказала Артамоновой, что информации нет. А ведь если её про это спросят, то сразу поймут, что она что-то ещё знает по поводу того, как французская разведка пытается к ней подобраться. И докопаются до Марии Боччи, если этот аппарат и правда так хорош.

А Павел? Она же никогда Артамоновой не говорила, что очень многое, в том числе и сам факт сотрудничества с КГБ, своему брату сообщала. Этот аппарат выявит, что и тут она тоже соврала.

А если они дальше станут по Павлу копать? Что ей, придется рассказывать, что он капиталист и почти что уже и миллионер?

Да уж, хорошенькая перспектива…

Так что она попыталась уговорить Артамонову, чтобы с ней эту загадочную процедуру не проводили.

Но Артамонова, видно было, что, сама огорчаясь, все же стояла на своем. Приказ сверху она как майор КГБ не может обсуждать. Это в ее организации невозможно. Так что Диане всё же придётся пройти эту проверку.

Наконец, Диана всё же согласилась, что она её пройдёт. Уговорились, что Артамонова ей позвонит завтра и сообщит, когда именно ей нужно будет и куда прибыть для проверки. После этого Диана скомкала встречу, никакого желания её продолжать у неё уже не было.

Решила поехать домой, и время от времени звонить Павлу по городскому автомату. Надо с ним посоветоваться. Может, он что-то подскажет по поводу того, во что она влипла с этим детектором лжи, и насколько он хорош…

***

Москва, МГУ

Приехал в МГУ к Сатчану. Ситуация повторилась полностью как в пятницу. Снова очередь к Сатчану, и снова мой тезка, увидев меня, тут же всех к своему заместителю отправил. А мы с ним опять сели у него в кабинете.

– На чем мы там остановились в прошлый раз… – задумчиво сказал я. – Так… Известно уже, куда именно эти отряды на поисковые работы отправятся?

– В основном по местам сражений тысяча девятьсот сорок первого – тысяча девятьсот сорок второго годов. Конкретные площадки еще уточняются.

– О, здорово! – обрадовался я. – Слушай, может быть, тогда один из отрядов можно в Святославль отправить? Точно помню, что, само собой, велись там в окрестностях достаточно тяжелые бои. Самое главное, что председатель горкома местного наш Шанцев. Сам знаешь, что он ни в коем случае не подведет тебя. Проконтролирует все, что с обеспечением быта членов поисковых отрядов связано, в том числе и иностранцев, за которыми, само собой, особый присмотр нужен.

– Да без проблем, – сказал Сатчан. – Святославль так Святославль. Правда, я, в отличие от тебя, не имею какой-то особой ностальгии по периоду работы в Святославле. Разве что с тобой и с Галией там познакомился, это да. Это дорогого стоит. А в целом, конечно, в Москве мне работать гораздо более комфортно. Но в чем ты прав,