"Фантастика 2026-4". Компиляция. Книги 1-33 - Артемий Скабер

— Вы так говорите, госпожа… Будто случилось что-то нехорошее.

— Ну это с какой стороны посмотреть. — девушка посерьезнела. — Я обязательно все расскажу. В конце концов, вы тоже имеете право знать. Но для начала пригласи, пожалуйста, Рглора, Ирену, эйсу Кэрин, Эмми и всех прочих в малый зал.

* * *

Народ собрался быстро. Возвращение госпожи, в принципе, было событием рядовым. Но вот всеобщее собрание по этому поводу устраивалось впервые. Так что обитатели поместья смотрели на Алесию с немым ожиданием. Даже Рглор на этот раз не отпускал свои извечные шуточки.

Все уже знали, что важные новости как-то связаны с волей короля. А это дело серьезное.

Алесия оглядела лица присутствующих. И из глубин памяти неожиданно выплыло — «Я пригласил вас, господа, чтобы сообщить пренеприятное известие». Да уж… Бессмертные слова из гоголевского «Ревизора» были бы сейчас как нельзя кстати. Жаль, что здесь всю их глубину никто не поймет.

Поэтому пришлось обойтись без классики.

— Друзья, я должна сообщить всем вам важную новость. — начала девушка. И едва удержалась, чтобы не прибавить — «к нам едет ревизор». — Дело в том, что в конце весны… я выхожу замуж.

Она замолчала, ожидая реакции. Но никто из присутствующих даже не шевельнулся.

— По распоряжению короля. Его величество лично подыскал мне жениха.

Первым отмер Рглор. Дернув рыжую бороду, он задумчиво прогудел:

— Вот ведь не было печали.

Ирена тронула мужа за плечо.

— Рглор…

— А я что? Я ничего. — смутился мужчина. — Семья дело хорошее. Да и бабе природой положено за мужниной спиной жить. Чтобы самой жилы не тянуть, и о будущем не тревожиться.

— Главное, чтобы муж был хороший. — тихо произнесла Ирена. Она единственная из всех смотрела на госпожу с сочувствием.

Эйса Кэрин слегка нахмурилась. Брак Алесии ставил в непростое положение их всех. Что если этот «хороший» муж захочет взять дела поместья в свои руки? Оставаться тогда, или уйти?

С одной стороны, она давно еще решила не служить у замужних дам. Но с другой… ужасно не хотелось бросать крестьянских ребят.

— Кто же ваш будущий супруг? — поинтересовалась она, решив не действовать сгоряча.

— Граф Нортман Арельс.

В наступившей тишине отчетливо слышался звук забиваемых гвоздей. Где-то во дворе строители трудились над очередной постройкой. Ближний же круг молча переваривал полученную информацию.

Алес хорошо понимала, вряд ли кто-то из окружающих знает графа лично. Но фамилия «Арельс» должна была им о многом сказать. Если даже она, чужачка в этом мире, поняла масштаб оказанной чести…

Эмми, стоявшая ближе всех к двери, вдруг охнула и залилась слезами. Все внимание тут же переключилось на нее. У эйсы Кэрин нашелся платок, Агнета принесла воды, Рглор усадил старушку в кресло.

Несколько минут пожилая женщина только всхлипывала, а потом забормотала — что, мол, и не чаяла дожить до такого счастья. А уж как бы порадовался его сиятельство старый граф. «Голубка» Лесюшка выходит за самого Арельса, после такого и умирать можно спокойно.

Однако на предложение отправиться со своей любимицей в графский замок, Эмми в ужасе замахала руками. Сама бы она с радостью. Но никак нельзя, чтобы замужняя дама вступала под крышу мужа с нянюшкой. Хозяйкам няньки не положены. Вот когда детки пойдут, тогда другое дело…

Алесия ощутила, как по коже прошел легкий холодок. Дети… Странно, но об этой стороне семейной жизни она почему-то вообще не подумала. А ведь действительно… Ей же придется ложиться в постель, с посторонним по сути человеком. Какая гадость!

Зато графа ждет большой сюрприз. Даже интересно, как он отреагирует, когда поймет, что супруга девственница. И это после нескольких лет первого брака. Мда… своей абсурдностью ситуация больше всего походила на нелепый анекдот.

Эйса Кэрин, поглаживающая Эмми по плечу, вдруг замерла.

— Его сиятельство, граф Нортман Рейнальд Арельс. — проговорила она вполголоса. — Хозяин Арельсхолма… У него случайно нет дочери по имени Лианна Кэйрил Арельс?

Алес насторожилась. Кажется, говоря о девочке, брат упоминал именно это имя.

— Есть. Вы с ней встречались?

Кэрин качнула головой.

— Нет. Но я как-то разговаривала с ее отцом.

Алесия не сводила с учительницы глаз. Неужели есть человек, который знает Нортмана Арельса лично, а не по слухам.

— И что вы можете о нем сказать?

Прежде чем ответить, Кэрин ненадолго задумалась. Девушке вдруг вспомнилось, как ее, еще совсем юную и полную надежд, впервые отправили из монастыря — устраиваться на службу. Маленькой виконтессе из замка Арельсхолм нужны были учителя. И сестра-настоятельница решила, что Кэрин вполне могла бы получить там место.

Только вот сам хозяин замка придерживался другого мнения на этот счет.

­ ­– Сколько вам лет? — сурового вида мужчина едва взглянул на рекомендательное письмо и тут же отложил его в сторону.

— Семнадцать, ваше сиятельство. — Кэрин старалась выглядеть невозмутимой, но почему-то ей было не по себе. Резкий голос графа Арельса звучал громко. И странно отличался от шелестящих голосов обитательниц монастыря.

— Семнадцать, значит. — мужчина постучал пальцами по столу. — Не слишком ли вы юны?

Девушка не знала, что на это ответить. Однако ответа от нее и не ждали.

— Не сочтите мои слова за оскорбление, эйса Кэрин. Но вы сами лишь недавно вышли из детского возраста. А я не могу доверить свою наследницу юной девице, не имеющей никакого опыта.

— Я обучалась при монастыре, ваше сиятельство. И сестра-настоятельница посчитала, что я могу учить детей.

— Что ж. Пусть это останется на ее совести, эйса. Своего мнения я не изменю. Вам лучше вернуться в монастырь и еще немного повзрослеть, прежде чем искать себе службу. Едва ли столь юная особа в состоянии хоть кого-то чему-то научить.

Это неприкрытое пренебрежение почему-то задело тогда до глубины души. Кэрин действительно вернулась в монастырь, и очень тяжело переживала свою первую неудачу. Хотя, разумеется, никто об этом не узнал. Ведь обитательницам монастыря не полагается иметь чувств.

— Я могу сказать, что он человек очень строгих взглядов. — наконец отозвалась Кэрин. — Его сиятельство прямолинеен, возможно чуть резок, но о своей дочери он проявляет похвальную заботу.

Алес чуть подняла брови. Столь лаконичное описание могла дать только эйса Кэрин. Никаких лишних деталей. Только скудные мазки, как у художника, который вынужден экономить краску.

Но даже это было гораздо лучше, чем ничего.

Эмми наконец перестала всхлипывать, и теперь бормотала себе под нос