"Фантастика2025. 194". Компиляция. Книги 1-27 - Алекс Холоран

Ну что же, Аделия, лишний раз звезды дают тебе понять, что именно этой мечты добиваться не стоит. Нужно решиться и уйти с преподавательского поприща, забыть дорогу к любой академии и школе. Так будет проще, и, возможно, лучше для всех.

Вторая лекция у первого курса прошла точно так же – в полной тишине со стороны учащихся. А когда и за ними закрылась дверь, отрезая меня от внешнего мира, я уронила голову на стол и прикусила губу до отрезвляющей боли.

Рыдать сейчас совсем не стоит, слезами я уже ничего не добьюсь и ничего не изменю. Впрочем, просидела я не долго. Закрыла кабинет, и пошла в свою комнату, минуя столовую – аппетита так и не было. Вот только прежде чем выйти на улицу, издалека увидела профессора Райта.

Мужчина тоже заметил меня – он стоял в окружении студентов, и, не прерывая разговора, обернулся, встретившись глазами. Винсент дернулся в мою сторону, но замер, будто остановил сам себя. Пожалуй, это стало последней каплей.

Хорошо, что завтра начинаются выходные, и мне нет необходимости выходить из комнаты и видеть, кого бы то ни было.

Глава 15

Несмотря на то, что по дорожке от учебного до преподавательского корпуса я шла не спеша, в комнату я ворвалась, задыхаясь. Воздуха катастрофически не хватало, внутри все дрожало, и холод, – скользкий и противный, – сковывал тело. Я попыталась успокоиться, прислонившись к стене, как к единственной опоре, но ничего не вышло.

Казалось, сердце только набирает обороты, легкие сжимаются все сильнее, и сделать вдох или выдох попросту невозможно. Такого со мной еще никогда не было и первое, что пришло вместе со скверным самочувствием, это страх. Всепоглощающий, настырный.

Страшно упасть здесь и сейчас, наедине с самой собой. Страшно попросту задохнуться. Мысли лихорадочно прыгали с одной на другую, бились в истерике, не помогая, а внося еще большую сумятицу, пока я не додумалась ударить себя со всей силы по лицу. Обжигающая боль отрезвила на мгновение и мне вспомнилась лекции профессора Димти о стрессах. Ничего, казалось бы, примечательного, но...

Нужно найти в чемодане успокоительное! Иначе я на самом деле лишусь чувств от недостатка воздуха.

Проще сказать, чем сделать. Как назло попадались какие угодно флаконы, но не тот, который был нужен.

Наконец, попался успокоительный отвар. Я открыла крышку дрожащими пальцами и выпила все содержимое. Омерзительно горькое, так что закашлялась и выронила склянку на пол. Удушье так сразу не отступило, но спустя пару минут стало заметно легче.

Добралась до кровати и рухнула поверх покрывала. Глупая попытка забыть прошлое и жить настоящим не привела ни к чему хорошему. Стоило поступить иначе и с самого начала отказаться от предложения ректора столичной академии. Но я в тот момент чувствовала себя настолько потерянной, что ни одна здравая мысль в голову не забралась.

А сейчас поздно бежать – денег, чтобы уехать отсюда у меня нет, и единственный способ их заработать, это дожить до первой зарплаты.

Успокоительное было хорошим, так что я сама не заметила, как уснула. И даже сны решили обойти меня стороной.

Проснулась только на следующее утро. Несмотря на то, что проспала довольно долго, чувствовала слабость. Она волнами накатывала, превратив меня в безвольную куклу. Мне не хотелось подниматься с кровати, приводить себя в порядок и вообще делать хоть что-то.

И, уверена, я бы и не встала, если бы не раздался надоедливый стук в дверь. Он повторялся вновь и вновь, пока я намеренно делала вид, что меня здесь нет.

Очередной удар заставил несчастную деревяшку заскрипеть и я, морщась от боли во всем теле, поднялась с кровати. Кто бы ни стоял за дверью, сейчас я выскажу ему все, что думаю и отнюдь не в лестной форме.

Но боевой настрой угас, пропал без следа, стоило столкнуться лицом к лицу с Винсентом. Он окинул меня хмурым взглядом и бесцеремонно вошел в комнату. Без приглашения с моей стороны.

И что ему здесь понадобилось? Неужели не боится замараться, общаясь с воровкой? На последней мысли скривилась.

– Что вы хотели? – возвращаться к дружескому общению не хотелось, да и если быть откровенной, я вообще не знала, могу ли называть его по имени.

– Хватит, – произнес тихо, но с такой интонацией, что я вздрогнула и обхватила себя руками, пытаясь таким образом защититься. От чего? Сама не знаю, просто я самой себе казалась такой слабой и никчемной, что любой может растоптать меня в пыль и даже не заметить этого.

– У тебя пять минут, чтобы собраться, – огорошил меня приказом.

– Собраться? – переспросила, глупо хлопая ресницами.

– Тебя ждет в гости моя мать, – припечатал, не допуская возражений.

Гости... Точно, я успела забыть об этом.

– Простите, профессор, – потянулась к ручке двери, намекая, что ему лучше уйти. – Мне нездоровиться, надеюсь, ваша матушка поймет и...

– Не поймет, – прервал меня. Обернулся, схватил руками за плечи, заглянул в глаза: – Аделия... ей нельзя отказывать.

Если он пытался меня этими слова переубедить, то... Нет, не получилось.

– Профессор...

– Винсент, – поправил, – мы же уже выяснили это.

– Винсент, – повторила покорно. – Я, действительно, плохо себя чувствую, и мне лучше прилечь.

Его лицо, что находилось так близко, смазалось, будто бы растворилось в окружающих красках. И уже в следующую секунду он подхватил меня на руки, что-то ворча себе под нос.

В горле встал ком желчи, и я постаралась дышать глубоко, лишь бы унять взбунтовавшийся желудок. Профессор уложил меня на кровать.

– Когда ты последний раз ела? – не с первого раза, но все же поняла вопрос Винса.

– Я... – задумалась, – не помню.

Прошедшие дни слились в единую картину без привычного течения времени.

– Ясно, – со злостью прошипел мужчина. – Я сейчас вернусь, лежи здесь!

Приказывает еще. А главное, очень смешно – куда же я уйду в таком состоянии? Половицы заскрипели, потом хлопнула дверь. Я осталась одна. Стоило бы встать и повернуть ключ в замке, но даже лежа на кровати не могла совладать с головокружением. Комната плясала перед глазами, а потолок то отдалялся, то приближался. Я понимаю, что мне нужно поесть, но, как и вчера, мысли о еде вызывали лишь рвотные позывы.

Зачем Винсент носится со мной? Ведь уже