"Фантастика2025. 194". Компиляция. Книги 1-27 - Алекс Холоран

Он не сказал больше ничего, а я не стала спрашивать.

– Так что ты там говорила про научного руководителя? – старик перевел тему, и я тяжело вздохнула. Мое горе от потери работы теперь казалось таким надуманным и глупым, что слова лились рекой, не задевая болезненных струн души.

Разве у меня горе, если его сравнивать с тем, что пережил доктор?

Теперь, по всей видимости, мне придется вновь рассказать о своем прошлом.

Пересказ вышел сжатым. Я просто описывала самые значимые факты, опуская детали. В мыслях то и дело всплывал образ улыбчивой девушки с белоснежными волосами и мягкой улыбкой. Пусть я никогда ее не видела, но почему-то казалось, что она была именно такой, какой виделась мне.

– Вот оно что, – задумчиво пробормотал доктор, после того, как я замолчала.

Кивнула. Ну да, вот оно что. Гадкое болото с вонючей жижей, которую я слишком долго принимала за божественный нектар.

– И слушать тебя, конечно же, никто не стал? Так?

Опять кивнула, чувствуя себя куклой–марионеткой.

– Да уж, Тиана нашла самое больное место, по которому можно было ударить.

Вот уж точно, что у профессора Хрит не отнять, так это чутье.

– И что студенты? – он задавал мне вопросы, пытливо всматриваясь в глаза, будто сам пытался стряхнуть с себя свои воспоминания.

– А что они? Почувствовали свободу, и повод плевать на мои предметы еще больше. Боюсь, положение не исправит даже указ о введении общего курса в основную программу.

Когда преподавателя не ставят ни во что, пытайся или нет заинтересовать их, думаю, это бесполезно. С моей репутацией так точно.

– Хм... – задумчиво протянул доктор. – Но ведь можно же что-топридумать.

Я улыбнулся. И едва не рассмеялась от его детской непосредственности. Но, тем не менее, серьезно ответила:

– Что-томожно, но что именно – я не знаю.

– Придумаем! – убежденно припечатал, так что я все же хмыкнула, позволив себе скептическую гримасу.

– А почему ты ко мне сразу не пришла? – вновь удивил меня нетипичным вопросом, но я не нашлась, что ответить.

К нему? Сразу? А имею ли я право вываливать на него свои проблемы?

– Аделия, дорогая моя, – старик погрозил пальцем, и шутливо подмигнул. – Ты пойми меня правильно, я в этом гадюшнике всю жизнь тружусь, и уж поверьте, я в состоянии отличить прожженную интриганку от хорошей девушки.

– Это я, значит хорошая? – решила поддеть его.

Было забавно и в то же время приятно слушать его мнение обо мне. Вот только жаль, что все остальные думают совсем иначе.

– Конечно! – поддержал мою игру, потом серьезнее добавил: – И мне жаль, что я не отговорил тебя от разборок с Тианой.

Махнула рукой – что сделано, то сделано, к чему сожалеть. Тем более, ни я, ни он не знали, чем обернется моя борьба за справедливость. Хотя стоило догадаться.

– Я бы хотела попросить вас, – замялась, пытаясь вернуться к неприятной теме. – Не ходить за грань.

Старик нахмурился, растеряв свое добродушие, и я тут же поспешно добавила:

– Я понимаю, насколько это тяжело, но мне кажется, что ваша жена имела немного другое, когда требовала с вас клятву...

Судя по потемневшим глазах, в которых блеснуло раздражение, я все же ступила за черту, куда заходить мне не следовало бы.

– Простите, – извинилась, не зная как еще исправить ситуацию.

– Я... – начал доктор, – не могу этого обещать. Я слишком привык к этому.

Честное признание...

– Хорошо, – согласилась, – тогда вы позволите мне осмотреть вас?

Если честно, мне было его жаль. Жить прошлым и не иметь возможности с ним проститься – это страшно. Настолько страшно, что я не представляю, как бы поступила на его месте.

Старик усмехнулся:

– Что же, против этого возражать не буду, но будь уверена, ничего страшного ты у меня не найдешь, – и чуть тише добавил, – смерть будто нарочно обходит меня стороной.

Вполне возможно. У смерти свой собственный юмор – черный, как она сама.

При осмотре я не обнаружила ничего серьезного – все, как и сказал доктор Аттэ. Но что-то все равно смущало меня и заставляло несколько раз возвращаться к записям, что я сделала на маленьком листочке, который забрала себе в комнату.

Общее состояние организма в норме, на ауре, помимо темного пятна у сердца больше никак отметин.

Правда, старик отказался признаваться, сколько именно лет ходит за грань и сколько раз в день проводит эту... назовем ее «процедурой». Он довольно скупо отвечал на вопросы, все больше отвлекая меня шутками.

Впрочем, после осмотра мы еще долго говорили. Только теперь уже о моем прошлом и о том, как я провела время учебы в академии. Скользкую тему, что касалась моих исследований, мы старались обходить стороной – ни ему, ни тем более мне, не было никакого удовольствия вновь погружаться в эту гадкую жижу.

В свою комнату я вернулась уже ближе к вечеру. Откровенно говоря, я бы вовсе туда не возвращалась, а осталась бы ночевать в лазарете, к тому же доктор Аттэ был бы только рад. Но все же вошла в преподавательский жилой корпус и замерла, нос к носу столкнувшись с одной из близняшек.

Я не сразу признала, кто передо мной Тиана, или ее сестра, но когда девушка растянула губы в улыбке и прошипела не хуже заправской гадюки:

– Теперь ты поняла, что со мной лучше не связываться? – сомнений не осталось.

– Конечно, – преувеличенно бодро отозвалась, и одарила ее улыбкой. Хотя уверена, со стороны эта улыбка больше похожа на оскал.

– Пф, – фыркнула профессор Хрит и прошла мимо меня.

Я усмехнулась. Даже воровкой быть привыкаешь. К своей комнате я подошла все с той же кривой ухмылкой.

Раскрытая книга с разлетевшимися небольшими листами с заметками, так и лежали на полу. Тяжело вздохнув, принялась собирать их, при этом очень стараясь не вчитываться в мелкий корявый почерк. Но запретить оказалось проще, чем сделать это. Взгляд то и дело натыкался на знакомые термины и заметки.

Наконец, когда ничего напоминающего о прошлом не осталось, открыла чемодан, сгрузила туда все наработки и, закрыв его, отправила под кровать. Там ему самое место.

А потом, чтобы не было искушения вернуться ко всему, хотя бы мысленно, решила подготовиться к завтрашним лекциям. К тому же, теперь у меня есть пусть