"Фантастика2025. 194". Компиляция. Книги 1-27 - Алекс Холоран

class="p1">Если честно, я не была уверена, что в меня поместиться хотя бы еще один кусочек, но вопреки предрассудкам, смогла съесть и пару маленьких пирожных (божественно вкусных), и кусочек торта – воздушного, буквально таящего во рту.

Неприятную тему столичной жизни, к счастью, больше никто из семейства Райт не касался. Зато отец Винсента развлекал нас рассказами о забавных случаях, что случались с ним в части, во время военной службы. Сначала я смущалась, боясь лишний раз рассмеяться, а потом стала хохотать как ненормальная, чувствуя, что тяготы и тревоги последних дней медленно отступают.

– А еще был случай, – рассказчик Райт-старший оказался отменный. Он говорил вроде бы с серьезным лицом серьезные вещи, но удержаться от смеха было просто невозможно. – Винс, когда был маленький, часто прибегал ко мне в часть. И вот однажды, он так же сбежал от матери, примчался ко мне и с самым невозмутимым видом сообщил, что мечтает стать церковником. На мой вопрос: почему? Ответил просто: все девчонки вредины, не хочу жениться.

Мы с Анитой дружно расхохотались, в то время как сам Винсент лишь слабо улыбнулся.

– С тех пор много воды утекло, да и несколькими годами позже, он уже четко знал, что пойдет по моим стопам...

Мужчина замолчал, а я удивленно уточнила:

– Так почему же он преподает в академии, а не служит в армии?

Что этот вопрос неуместный, поняла сразу. На гостиную, куда мы перебрались из столовой, опустилась тишина. Давящая и неуютная.

– Простите, – извинилась, сама не зная за что, и вновь вцепилась пальцами в ткань юбки. Зачем? Вот зачем я спросила? Все же было так хорошо...

– Не извиняйтесь, милая, все хорошо, – первой опомнилась Анита. – А хотите посмотреть на наш зверинец?

И не дожидаясь ответа, обратилась к сыну:

– Дорогой, покажи Аделии последнее приобретение!

Я замерла, не зная, как реагировать, соглашаться или, наоборот, отказаться, но профессор решил дилемму за меня:

– Конечно, – согласился, впрочем, без особого энтузиазма. – Идем, это будет интересно.

Отказываться не стала. Казалось, что необходимо немного разрядить обстановку.

Лакей подал мое пальто, Винсент помог мне накинуть его на плечи. Потом мы вышли через другую дверь и оказались во внутреннем дворе, где помимо буйного сада белоснежных деревьев, находились загоны для животных.

Глава 16

Мы шли молча, и мне было неприятно, что я стала причиной расстройства мужчины.

– Прости, я не хотела тебя обидеть, – извинилась еще раз, когда мы остановились у одного из загонов.

– Ерунда, – он, наконец, посмотрела на меня и открыто улыбнулся. – Не бери в голову, извиняться тебе уж точно не за что.

Я чувствовала, что ему больно. Не знаю, как и почему, но я ощущала его настроение.

Правда говорить на неприятную для него тему больше не стала. Да и отвлеклась.

– Смотри, – Винс подошел совсем близко и указал рукой под навес, где среди наваленного сена было видно какие-то темные комочки.

Они лежали неподвижно, пока один из них не дернул длинным хвостом.

– Кто это? – спросила, почему-то шепотом.

К зверям я была настроена более благодушно, чем к людям. Они не лицемерят и всегда искренни.

– Это детеныши зимней пантеры, она живет высоко в горах. Самку ранили браконьеры, а мы выкупили ее у торговцев. Теперь вот она принесла помет – четырех маленьких котят.

Он говорил тихо, размеренно, и в это время один из черных комочков подскочил на месте и посмотрел в нашу сторону. Самый обычный котенок – разве что у него лапы и само тело чуть больше, чем у тех, кого мне доводилось видеть. Комок повел носом, принюхиваясь, и нервно ощетинился, подняв шерсть на загривке дыбом.

– Они пока черные, но со временем станут... такими... – из низкого домика показалась сама героиня рассказа.

Огромная кошка, в холке явно мне до груди доходит, с белоснежной шерстью и иссиня-черными пятнами, что были разбросаны по шкуре то тут, то там.

– Красивая, – выдохнула тихо, боясь спугнуть.

Я смотрела на нее, не отводя взгляд. Мощь и грация в одном флаконе. Гордая походка и независимость.

– Красивая, – повторил задумчиво Винс, и я искоса посмотрела на него.

Но вопреки ожиданиям, мужчина смотрел не на большую кошку, а на меня. И было в его взгляде что-то ... странное. Словно он пытался отыскать ответ на очень важный вопрос.

Тряхнул головой и кивнул в сторону вольеров:

– Пойдем дальше, здесь много всего интересного можно найти.

Спорить не стала, лишь молча кивнула и пошла следом за ним.

Мы долго ходили вдоль вольеров. Я узнала о животных, которых никогда в жизни не видела, и вряд ли бы смогла увидеть. Потом долго стояли у загона снежной пантеры и наблюдали за тем, как резвятся маленькие котята. Несмотря на беззаботное настроение, пушистые комки были довольно собранными и готовыми при любой опасности сбежать обратно под крыло матери.

В дом мы вернулись спустя, наверное, час, а потом, распрощавшись с родителями, поехали обратно в академию. На самом деле, мне вовсе не хотелось возвращаться в свою комнату. Мне было уютно среди этих мало знакомых людей. Было приятно слушать байки и кутаться в мягкий плед, приятно знать, что тебе рады. Пусть это и было только иллюзией.

Не доезжая до ворот, Винсент предложил:

– Не хочешь прогуляться?

На улице было уже прохладно, но я ухватилась за возможность отсрочить нежеланное возвращение.

Экипаж остановился, мы вышли и направились по вытоптанной дороге к виднеющимся вдалеке воротам. Ветер настойчиво пробирался под пальто, но мне было все равно. Странное умиротворение опустилось на меня, укрывая, словно пледом.

Молчать было приятно. Просто идти, думать о чем-то своем, возможно даже об одном и том же, и молчать. Но я первой нарушила эту уютную тишину.

– Я не воровка.

Признание легко сорвалось с губ. А потом слова полились потоком. Я боялась, что он прервет меня и не услышит до конца мою версию событий. Эту версию никто никогда не слышал, да и знал о ней только профессор Шинару.

– Я с первого курса влюбилась в него, – улыбка вышла вымученной. – Нет, не как в мужчину, а как в человека, который для меня стал чуть ли ни божеством. Он горел идеей, жил целительством и на его лекциях невозможно было остаться равнодушным. Я и не осталась. После первого же