Фантастика 2026-83 - Алекса Франс

Я посмотрела на Чака. Тот побледнел.

— Леди Роксана зовет нас на чай. Прямо перед открытием.

— Ой, мамочки… — выдохнул Чак. — Она заметит, что я вилку не той стороной держу!

— Держись, парень, — я нервно усмехнулась, комкая конверт. — Кажется, завтрашний день попытается нас убить еще до заката.

Глава 20. О том, что иногда стоит промолчать

Утро дня перед праздником прошло в суматохе. Я металась между желанием помочь на кухне и выглядеть идеально, хотя раньше стремления укладывать волосы за собой не замечала. На рассвете погода стояла ужасная, туман опустился на Эл, заставляя мерзнуть, хотя погода еще не настолько испортилась. Холодный морской воздух, высокая влажность заставили меня отказаться от душа.

Я вспомнила все свои изощрения, когда в Москве отключали воду по весне и осени. Может, так управленцы пытаются подготовить нас к попаданству в средневековье? Они явно что-то знают, раз заставляли нас проходить через две недели танцев с тазиками каждый год. Так что я нагрела пару ведер воды и усиленно мыла волосы на кухне, надеясь, что доски в углу не сгниют от таких манипуляций раньше времени.

Айла скептически смотрела на меня, но по итогу, не обращая внимания на мои ругательства и запреты, довольно жестко отмыла мою голову, что-то ворча на своем языке. Я сумела разобрать лишь слова «идиот», «геризикалы» и «ит». Что бы это ни значило, она явно взяла на себя роль той, кто не будет внимать нытью, а просто делать дела.

Высушив свою шевелюру на теплой кухне, я пыталась помочь девушке с выпечкой и варкой супа из чечевицы, но та лишь отмахнулась от меня, словно от назойливой мухи.

— Мерджимек устать. Волосы — не специя, — она грозно протянула мне платок. — Софи не готовить. Софи — блистать.

Я закатила глаза и вернулась в свой угол, продолжая войну с непослушной копной. Энзо вчера слишком часто упоминал слово «блистать» по отношению к Лире, а Айла его подхватила. Нужно будет сказать парням, чтобы говорили правильно, девчонки впитывают все, как губки…

Я попыталась выпрямить свои локоны при помощи нагретой железяки, но у меня, естественно, ничего не вышло. Да и местная влажность не позволила бы моим паклям оставаться ровными так долго, как мне хотелось бы. Поэтому все, что мне оставалось, — это сидеть в углу и приводить себя в порядок, наблюдая за тем, как Айла готовит супчик из чечевицы. Девушка умело промыла оранжевые зерна и оставила их отмокать в теплой воде. Она разогрела бульон, что мы наварили в достатке и заморозили на заготовки.

В маленькой сковородке она обжарила морковь и лук, добавив муки и красного перца. Я с интересом следила за рецептурой, но она делала все на глаз. Когда овощи стали мягкими, она высыпала туда чечевицу и перемешала, обжаривая все минуты три. После она засыпала получившуюся смесь в кастрюлю с горячим бульоном и кинула туда картошку, что нарезала маленькими брусочками. Запах стоял неимоверный!

Я любила этот супчик, но всегда думала, что для его приготовления требуется больше времени и сил. Да и в ресторанах его подавали как суп-пюре, но Айла, видимо, придерживалась другого мнения. Она не стала пытаться его размельчить, оставив чечевицу полуразваренной, в то время как картофель стал мягким. Суп приятно согревал изнутри, и, насколько я знала, легко усваивался, заставляя организм работать как часы. Чечевица содержала в себе много витаминов, что важны для женщин, а также контролировала сахар в крови, так что этот суп был находкой в зимнее время.

Лира продолжала ревизию тканей в закромах трактира и делала место совершенно неузнаваемым. Она расставляла цветы, создавала уют и просто светилась от счастья, когда Энзо со своего угла твердил, как она блистает. Айла лишь работала, время от времени выходя на улицу, где Лоренс занимался уборкой, сметая пожухлую траву. Чак же… Чак не находил себе места. Он то убегал наверх, пытаясь пригладить волосы, то залетал на кухню, практикуясь в использовании ножа и вилки на кусочке моркови, то резко срывался во двор, чтобы помыть руки.

— Чак, — позвала я, когда мальчишка в очередной раз уронил вилку на пол, пытаясь элегантно наколоть воздух. — Если ты продолжишь так нервничать, то проткнешь себе глаз еще до того, как мы выйдем из дома. Оставь приборы в покое.

— Но леди Роксана… — начал он, глядя на меня глазами побитого щенка.

— Леди Роксана — всего лишь человек. У нее тоже две руки, две ноги и, смею надеяться, одно сердце, хотя в последнем я не уверена. Ешь суп. Тебе нужны силы.

Мы наскоро пообедали тем самым чечевичным супом и пошли собираться. Настало время облачаться в доспехи.

Я поднялась к себе и надела подарок Лиры. Синее платье село как влитое. Мягкий корсет обнял талию, выпрямляя спину, а вышитые чайки на подоле словно звали в полет. Я посмотрела в зеркало. Из мутного стекла на меня глядела не испуганная попаданка в пижаме с мишками, а леди. Может, не по крови, но по духу.

— Ну, с богом, — шепнула я своему отражению. — Или кто у них тут за главного…

Мы вышли из трактира пешком. Прогулка должна была помочь Чаку выпустить пар, а мне — собраться с мыслями.

Туман начал рассеиваться, но воздух все еще был влажным и пропитанным солью. Мы шли по той самой дороге, по которой я когда-то возвращала блудного внука. Тогда я сжимала в руке тридцать элов — плату за молчание. Сейчас я сжимала ладонь Чака, одетого в уменьшенную копию костюма посыльного, но с белоснежным воротничком, который Лира накрахмалила так, что он мог перерезать горло при резком повороте головы.

Чак крепко сжимал мою ладонь ледяными пальцами.

— Софи, а если я чихну? — шепотом спросил он, когда впереди показались серые ворота поместья.

— Чихни в платок.

— А если я забуду, какой вилкой есть рыбу?

— Чак, мы идем пить чай. Рыбы там не будет. Аристократы едят пирожные.

— Откуда ты знаешь? Вдруг у них чай с селедкой? Это же богачи, у них свои причуды…

— Просто смотри на меня. Или на Дэниэля. И помни: мы пережили Харроу, пожар и моих тараканов в голове, — я нервно хмыкнула. — Старая леди с фарфоровой чашкой нам не страшна.

Я старалась выглядеть собранной и держать маску невозмутимости, но с позором проигрывала эту битву