Фантастика 2026-181 - Маргарита Блинова

– Ну что, – сказал Марк, обтирая руки растворителем, – а как мы будем реставрировать оболочку центрального артефакта?

Лайм странно на него посмотрел.

– Я бы предположил, Управитель, что это будет делать веальд артефактор.

Марк покосился на него.

– Вообще-то я – помощник артефактора.

Ферди с интересом посмотрел на Лайма. Тот явно колебался между тем, чтобы продолжать свой маскарад, и тем, чтобы броситься на защиту Цитронки. Наконец Лир пришёл к какому-то решению и перевёл прямой взгляд на Ферди.

– Я вынужден просить, веальд артефактор, чтобы Юдзу не касался Брассы.

– Это ещё почему?! – тут же вскинулся Марк.

Лир прижал уши, но не ответил.

– Нет, ты уж, пожалуйста, используй свой ненормально большой для Лайма словарный запас и выскажись, – не унимался Марк. – Я хочу знать, с какой стати такое отношение! Между прочим, тебя мы с Ферди вместе чинили, или тебя не устраивает результат?!

Лайм раздул ноздри и прижал уши ещё плотнее к голове, а потом посмотрел на Марка.

– Когда я только появился на пороге, ты пытался перехватить мою ауру контроля.

– Но, как ты мог заметить, я не стал тебе её восстанавливать, – парировал Марк.

– Да, но это было сложно и долго. А у Брассы она цела, и тебе ничего не стоит переписать её на себя. А я не отдам тебе Брассу. И, – продолжил он, не позволяя Марку вставить ни слова, – помимо этого, я не хочу быть тебе обязанным ещё больше.

***

Маркиз аж дар речи потерял от такого поворота. Этот Лайм ещё условия будет ставить! Его и так тут впустили в чужой дом, отмыли, одели, починили, теперь за его подружку взялись, а он ещё чем-то недоволен?!

– А ты не обнаглел вконец, ушастый?! – выпалил Маркиз, как только речевая аура снова вышла в эфир.

То, значит, он в ноги кланяется, изображает из себя невесть что, а как до дела дошло – так обязанным, видите ли, быть не хочет! А морда не треснет?!

Однако Лайм даже в лице не переменился, изображал из себя каменное изваяние – с прижатыми ушами, правда, и глядя в стол, но всё равно явно упорствовал. И все свои подобострастные ужимки тут же растерял.

– Веальд артефактор, я прошу вас отослать вашего Юдзу, – отчётливо произнёс Лайм. Честное слово, если бы Маркиз мог сейчас вставить ему ауру ЧК, в лепёшку бы расшибся, но так бы и сделал! Просто чтобы неповадно было!

Ферди откашлялся и сложил руки на груди.

– Полагаю, мне нужно пояснить. Как бы там ни обстояли дела с пригодностью Брассы к работе, для которой её приобрели, если бы её ремонт был вопросом потраченного времени штатного артефактора, то её бы не списали. – Он сделал паузу, чтобы встретиться взглядом с самой Цитронкой, которая таращилась на него, впитывая каждое слово. – Залатать центральный артефакт – это не то же самое, что заново нанести пару аур. Это просто невозможно сделать в одиночку без специального оборудования. Которого у меня нет, потому что Цитрус его не продаёт никому вообще.

Тут уже и Маркиз уставился на человека. Как же тогда они собираются её чинить?

– Я готов помогать вам во всём, – высказался Лайм, хотя его никто не спрашивал.

– Это я понимаю, – кивнул Ферди. – Но этого недостаточно. Мне нужен один помощник, чтобы поддерживать стазис на самом артефакте на время процедуры, и второй – чтобы прижимать осколки оболочки друг к другу, пока я их связываю. Один Свити и то и другое сделать не сможет, какой бы он ни был умный и опытный. Поэтому если ты, Лир, хочешь результата, то придётся работать в связке с Марком, другого варианта нет.

На щеках Лайма проступили бугорки. Ничего себе он сжал зубы – Маркиз такое только на людях видал. Светлые уши развернулись из положения страха в положение агрессии, и Маркиз невольно попятился.

– Будешь выступать, я и сам откажусь! – заявил он. – И тогда никто никого вообще не починит!

Он ожидал, что уж этот-то довод достигнет слабого интеллекта Лайма, и тот бросит упрямиться, но он всё так же молчал, только ещё и покосился на дверь, как будто прикидывал пути к отходу.

– Лир, – внезапно сказала Цитронка, о которой все как-то забыли в пылу спора. – Не надо больше никуда меня везти. Я доверяю Маркизу.

Лайм тут же вскинулся.

– Как ты можешь ему доверять? Он уже пытался меня захватить, к тому же он Юдзу, а Юдзу плевать на всех с высокой башни!

Марк открыл было рот возразить, но аргументов не подобралось. Не было у него в послужном списке плотного взаимодействия с Лаймами, да ещё такого, чтобы Лаймы в итоге имели основания ему доверять. Он и не стремился к этому никогда.

Цитронка помотала головой, перекатывая её по столешнице.

– Это не страшно. Ты не хочешь быть ему должен, я понимаю. Но и я не хочу быть должна тебе ещё больше.

Лайм резко вдохнул, словно от боли, а уши его встали торчком, ловя каждый звук.

– Ты мне не должна! Я сам захотел! Я тебя даже не спросил!

– А теперь я сама захотела, – отрезала Цитронка. – И я никуда больше не поеду в чемодане.

Лайм сник, как увядший полевой цветок. И Маркиз внезапно почувствовал что-то такое… свербящее. Ведь этот глупый дикий Лайм влюбился в Цитронку, у которой нет ауры любви, и спас её, а потом ради неё вломился сюда, угрожал, пресмыкался, но для неё всё это было белым шумом. Она не понимала, что ей с этим делать. У Маркиза тоже не было ауры любви, но его ауры психологии и анализа поведения создавали довольно ясный образ того, что творилось с Лаймом. Он хотел защитить свою избранницу, выступить в её глазах героем. А она только что дала ему от ворот поворот. И Маркиз бы не хотел оказаться на его месте. И даже дразнить его теперь было как-то невесело.

– Ну так как, – напомнил о себе Ферди, – мы чиним девочку или не чиним девочку?

– Чиним, – тихо произнёс Лайм, ни на кого не глядя.

– Чиним, – кивнул Маркиз, когда понял, что Ферди спрашивает и его.

– Отлично! – Ферди хлопнул в ладоши. – Сейчас я вам раздам инструменты и покажу, что и как делать.

Маркизу достался генератор стазиса, и он чуть не завыл. Вот нет бы нагрузить этой штуковиной Лайма, раз он такой прыткий! Маркиз уже работал с генератором, и это было вовсе не легко. Примерно как управлять Импульсом на заледенелой дороге при бешеной скорости и при этом вести интеллектуальную беседу. Неудивительно, что Ферди