Удачи, NPC! - Легендарный гений

Залп Лорена прошел не в пустоту, а чиркнул по ее плечу. Доспех не спас её от серьезной раны, но почернел. Над ним всплыла цифра: [Незначительный урон. Шанс такого попадания: 0.5 %].

Она замерла на мгновение. Впервые за весь бой на ее идеально холодном лице появилось не недоумение, а чистая, неподдельная растерянность. Ее фиолетовые глаза нашли меня. Они сузились и, кажется, она что-то поняла. Едва ли она поняла причину своих падений и таких неудач, однако виновника, который командовал всеми, найти было проще пареной репы.

Она проигнорировала магов. Весь ее смертоносный фокус переключился на меня. Я увидел, как проценты вокруг нее сменились. [Вероятность рывка ко мне: 64.8 %. Вероятность использования способности «Пространственный разрез»: 91.2 %].

Холодный ужас ударил в живот. Я не мог отменить ее способности. Я мог лишь играть с ничтожными шансами.

Я судорожно взломал реальность вокруг себя. Я взглянул на потолок над ней — на тот самый сталактит. [Вероятность обрушения: 0.001 %]. Я вцепился в этот ничтожный шанс и выкрутил его до упора, до ста процентов, сжимая виртуальный ползунок до хруста.

— Элдарина! Лед! Вон в ту трещину! — завопил я, указывая на совершенно случайную, ничем не примечательную щель в своде.

Элдарина, действуя на чистом инстинкте и моем истеричном тоне, швырнула в указанное место сгусток магии льда. Лед с треском вгрызся в камень.

И этого оказалось достаточно. Критическая масса была достигнута. С грохотом, который оглушил даже рев боя, массивная каменная глыба обрушилась вниз.

Вероника только начала исчезать во вспышке ускорения. Камень рухнул точно на то место, где она только что стояла, и на траекторию ее движения. Раздался не крик, а скорее глухой, яростный звук прерванной способности— искаженный, полный ярости и боли. Ее силуэт материализовался, отброшенный в сторону ударной волной и осколками, и на миг скрылся за тучей пыли и обломков.

Я стоял, тяжело дыша. Внутри все звенело. Голова раскалывалась от нечеловеческого напряжения. Я чувствовал, как моя «удача» истощается, как остывает процессор после пиковой нагрузки. Энергия на изменения окружающей реальности бралась из запасов моих сил, а их было не очень много.

Я видел цифры над клубом пыли. [Шанс выжить: 99.9 %. Шанс получить серьезные повреждения: 45.3 %. Шанс быть временно обездвиженной: 78.8 %].

Она была жива. Но у нас было время. Секунды. Может быть, минута.

Я обернулся к оставшимся в живых. Лорен, Элдарина и Ниббл смотрели на меня не с ужасом, а с чем-то, граничащим с благоговейным страхом. Как на оракула, говорящего на языке богов.

— Она скоро вернется, — выдохнул я. Голос снова стал моим — с хрипотцой и усталостью. — Теперь вы знаете. Выбор остается за вами. Бежать… или помочь мне собрать то, за чем мы все сюда пришли.

Мой взгляд снова упал на клубящуюся пыль, из которой уже доносилось яростное, сдавленное шипение.

Кровь. Мне нужна была ее кровь. И теперь у меня был шанс ее получить. Не благодаря силе, а благодаря тому, что я видел самую главную лазейку во всей этой системе — саму случайность. И я был намерен ею воспользоваться по полной.

Глава 70

Где-то за пределами множества реальностей, на краю вечности, где звёзды были не просто светилами, а мыслящими сущностями, плескались волны Бескрайнего Моря Возможностей. Его воды переливались всеми цветами радуги и ещё теми, для которых в смертных языках не существовало названий.

На мраморном балконе, вписанном в склон хрустального утёса, возлежала на шелковых подушках его владычица. Лиссара Вейнтарис. Богиня Удачи, Перемен и Непредсказуемых Исходов. Дроу, чья кожа была темнее самой тёмной ночи в мире смертных, а волосы были серебристыми, как Млечный Путь. Длинными, ухоженными пальцами она лениво подносила к губам очередную ягоду винограда, выращенного в садах, где от аромата одного цветка могла закружиться голова у божества. Её алые глаза, лишённые зрачков и полные мерцающих искр — словно капли вина, в которых растворили звёздную пыль, — были полусомкнуты. Она наслаждалась зрелищем того, как стаи китоподобных существ из чистого света играли в волнах, создавая новые созвездия своими спинами.

Тишину нарушил лишь лёгкий, мелодичный звон.

Над её изящным запястьем возник голографический интерфейс Системы — сложный, изящный узор из линий и рун, понятный лишь ей. Сообщение было кратким и приоритетным, что уже было редкостью.

[Событие: Активация «Поцелуя Хаоса» пользователем: Микки (Раса: Миккири, Мир: Песочница-734)

Результат: Джек-пот. Вероятность: 0.000001%

Требуется персональная обработка запроса на выдачу вознаграждения/проклятия.]

Лиссара замерла с ягодой у самых губ. Одна из её идеальных бровей медленно поползла вверх.

— Миккири? — её голос был низким, бархатным, словно шорох карточных листов в руках шулера. — В Песочнице? Что за диковинная цепь случайностей привела тебя к моему порогу?

Любопытство, главная движущая сила любого божества, а уж её — в особенности, тут же щёлкнуло внутри, как ключ в замке. Её божественное сознание ринулось сквозь слои реальности, к заурядному, пыльному миру под номером 734, на территорию, известную её обитателям, как Песочница.

Её взор, невидимый для простых смертных, нырнул в идеально круглый туннель в Чащобе Сгнивших Крон.

И там… она увидела это. Клубок ярости, страха и безрассудной надежды. Следы его работы — развороченный данж, испепелённого босса, искалеченных авантюристов и… смертоносную дроу, которую он сейчас пытался переиграть, судорожно цепляясь за крошащийся в его руках дар, который был обречён исчезнуть через считанные минуты.

Но главное было не в этом. Главное было то, что видела только она. Тончайшую паутину причинно-следственных связей, которую Миккири неосознанно плел вокруг себя. От каждого его зелья исходили волны хаотической энергии, каскадом обрушивавшиеся на вероятности вокруг. И теперь этот хаос был облечён в форму её дара — он видел цифры, проценты, мог влиять на ползунки реальности. Это было дико, необузданно и… временно.

На её идеальных, тёмных губах распустилась медленная, заинтригованная улыбка.

— Так-так-так… Алхимия Хаоса. Практически внеранговая способность, — прошептала она, и в её глазах вспыхнул азарт знатока, нашедшего самую редкую дичь. — Вот источник этого шума. Он не просто получил мой дар, он идеально для него подходит. Жаль, что такой талант сгинет здесь, под обломками собственного отчаяния, едва успев блеснуть.

Она наблюдала, как он, едва удерживая нестабильный дар, уже пытается выкрутить вероятности в свою пользу.

— Смотри-ка, жульничает из последних сил, — с насмешливым удивлением проворковала она. — Прямо на моём глазу правит реальность, пока она не развалилась у него в лапах. Наглец! Но мне это нравится.

Лиссара Вейнтарис приняла решение. Мгновенно и капризно, как и подобает богине своего домена.

— Маленький алхимик в тисках большой беды… —