"Пожиратель солнца". Компиляция. Книги 1-7 - Кристофер Руоккио

– Араната, – подсказал я.

– Этого… Аранаты, – закончила Смайт, чуть запнувшись.

Канцлер Огир вскочила со своего места на краю скамьи:

– Рыцарь-трибун, это крайне непоследовательно. Вы же сами сначала настаивали на допросах.

– Да, настаивала, канцлер! – признала Смайт, уперев кулаки в бедра, как будто бросала вызов любому, кто был не согласен с ней. – Но с тех пор я пересмотрела свою позицию. Вы понимаете, что означает слово «пересмотрела»? Это значит, что я изменила мнение.

Огир оторопела на миг и оглянулась на возвышение за поддержкой. Но не получила ее даже от Лигейи Вас.

– Проведенное Капеллой расследование принесло нам некоторые полезные сведения, в немалой степени благодаря вмешательству лорда Марло в стандартную процедуру допроса. Я не стала бы трибуном Четыреста тридцать седьмого легиона, если бы разбрасывалась стратегическими и дипломатическими преимуществами, и не собираюсь делать это сейчас. – Она оглянулась на меня. – Согласно сто девятнадцатой статье Великой Хартии и на основании своих полномочий, я принимаю лорда Адриана Марло на военную службу, равно как и всех экспертов, которых он мне порекомендует. Полный список будет предоставлен вам через неделю.

Страдающее выражение лица Балиана Матаро оказалось единственной реакцией на ее слова. Однако Райне еще не закончила:

– Также я предписываю доставить пленных сьельсинов на «Непреклонный», именем его императорского величества императора Вильгельма Тридцать Четвертого из дома Авентов.

У логофетов, слушавших ее и старательно делавших пометки, вырвался дружный вздох, а Лигейя начала действовать. Старая колдунья с воздетым к потолку пальцем проковыляла вниз по ступенькам, словно тень в развевающейся черной сутане:

– Синод никогда не одобрит это!

– Ваш Синод далеко, – твердо ответила Райне Смайт, – а имперский легион рядом. Я делаю это требование именем императора и в свете Веры. Воистину, ваше преподобие, эта кучка заключенных намного полезней для военных целей, чем для пропаганды.

Уперев кулаки в бедра, она на мгновение опустила глаза на свои сапоги, покачиваясь на каблуках. Нелепый жест, но он заставлял окружающих прислушаться к ее словам в уверенности, что она собирается продолжать. Я взял его на заметку. Во имя Земли, эта женщина держала положение под контролем.

– Если мы хотим найти мир экстрасоларианцев, чтобы установить с ними контакт, то использование федератов выглядит разумным шагом. Но я согласна с канцлером и – без сомнения – с нашими джаддианскими друзьями, полагая, что было бы ошибкой оставить всю операцию в руках лорда Марло, который, как уже было сказано, не имеет опыта в подобных вопросах. Я хочу поручить командование одному из своих офицеров.

– Кому? – не удержавшись, спросил я.

– Бассандеру Лину, – ответила Райне и начала излагать свой план.

Я хмуро смотрел себе под ноги, думая о высоком суровом офицере, который не желал видеть меня в Калагахе. Возможно, я выйду из этой переделки вовсе не победителем, как мне поначалу представлялось.

Когда все закончилось, Райне Смайт остановила меня в полумраке коридора, под витражом, изображавшим давнюю битву дома Матаро с норманскими колонистами. Яркие, как драгоценные камни, блики раскрашивали выложенный «елочкой» плиточный пол и глянцевые колонны, уходившие к сводчатому потолку.

– Не знаю, как вам это удалось, – сказала она, крепко вцепившись пальцами в мой бицепс, – но я уверена, что это вы отключили электричество.

Я ничего не ответил, только испуганно посмотрел на суровую, покрытую шрамами военачальницу.

– Можете прекращать этот фарс, Марло. Они не тронут вас – теперь вы мой.

Старая привычка заставила меня поднять голову, чтобы отыскать камеры наблюдения среди завитков и орнаментов палатинских рококо и барокко. Хоть мне и не удалось ничего найти, я прекрасно сознавал, что это не было похоже на поведение невинного человека.

Усмехнувшись, я сказал в ответ:

– Мне не нравятся пытки.

– Мне тоже, – призналась рыцарь-трибун и кивком подозвала своего ликтора, пожилого сэра Уильяма Кроссфлейна. – Но война требует трудных решений. И мне не нравится, когда мои солдаты играют в подобные игры. Я взяла вас к себе, но не потому, что вам так захотелось. А потому что вы мне нужны, и я уверена, что лейтенант Лин сумеет держать вас под строгим контролем.

Я хотел ответить, хотя и не знал, что тут можно сказать, но рыцарь-трибун еще не закончила:

– Тем не менее я считаю, что вы были правы. Вы сделали редкую вещь. Глупую, но редкую. Возможно, вам этого и не видно из здешних безопасных скал, но война длится слишком долго…

Она замолчала и затрясла головой, вероятно, чтобы отогнать какие-то видения.

– Вы хотели бы взять с собой кого-то еще? Кого я могу призвать на военную службу.

Я помедлил в нерешительности, поскольку мой очевидный выбор лежал за пределами возможностей рыцаря-трибуна:

– Я хотел бы поговорить с тавросианским ксенологом доктором Ондеррой.

– Она из другого государства, – возразила Смайт. – Я не могу нанять ее.

– Зато я могу, – ответил я, хотя и не вполне понимал, откуда знаю, что это возможно. – Если мы хотим изображать из себя федератов, то не должны все как один пахнуть легионами.

На губах трибуна появилась тонкая улыбка.

– Кто-нибудь еще? – кивнула Смайт.

И вопреки всему я тоже улыбнулся:

– О да.

Глава 78

Достоинства

Я вышел из грунтомобиля на частной взлетной площадке на окраине Боросево. Рабы-умандхи перетаскивали грузы в шаттл. Багровое солнце возвышалось над восточным горизонтом, наблюдая за разгоравшимся днем, уже успевшим стать жарким, каким и должен быть мой последний день на Эмеше. Поставив чемодан рядом с собой, я вынул красные очки из кармана угольно-черного камзола, который нашла для меня замковая прислуга. Мои «нелепые сюртуки», как называл их Гибсон. Ну хорошо, он был не так уж и не прав. Я поторопился одеться и уже начинал потеть. Надоевшие коррективы, закрепленные на руке и боку, только усиливали эффект.

Водитель открыл дверцу, суетливо вытащил из грунтомобиля оставшуюся часть моего скудного багажа и пошел следом за мной по взлетной площадке, туда, где меня поджидали несколько человек. Одни – чтобы полететь вместе со мной, другие – чтобы попрощаться. Валка поспешила ко мне, и я быстро убедил водителя оставить багаж умандхам и их лорариям. Я с беспокойством наблюдал за этими созданиями, вспоминая, каким грохочущим, стремительным вихрем они набросились на нас тем вечером на складе. С того времени я не видел их так близко от себя и невольно насторожился.

– Вы уверены, что это хорошая идея? – спросила Валка, понизив голос, чтобы ее слова не разнеслись по всей взлетной площадке.

Над нашими головами