Фантастика 2026-181 - Маргарита Блинова

– Ну, о человечке этой. Она тебе не кажется подозрительной?

Брасса отпустила штору и села напротив Лира, едва не касаясь коленями его колен. Лир тут же чуть сполз на сиденье, чтобы всё-таки коснуться.

– Я думаю, что она – человек, которому нужна моя функция. Её манере отдавать приказы не хватает чёткости, но для гражданской это простительно, и они достаточно внятные. Она не чинит препятствий моей работе. В целом я считаю, она хорошая хозяйка.

– Но она – не хозяйка, – напомнил Лир. – Только по документам, это нужно для переезда границы. Потом ты сама себе будешь хозяйкой.

Брасса пожала плечами.

– Документы настоящие. А я на своём месте.

Лир закусил губу. Вот, значит, как. Да уж, Эдне палец в рот не клади. Вот так уже присвоила Брассу… А это значит, что пока Цитронка не одумается, и Лиру некуда бежать. Не уходить же одному. Придётся постепенно приучать Брассу к самостоятельности.

Раздался решительный стук в дверь, после чего её тут же бесцеремонно открыли. На пороге стояла крупная, можно даже сказать – выдающаяся женщина в форменной шапочке. Окинув троицу цепким взглядом, она громко сообщила:

– Этот номер на двоих. Кто лишний, ожидайте проверки в своём номере.

Глава 19. Развёртывание

Все трое переглянулись Маркиз тут же закинул в общий пузырёк выкладку своих рассуждений:

Это работник транспортной компании, у неё есть ключи от всех номеров. Прятаться бесполезно. Пока она думает, что мы люди, – мы находимся тут незаконно.

Лир тут же уточнил:

А как Эдна собиралась объяснять наше присутствие?

Документами на собственность, – кисло ответил Маркиз.

Лир кивнул.

В таком случае мы должны признаться, кто мы. И уведомить… Джея, чтобы он сообщил Эдне о ситуации.

Маркиз прислал подтверждение, что берёт это на себя, а Лир повернулся к тётке.

– Мы не люди, – раздельно произнёс он. – Мы – Свити в собственности пассажира этого номера.

Женщина фыркнула:

– Да где вы Свити-то? Не пудрите мне мозги, Свити не сидят на мебели.

Маркиз послал в пузырь что-то паническое на тему того, как они спалились, но Лир был неколебим.

– Хозяйка приказала нам сесть, чтобы не упали при движении.

– Ну кане-ечно! – Тётка склонила голову набок. – Ладно уже заливать-то, Свити и в номерах не ездят. Что я, не вижу, что вы студентики безгрошовые? Давайте-ка в тамбур и ждите следующей остановки, там вас и высажу.

Брасса встала.

Лир едва не ухватил её за руку, но в последний момент сдержался и написал ей в пузырьке:

Ты что, правда в тамбур собралась? Ты не обязана её слушаться!

Брасса в ответ одарила его презрительным взглядом, к счастью, отвёрнутым от тётки. Затем Цитронка встала прямо перед ней и расставила ноги.

– Из этого номера никто не выйдет без разрешения хозяйки, – отчеканила она. В тусклом ночном освещении блеснули шокеры.

Но тётка была не робкого десятка.

– Поугрожай ещё мне! Вот встала же, а говоришь, велели сидеть.

Лир почувствовал в пузырьке Брассину растерянность, но внезапно она сменилась ликованием.

– Я имею разрешение двигаться по своему усмотрению в случае, если опасность грозит хозяйке или её собственности, – надменно заявила Брасса. В пузырьке она при этом радовалась, как маленькая девочка, впервые самостоятельно запустившая стиральный бак.

Лир осознал этот момент: Брасса, кажется, впервые согнула ожидания людей себе на пользу. До сих пор она следовала функции почти слепо, либо в растерянности плыла по течению. А сейчас наконец поняла, как быть свободным Свити. Лайм тут же завалил её похвалой, а тем временем сам заговорил:

– Разве вы не можете на вид отличить человека от Свити? – произнёс он с характерным искусственным удивлением, как выражают его совсем новенькие Лаймы.

– Да кто вас, Сечебукиных детей, разберёт, – пробормотала женщина. – Какие только не ездят…

Уверенности в ней поубавилось, но отступать она всё ещё не собиралась.

– А если вы Свити, – наконец уступила она, – то должны ехать в транспортных контейнерах в багаже.

На слове «должны» затихший было Маркиз повернул голову, как механическая игрушка.

– Разрешите уточнить, в согласии с каким законом и какой именно страны перевозка Свити в номере для людей не допускается?

Тётка нахмурилась.

– Такие правила на Змеегрызе!

Маркиз не собирался сдаваться.

– У меня есть доступ к своду правил о проезде и провозе багажа на международных поездах типа «Змеегрыз». Уточните, пожалуйста, в каком параграфе сказано что-либо о перевозке Свити.

– Что я тебе, параграфы помнить буду?! – рявкнула тётка. – Нельзя и всё! Как будто я правила не знаю!

– В данный момент ничто не указывает на то, что вы осведомлены о содержании правил, – ровно и с отсутствующим видом сообщил Маркиз. Лира начал разбирать смех.

Неизвестно, сколько бы ещё они припирались, но тут в коридоре зашуршали шаги тапочек по ковру, и в дверях показались завёрнутая в халат Эдна с Джеем. Судя по лицу Эдны, Маркиз уже передал им все подробности ситуации.

– Вызывайте начальника поезда, – отрезала Эдна, не дав тётке и слова вставить. – Никаких ограничений по провозу Свити на пассажирских местах нет, человеческий билет на них тоже не требуется, я выясняла этот вопрос два дня назад у вашего представителя на станции Концеречье. Если ваше мнение расходится с его, выясняйте это со своим начальством, а я буду разговаривать только с начальником поезда.

– А-а… билет?! – вспомнила наконец тётка, зачем приходила. – Ваш-то билет?

Эдна небрежно махнула в сторону Джея. Тот поднял ладонь.

– Позвольте ваш считыватель.

Тётка попереводила взгляд с Эдны на Джея и обратно, но наконец сообразила поднять висящий у неё на шее считывающий артефакт. Джей приложил к нему руку, и кристалл вспыхнул зелёным.

– Эдна Халиг, пятнадцатый номер, – произнёс искусственный голос.

На этом Эдна демонстративно поднялась по лестнице, сверкая не прикрытыми коротким халатом ногами, и убралась на кровать.

– Я за начальником поезда! – выплюнула тётка и со всей силы задвинула дверь. Однако та скользила неохотно, и грохнуть ею не получилось.

– Успехов, – донеслось сверху. – Всё, я спать.

Лир хотел было намекнуть новой хозяйке, что если придёт начальник поезда, неплохо бы с ним человеку говорить, а не чересчур самостоятельным Свити. В конце концов, у них нет никакого права голоса. Но кричать сквозь потолок или лезть к Эдне по лестнице было бы слишком нагло, а от этой человечки зависело, как они устроятся в Вегрии. Лир повернулся было к Джею, чтобы попросить его быть посредником в этом общении, но увидел, что тот тоже поднимается по лестнице. Наверху завозились, пошептались и затихли, а троица Свити так и осталась одна