Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

Как только Брим со своей невероятной командой бросился в погоню, облачники открыли огонь из своих кормовых 30-миллиираловых разлагателей ДР-81. Онрад тут же ответил выстрелами дальнобойного 225-мил-лииралового разлагателя ССРТ. Но когда гиперэкраны прояснились, облачник был окружен пылающим гало эффекта Гандома и уходил в гиперпространство на всей тяге, которую могли дать его кристаллы.

— Все, мы его сделали, — сказал Брим, открывая выхлоп отражателя.

Одновременно он переключил энергию главной шины на кристалл корабля. С низким рокотом, от которого содрогнулся весь корпус, кристалл ожил, и звездный небосклон задрожал и замерцал — обычный фотонный свет смешался в сердитом красном калейдоскопе, в котором завертелось само пространство разноцветными искрами перехода Дайа-Перафа. Брим отключил перегруженный гравидвигатель — он уже не будет нужен, пока скорость не снизится ниже световой — и ждал, чтобы панели гиперэкранов синхронизировались с кристаллом. Тогда обзор снова прояснился, вернулась величественная безмерность космоса, а «Захтвагер» впереди оставлял за собой длинный зеленый след — ударная волна сверхсветовой оставляла кровоточащий след массы и отрицательного времени в полном согласии с физикой Тревиса, которой подчиняются полеты на сверхсветовой скорости. Как и планировал Брим, он шел сейчас параллельным курсом с облачником, сместясь на шесть пунктов влево.

Глянув назад, чтобы посмотреть на след от своего кристалла, карескриец вывел корабль на максимум скорости и дал больше энергии на кристалл. Вскоре они Догонят противника на куда большей скорости, и ГА-87 начал ставить смертельный энергетический барраж из кормовых разлагателей. Онрад положил этому конец быстрыми очередями своего разлагателя, которые нанесли заметные повреждения, несмотря на предельную дистанцию.

— Ну, как работает бесполезное начальство? — хрипло спросил Онрад.

— Тытьчертовский выстрел! — благоговейно произнес Бейяж. — Эти жукиды Вут знает как далеко!

— Видишь, Вилф? — наставительно сказал Арам. — Я всегда говорил, что Императоры на что-нибудь да годятся.

Онрад взвыл в деланном возмущении.

— Больше никогда с тобой спорить не буду, — мрачно усмехнулся Брим и скрипнул зубами.

Впереди на фоне общего сияния центра галактики ярко обозначились периферийные звезды Эффервика. Брим повернулся вместе с креслом к Бейяжу.

— Удам, надо быстро кончать этого облачника и мотать домой. До Авалона далеко.

— Меньше чем через цикл, — заверил его Бейяж. — Начинаю отсчет.

Брим кивнул и вернулся к управлению. Каждый тик шел как целый стандартный год тревоги, и на скорости 26 М световой они угрожающе быстро углублялись в контролируемый противником космос. Если у Лиги есть хоть что-то вроде БКАЕВ — а Брим был уверен, что есть, — скоро тревога взвоет по всей эффервикской границе.

Убегающий «Гантейзер» был сейчас виден в три четверти чуть дальше шести кленетов.

— Так держать…

Брим так сосредоточился на управлении, что чуть не вылетел из кресла, когда торпедные аппараты сработали. Тем более что Бейяж от возбуждения нажал гашетки чуть раньше, чем крикнул…

— Залп!

— Ну, спасибо, господин посол, — трясущимся голосом буркнул Онрад.

— Ага, — добавил Арам. — Это было вроде учения?

— Извините, — невинным голосом шепнул Бейяж. — Зато смотрите! — воскликнул он, показывая на передние гиперэкраны. — Плохо стрелял, зато хорошо попал!

Убегающий «Гантейзер» вдруг расцвел пурпурным ореолом с багровым ядром, которое стало быстро расти, меняя форму и цвет, пока не раздулось до огненного цветка и быстро опало, оставив несколько сверкающих осколков.

Не успели остатки погибшего корабля погаснуть на фоне звезд, как Брим лег на обратный курс и понесся к Авалону, по-прежнему держа отражатели на полной тяге.

— Еще один «Гантейзер» списали! — довольным голосом сказал Онрад. — Как по-вашему, джентльмены, это куда приятнее, чем изображать из себя мишень?

— Это точно! — воскликнул Бейяж.

— Брим! — приказал Онрад. — Мы накачаемся всем старым логийским, которое я найду во дворце, как только вы доставите это ведро железяк обратно на Авалон! Будь я проклят, если мог хотя бы мечтать поучаствовать в этой войне…

— Ах ты, гад ползучий! — шепнул Брим сквозь зубы.

— Гад? — возмущенно переспросил Онрад. — Кто гад? И в этот момент снова сработал детектор приближения.

— Вот этот гад, — мрачно ответил Брим, показывая вверх и назад, где заходили в атаку два больших «Горн-Хоффа» 262Е таким тесным строем, что их «крылья» перекрывали пространство от правого до левого борта. Желтые кончики стрельчатых крыльев выдавали ветеранов космических боев.

— Грязная, вшивая борода Вута! — прорычал Онрад. — Надо было знать…

— Бейяж! — рявкнул Брим, наваливаясь на руль. — Готовь последнюю торпеду! Быстро!

Через мгновение последний значок сменил цвет на зеленый.

— Теперь, — предупредил Брим, подняв руку, — этой мы стрелять не будем. Мы ее выбросим.

— Выбросим? — воскликнул Бейяж. — Заряженную торпеду?

— Именно, — сказал Брим сквозь стиснутые зубы. Облачники быстро нагоняли. — Взрыватель поставь на приближение — дистанция примерно пятьсот иралов.

— Космическая мина! — шепнул про себя флювиец. — Понял…

— Только бы они еще пару тиков не стреляли, — пробурчал Брим, прилипнув глазами к дисплею заднего вида. Эти гады должны оказаться точно там, где ему нужно. — Товсь… — предупредил он.

Вихрь за кормой сообщил ему, что люк пятого торпедного аппарата открыт. Облачники были уже почти над ним — явно споря друг с другом, кому стрелять первым. Он не осмеливался больше ждать.

— Пошел! — рявкнул он и толкнул рычаги тяги на ПОЛНЫЙ БОЕВОЙ ФОРСАЖ, в тот же тик выворачивая корабль по самой крутой дуге, на которой еще не согнется корпус…

Глава 6. Угнали звездолет!

Эжекторный механизм не успел сработать, как весь космос расцвел ослепительным адским пламенем от дальних выстрелов обоих «Горн-Хоффов» — и в очень неудачный момент для ССРТ, потому что маневр ухода Брима был завершен только наполовину. По всей длине корпуса прошла мощная взрывная волна, и корабль задергался, как детская резиновая игрушка. Запульсировала местная гравитация, и все незакрепленные предметы ожили, как древние метательные снаряды. В следующее мгновение вся Вселенная вспыхнула катаклизмом взрыва света и сотрясения, от которого заглохли гипердвигатели. Правый гиперэкран разлетелся осколками хрусталя, и Брим собрался, ожидая последней боли, которая разнесет его на атомы…

И ничего.

Дыша так, будто пробежал сотню кленетов, Брим оглядел кабину — спутники смотрели на него с очевидным удивлением.

— Ради всего святого, что есть у градгроутов, — робко шепнул Онрад, — как вы думаете, мы мертвы?

— Н-нет, Ваше Величество, — дрожащим голосом ответил Арам, — мне так не кажется. Иначе мы бы не видели вот этого.

Он показал на оставшиеся гиперэкраны.

— Вшивая сальная мерзкая борода Вута! — ахнул Онрад. — Мы их сделали!

Оба «Горн-Хоффа» проплыли мимо только по инерции и сейчас уменьшались вдали, бессмысленно и бесцельно кружась и петляя. У каждого недоставало «крыла», у одного правого, у другого левого. Пространство вокруг наполнилось спасательными пузырями.

— Ты сунул торпеду точно между ними? — спросил Онрад.

— Попытался, — слабым голосом ответил Брим, стараясь