Симбионт 3 - Валерий Михайлович Гуминский

находился литейно-механический завод, аграрная опытная станция, принадлежащая Ростоцким, проложена железная дорога. Через Чаган идут два моста: автомобильный и железнодорожный, так что попасть в Деркул не представляло труда.

— Ты будешь участвовать в операции? — меня удивило решение отца, у которого в наличии много опытных бойцов. Зачем ещё и Луизу брать?

— Нет, — усмехнулась рыжая девушка. — Я буду тихонечко сидеть в машине и глушить все звонки, если Мустафа или его нукеры начнут истерически звать на помощь. Александр Егорович берёт с собой «тройку» Ската и всю спецгруппу Ильхана.

— А Ростоцкий?

— Герман Исаевич тоже поедет, — Луиза сбросила тапочки и с ногами залезла в кресло, словно почувствовала себя дома. — Он с Мустафой будет говорить. Я не знаю всех подробностей операции, но могу подключиться к телефону Ростоцкого, чтобы слушать разговор.

— И ты предлагаешь мне разделить с тобой компанию? — догадался я.

— Ну да, — пожала плечами Ирмер. — Александр Егорович выделит пару ребят для охраны, но я бы предпочла быть с тобой. Одарённый с боевыми клинками гораздо надёжнее. Ты же можешь создать щит, который закроет нас обоих?

— Себя точно могу, а вот раскинуть щит на двоих никогда не пробовал.

— Так попробуй, — улыбнулась Луиза и соскочила с кресла, торопливо засовывая ноги в тапочки.

— Прямо здесь?

— Ты же не атакующий конструкт строить будешь. Да и магия Ока столь разрушительной силы, как «стихийная», не имеет.

— Ладно, попробуем, — я тоже поднялся, вышел на середину комнаты и предупредил: — Пока ко мне не подходи. Защитный конструкт формируется с помощью клинков. Как только буду уверен, что он готов, позову тебя.

— Хорошо, — покладисто согласилась девушка и отошла к двери, ведущей в мою спальню.

«Вот момент завоевать сердце рыженькой, — прозвучал голос Субботина. — Мне уже давно кажется, что ты ей небезразличен».

«Окстись, майор, — мысленно ответил я, медленно покручивая клинки, пытаясь насытить их магической маной. — Она сама предупредила, что между нами ничего не будет».

«Плохо ты ещё женщин знаешь. Если есть желание, почему бы не воспользоваться моментом?»

«Разве только ради плотских утех. А на большее у нас нет шансов. Не мешай мне сосредоточиться!»

«Всё-всё, молчу!» — рассмеялся Субботин.

Я постепенно увеличивал скорость вращения, внимательно глядя на мелькающие перед глазами клинки. Они начали покрываться бутонами роз. Как только лепестки осыплются, начнётся построение конструкта. Тут уже зависит от меня, что именно я хочу создать. А мне нужен был щит. Значит, создаю купол.

Клинки взлетели вверх, замелькали белеющими полосами стали над головой, постепенно сгущая воздух. Лепестки посыпались на пол.

— Ух ты, — не выдержала Луиза, с распахнутыми глазами глядя на мой «танец».

Я внимательно следил за состоянием клинков. Главное, не переборщить с наполнением их Силой. А то разнесу комнату в щепки.

«Восьмёрки», косой удар, горизонтальный удар слева направо, вертикальный сверху по центру, снова «восьмёрки». На плечи стала давить масса спрессованного воздуха.

— Подойди и встань за моей спиной, — громко сказал я, продолжая работать клинками, но внимательно глядя, чтобы девушка не попала под удар. Да, я рисковал, но не бездумно, как могло показаться. Алгоритм построения щита был простым, но для одного человека. Самый опасный момент — не в исполнении, а в действиях того, кто будет стоять позади меня. Вот за Луизу я не боялся. Она просчитает любую траекторию клинков и выберет момент, когда проскользнуть ближе. Почувствовав, что девушка уже рядом, провёл завершающий элемент боковой отмашкой, «закрывая» себя и её непроницаемым щитом. Воздух затрещал от избытка маны, вокруг нас стали проскальзывать серебристые нити магической энергии. Я не знаю, как действует та или иная магема. Кузнич во время занятий убеждал нас, что Око Ра подстраивается под желание и формирует ту или иную магему исключительно по ментальному приказу. Этим оно и отличается от «стихийной» магии.

Я опустил клинки вниз, ощущая на своей шее тёплое дыхание Луизы.

— Я могу прижаться к тебе? — услышал вопрос, и мягкое покалывание в районе позвоночника исчезло; вместо него словно пушистой кисточкой провели, чуть ли не до копчика.

— Теперь можно, — ради забавы ответил я и улыбнулся, когда руки Ирмер обхватили меня чуть выше пояса, в районе живота. Ощущать упругую девичью грудь, прижавшуюся к моей спине было очень приятно. Луиза провоцировала или хотела понять, насколько я к ней неравнодушен? Ну, тут она играла с огнём. Чёрт побери, да к Маринке Турчаниновой не было такого влечения, как к этой рыжей бестии! Правда, невидимое присутствие симбионта сковывало меня куда больше, чем предупреждение отца.

— Как красиво, — прошептала Луиза, разглядывая серебристо-белые змейки энергии Ока, которые то и дело пробегали перед глазами сверху-вниз, закручивались в спирали и рассыпались неяркими искорками. — Ты уверен, что щит надёжен?

— Варяг стрелял в меня из боевого оружия. Щит держит до двадцати выстрелов, но только в зависимости от мощности магемы, — пояснил я, ощущая сухость в горле. Луиза и не думала расцеплять руки. — Или две-три очереди из автомата. Я сейчас залил гораздо больше маны в купол, потому что нас двое…

— Почему тебя считают слабым дуэлянтом? — Луиза вдруг прикоснулась губами к мочке правого уха. — Ты за несколько секунд создал боевой конструкт. Пусть он и считается защитным, но сути своей не меняет. Ты вошёл в боевую ипостась…

— Вот перееду в Москву, и там каждый аристо посчитает своим долгом вызвать меня на дуэль, — пошутил я. — Вот уж где придётся совершенствовать свои навыки! И вообще, ты сбиваешь концентрацию!

Луиза быстро чмокнула меня в щеку и, рассмеявшись, отпрянула от меня. Конечно же, я не смог удержать щит. Он заискрился и оплыл, как мокрый песок под накатом волны. Визуально этот процесс нельзя было увидеть, но непередаваемое ощущение лёгкости дыхания, исчезнувшей тяжести на плечах чувствовалось очень хорошо.

Я усмехнулся. Рыжая вела себя довольно странно, учитывая её постоянную отстранённость от происходящего. Возможно, причина холодности и скупости чувств была в психологической травме, которую Луиза перенесла в тот страшный давний вечер. А теперь, рядом со мной, она постепенно оттаивала. Тоже ведь хорошо. Могу себе поставить плюс в карму. Всё-таки сумел раскачать её эмоции.

Я пошёл в свою комнату, чтобы положить сабли на место. Пока возился с чехлом, услышал за спиной:

— О, да ты ещё и на гитаре играешь! — Луиза навалилась плечом